Ги Бретон - Лукавые истории из жизни знаменитых людей

Виктор (нежно): Ни слова больше, я хочу шестерых детей! Шестерых, слышишь, сердце мое? 12 босых ножек будут бегать по лужайке, их будет столько же, сколько слогов в александрийском стихе.

Довольный собой, он опять принимается за работу, Адель же, разозлившись, вновь склоняется над вышиванием.

Взгляд ее полон ненависти. (Крупный план.)

Спустя несколько месяцев. Виктор с головой в работе. На его столе кипы рукописей. Он неистово пишет. Адель сидит в уголке. Вид у нее несколько утомленный. Она вздыхает. В комнату входит мужчина небольшого роста, довольно урод­ливый. Судя по его неискреннему виду, в этой драме он играет роль предателя. Это — Сент-Бев. Виктор Гюго весьма любезно приветствует его.

Сент-Бев, бросив сладострастный взгляд на Адель, льстиво обращается к Виктору:

— Как ты талантлив! Ты — гений! Слава Виктору Гюго и красавице Адели!

Виктор: Это потому, что у меня есть такой преданный друг...Впрочем, извини меня, друг мой, это же из Расина! (Он вновь берется за перо).Сейчас только напишу элегию и полностью буду в вашем распоряжении.

Пока Гюго пишет, Сент-Бев незаметно делает знак очаро­вательной Адели.

Адель: Ох!..

Сент-Бев (тихо, саркастически улыбаясь): Душечка, а не встретиться ли нам? Что вы делаете завтра?

Адель (высокомерно, хочет избавиться от него): Как, вы уже уходите? Не смею вас задерживать, месье Сент-Бев...

Виктор (Сент-Беву): Не забывайте нас и возвращайтесь поскорее.

Адель (возвращаясь в слезах): Виктор, любовь моя, не оставляй меня больше наедине с этим предателем! Он тебе не друг... Он смотрит на меня.

Однако поэт, погруженный в работу, делает вид, что не слышит. К этому он прибегает, когда хочет уйти от неприятно­го разговора.

Большое торжество в семье Гюго. Родилась девочка, кото­рую поэт — его воображение хорошо известно — назвал... Аделью. Семья собралась вокруг колыбельки. Согнувшись, входит Сент-Бев.

Сент-Бев (с горечью): У меня разыгралось люмбаго...

Виктор (счастливый, представляет его своей семье): А вот и мой верный друг. Он — это второе я.

Сент-Бев (в сторону, чтобы никто не слышал): Долго я буду еще целоваться только с мужем? (Громко): Малышка щебечет, как канарейка...

Виктор: Хочу, чтобы ты стал крестным отцом малышки.

Сент-Бев: Любить одну Адель и быть крестным другой Адели... дочки первой! Ирония судьбы!

                                                            * * *

Адель стала любовницей Сент-Бева, и они встречаются в доме Виктора Гюго, когда того нет дома.

Лестница. Входит пожилая дама со странной походкой. В руках у нее сумка. Это — переодетый Сент-Бев. Он затеял этот маскарад, чтобы незаметно пройти к своему «другу».

Сент-Бев (поднимается по лестнице): Какое счастье! Она ждет меня. Каждый понедельник она принадлежит мне. Ах! Адель! Твой дар бесценен!..

Время от времени он останавливается, как старик, чтобы перевести дыхание. Внезапно появляется консьержка.

Консьержка: К кому вы идете, мадам?

Сент-Бев, потеряв голову от страха, начинает быстро ка­рабкаться по лестнице. Он оступается, и из-под юбок у него выглядывают мужские панталоны.

Консьержка: Мужчина! Так я и думала!

Она начинает хохотать во все горло вместе с жильцами, вышедшими поглазеть из своих квартир. Сент-Бев, уязвленный, звонит в дверь Гюго.

Голос за дверью: Кто там?

Сент-Бев: Это я, как всегда по понедельникам пришла поболтать с вами…

 Дверь открывается, и он поспешно входит.

                                                                     * * *

Февраль 1833 года. Гюго в ложе актрисы. Он пришел поздравить с успехом молодую Жюльетту Друэ, исполняющую роль княгини Негрони в пьесе «Лукреция Борджа». Она пре­красна, и Виктор смотрит на нее с нескрываемым вожделением. После некоторых колебаний:

Виктор: Смелее, старина Виктор, не будь смешным. Отбрось щепетильность, поскольку тебе наставляют рога!

Он обнимает ее за талию.

Жюльетта: О! Месье Гюго! Будьте благоразумны.

Он целует ее в губы.

Жюльетта (отстраняясь): Это не очень-то вежливо, когда люди так мало знают друг друга!

Виктор (обретя спокойствие, в сторону): Еще до карнавала она будет моей!

Виктор стал любовником Жюльетты в день карнавала 1833 года. Они провели несколько недель в деревне Жуи-ан-Жоза в небольшой комнатенке в мансарде. Теперь они разговаривают друг с другом, как близкие люди.

Жюльетта: Мой маленький Тото! Ты съешь немного лапши с подливкой?

Она нежно целует его.

Виктор: Макароны? Конечно, моя любимая Жужу.

И он в ответ целует ее.

Жюльетта: Сядем за стол или ляжем в постельку?

Птичка на окне: Фюить!

Виктор (смотря на плиту): Жаркое еще не совсем готово.

И они ложатся в постель.

8 августа 1838 года. Маленькая квартирка на улице Сент- Анастаз, где затворницей живет Жюльетта Друэ, которой Вик­тор Гюго из ревности не разрешает выходить одной. Он не разрешает ей также принимать гостей, а получаемые письма она должна распечатывать только в его присутствии. Уже шесть дней Гюго, работающий над «Рюи Блазом», не появляет­ся у нее, чтобы приголубить бедняжку, тоскующую и пылаю­щую от страсти.

Жюльетта (пишет Гюго): «Тото, вы не очень-то любезны со мной. Вы же знаете, что вы для меня, как кусок хлеба для голодающего. А я уже так долго голодаю! Нашей религией отменен 40-дневный пост. Мой бедненький дружок, раз вы уже закончили вашу пьесу, приготовьтесь уделить по праву принад­лежащее мне время, чтобы уж я могла разговеться... Я жажду ваших поцелуев и вашей любии. Не дайте мне умереть с голоду, мой Тото, ведь вы же можете сделать так, чтобы я не испыты­вала голода всю оставшуюся жизнь...»

Последняя фраза погружает ее в мечты. Окунув перо в чернильницу, она грезит наяву.

Свет на сцене гаснет. Занавес закрывается.

12 августа 1838 года. Виктор Гюго, наконец, появляется в квартире Жюльетты. Они в постели и полностью заняты друг другом. Собака спит в кресле. Достигнув вершины любви, для чего ему пришлось немало потрудиться, Гюго восклицает:

—    Как прекрасно сознавать, моя обожаемая Жюльетта, что уже три года мы вместе.

Собака Виктора Гюго (внезапно проснувшись):Гав, гав, гав!

                                                                * * *