Крис Огден - Маргарет Тэтчер. Женщина у власти

Они так хорошо ладят друг с другом, потому что каждый поглощен своими интересами. К тому же их роднит общий для обоих бескомпромиссный политический консерватизм. Дэнис разделяет основные ее убеждения, но его взгляды еще правее. «Я добросовестный правый консерватор и ни за кого другого себя не выдаю», — признался он однажды {4}. Ему так нравится Южная Африка, его излюбленное место для игры в гольф, что его восторженные публичные высказывания о стране апартеида приходится всячески смягчать. Столь же громки и его высказывания о социализме, который он ненавидит во всех формах и проявлениях. Дэнис решительно поддерживает предпринимателей против тред-юнионистов, которых называет «луддитами», и редко упускает случай во всеуслышание объявить, что Би-би-си отдана в руки большевиков. К иностранцам он выказывает едва ли не презрение. Когда его однажды спросили, был ли он в таком месте за пределами Англии, где бы ему понравилось, он, поразмыслив с минуту, сказал: «В Далласе».

«Мне иногда приходится проявлять чуть больше такта, чем мог бы проявить он, — призналась как-то раз премьер-министр. — Но если время от времени он высказывает взгляды, которые расходятся с моими, — что из того? Они привносят в жизнь дополнительную остроту. По-моему, люди его обожают, и я тоже». Фактически же, хотя Дэнис всегда без колебания излагает свои правые воззрения жене, он старается помалкивать на людях, хотя порой это требует от него почти сверхчеловеческих усилий. Несмотря на природную прямоту и откровенность, он являет собой, когда нужно, образец благоразумия и ни разу не поставил премьер-министра в по-настоящему неловкое положение. С тех пор как его жену избрали в 1975 году лидером консервативной партии, Дэнис давал интервью только Кэрол, их дочери-журналистке. «Пока я по возможности держу язык за зубами, ничего не пишу и не высказываю, мне удается избежать неприятностей», — усмехается он.

В личном плане супруги Тэтчер — люди очень разные. Она называет его в частной жизни «Ди» или «Ди-Ти», а на людях — Дэнисом. Он же называет ее на разные лады, начиная от «Маргарет» в компаниях и кончая «жена», «Тэтчер», «золотце», «босс». У них почти нет общих друзей. Она уделяет мало времени его приятелям — любителям гольфа, он мало интересуется ее политическим окружением. Известно, что в Чекерсе нередка такая картина: он упражняется с мячом для гольфа на лужайке у дома, где она проводит заседание своего кабинета. Он любит время отпусков. Всякий раз, когда появляется возможность, он катит на своем автомобиле в аэропорт и улетает отдыхать без нее. Она же терпеть не может отпусков и старается под любым предлогом избежать их или пораньше вернуться к работе. Он чувствует себя в доме N 10 стесненным — она предпочитает этот дом любому другому месту на свете. Дэнис курит — она не любит, чтобы вокруг курили. Дэнис увлекается спортом — на нее спорт навевает скуку.

Дэнис, фигура мировой величины среди приверженцев дискриминации женщин, связан узами брака с женщиной, являющейся высшим символом женского равноправия. Она смела, иной раз чрезмерно. Дэнис смел или во всяком случае прямодушно резок в личных разговорах, но как представитель предпринимательской корпорации он по природе своей более осторожен. В неофициальной обстановке они порой беззлобно пререкаются: «Может быть, Маргарет, ты скажешь, что я неправ, но…» — «Ты не прав, Дэнис», — вдруг перебивает она. Разница в возрасте никогда не была для нее помехой. Еще со школьных лет она привыкла чувствовать себя более уверенно в обществе людей постарше.

Ввиду того что Маргарет так занята, Дэнис, ведя самостоятельный образ жизни, нередко бывает в отъезде. В годы, когда он работал, чтобы обеспечить семью, ему приходилось много разъезжать по делам фирмы. «Мне часто говорят: «Вы столько делаете для Маргарет в области политики». Это прекрасная теория, но в действительности все обстоит совсем не так, — пояснял он. — Я ведь должен содержать жену и двоих детей, и моя работа стоит у меня на первом месте» {5}. Теперь он уезжает либо по делам, либо — чаще — развлечься. В его отсутствие она начинает скучать. «Когда я остаюсь одна, я могу это перенести, но иной раз бывает как-то пусто», — признавалась она {6}.

В 1975 году, в том самом году, когда Маргарет стала лидером консерваторов, Дэнис ушел в отставку, получив в виде прощального подарка «роллс-ройс», но сохранил за собой место члена правления в ряде корпораций. В отличие от замкнутой Маргарет Дэнис очень общителен. Человек компанейский, он любит бывать на людях, носить галстуки цветов своего полка или клуба, потягивать с друзьями джин в спортивных клубах, таких, как «Лордз тавернерз» или «Далидж энд Сиднем голф-клаб». Когда его однажды спросили в подвыпившей мужской компании, чем он занимался весь день, Дэнис шутливо ответил: «Если я не мертвецки пьян, я обычно играю в гольф». Левша, он играет так хорошо, что охотно дает сопернику фору {7}. Он старается выбираться на площадку для игры в гольф не реже двух раз в неделю, иногда с Вилли Уайтлоу, но чаще с Биллом Дидсом, бывшим редактором «Дейли телеграф» и старым его другом.

Но когда дела в стране идут не слишком гладко, Дэнис считает своим долгом оставаться дома и всегда быть рядом, чтобы поддержать жену или сочувственно ее выслушать. Например, во время Фолклендской войны, когда гибли британские солдаты и премьер-министр была полна тревоги и огорчения, Дэнис практически неотлучно находился при ней. Он знал, что она нуждается в поддержке, и готов был сидеть с нею до глубокой ночи, в то время как она не находила себе места, беспокоясь за «наших парней». Точно так же помогает ей Дэнис и во время избирательных кампаний. Непременный их участник, он зазывает слушателей, кивает по ходу речи, аплодирует и всегда в нужный момент восклицает: «Правильно! Правильно!» Но он уклонится от официальной церемонии, если будет иметь такую возможность. Он ненавидит скоропалительные рабочие визиты и почти никогда не сопровождает премьер-министра в таких поездках. Отказывается он от участия и в более длительных вояжах в места, ему малосимпатичные. Так, он не пожелал совершить с ней один из самых знаменитых визитов — в Москву на встречу с Михаилом Горбачевым в 1987 году — и в течение пяти дней быть гостем догматичной Раисы. «Красные, — говорит он друзьям, — это не моя компания».

В частной жизни он может отпустить крепкое словцо, но в обществе его речь чаще засоряют словечки старого армейского жаргона. «Лучше обратитесь с этим вопросом к старшему по званию» означает на его языке: «Спросите у премьер-министра». Любимое его выражение: «Одна нога здесь, другая там». «Опять бардак!» — прокомментировал он срыв запланированного срока встречи африканских стран. «Черт побери, Маргарет, кто бы еще сумел толкнуть такую речь! — воскликнул он на завтраке в честь премьер-министра Греции Андреаса Папандреу, после того как миссис Тэтчер в лаконичной форме тоста охватила несколько тысячелетий греческой истории. — Ах, простите, — добавил он, заметив сидевшую рядом жену архиепископа Кентерберийского. — Я забыл, что вы здесь» {8}. В другой раз, будучи спрошен, отдельные ли у него и премьер-министра банковские счета, он рявкнул: «Да, черт возьми, и кровати тоже!»