Лев Андреев - Янгель: Уроки и наследие

Я самый крупный специалист в этой области. И то, что сейчас предлагает Янгель, категорически отвергаю. Нереально. Кому, как не мне, знать все тонкости поведения движущегося тела, наполненного жидкостью, с учетом возникающих при старте колебаний?

— Я конструктору и предложил: Вот чистый лист бумаги. Пишите, что Янгель не прав. И свою подпись поставьте, да поразборчивее.

Он так и сделал. Даже место дискуссии указал: "Борт самолета ИЛ-18". И как он некоторое время спустя неловко себя чувствовал, когда я ему эту записку показал. Вариант старта, предложенный Михаилом Кузьмичом, к этому времени отлично себя зарекомендовал и прочно вошел в нашу технику".

Отдаст должное творческому наследию М.К. Янгеля и главный конкурент в соревновании по созданию межконтинентальных баллистических ракет. В.Н. Челомей на совещании у секретаря ЦК КПСС Д.Ф. Устинова официально выразит свое восхищение принципиально новыми техническими решениями, заложенными в основу создания ракетных комплексов, в которых реализуется минометный старт. Однако свое эффектное обещание снять шляпу, в случае несостоявшегося предсказания, забудет. Напомнят и заместителю министра Г.М. Табакову, отказавшемуся подписать ТТТ. Но у "начальства собственная гордость", оно может и промолчать. Не смог признать свое поражение заместитель министра обороны Н.Ф. Комаровский, к тому времени его уже не было в живых.

И все же, пожалуй, высшей оценкой заслуг М.К. Янгеля стало высказывание человека, который не поверил не только в минометный старт, но и в возможности М.К. Янгеля как ответственного руководителя создания всего комплекса. Главный оппонент и воинствующий противник разработки Е.Г. Рудяк скажет в адрес своего обидчика, поставившего точку на его инженерной карьере:

— Я не знал, что Янгель способен творить чудеса. Никогда не предполагал, что этот человек, перенесший три инфаркта, обладает такой силой и мужеством, когда отстаивает новое в технике.

Время подтвердило правильность выбора, сделанного М.К. Янгелем. Эверестом ракетной техники стал завещанный им минометный старт, сыгравший огромнейшую роль в превращении Ракетных войск стратегического назначения в огромную оборонительную силу. К этому следует добавить, что РВСН как самые молодые в армии, в военных действиях участия не принимали, ибо возникли уже после второй мировой войны. Но именно они способствовали во многом тому, что человечество избежало третьей мировой войны, и это была по-настоящему великая победа!

В конце двадцатого века Ракетные войска стали не только самым мощным видом вооруженных сил, но и самым малочисленным контингентом армии и флота — на него расходовалось менее 10 % военного бюджета страны.

И то, что Великая держава оказалась задействованной на одну кнопку в чемоданчике Президента (сейчас эта кнопка оказалась в руках у Президента России), в которой сосредоточена вся стратегическая мощь глобальной ядерной системы — в этом несомненная заслуга М.К. Янгеля. В этом он видел свое служение народу по защите независимости и мирного неба над страной.

Мечты и свершения

в проектах большого и малого космоса

Каждый раз, провожая в космический полет очередной спутник серии "Интеркосмос", невольно думаешь, что в том импульсе, который выводит спутник на орбиту, есть немалая доля творческой энергии Михаила Кузьмича Янгеля.

Per aspera ad astra.

Первый несостоявшийся проект большого космоса

В шестидесятых-семидесятых годах двадцатого столетия в кругу специалистов, связанных с ракетной техникой, для которых фигура С.П. Королева не была секретом, бытовал полушутливый вопрос, задававшийся явно на "засыпку":

— А вы знаете кому обязан Советский Союз успехам в космосе?

И получив очевидный ответ — Королеву, спрашивавший вразумлял неосведомленного, что "Главным конструктором" космического ракетоносителя по сути являлся первый заместитель Председателя Госэкономкомиссии СССР и одновременно Председатель Государственного комитета Совета Министров СССР В.А. Малышев, бывший до этого Министром среднего машиностроения, в котором сосредоточивалась вся атомная промышленность страны.

И далее следовал доверительный рассказ, примерное изложение содержания которого приводится ниже, о том, что скрывалось за всем этим..

В начале пятидесятых годов С.П. Королев стал вынашивать идею создания ракеты, способной доставить около трех тонн груза на расстояние до восьми тысяч километров. Первоначально рассматривались два варианта: двухступенчатая баллистическая ракета с жидкостными ракетными двигателями или гибридная, у которой первая ступень обычная жидкостная, а вторая крылатая с прямоточным двигателем.

В 1953 году С.П. Королев приходит к выводу, что оптимальной схемой сверхдальней (на тот момент) ракеты будет двухступенчатый баллистический вариант, и в конструкторском бюро начинаются ее эскизные проработки. Вскоре после испытаний водородной бомбы перспективными работами, связанными с развитием ракетной техники, заинтересовались возглавляемые В.А. Малышевым руководители атомной промышленности И.В. Курчатов, Ю.Б. Харитон, К.И. Щелкин, ставшие частыми гостями С.П. Королева. В один из очередных визитов В.А. Малышев приехал один. Именно в это посещение и состоялся судьбоносный для будущей космической программы Советского Союза разговор. Вот как описывает его Я.К. Голованов в книге "Королев":

"Совещание в довольно узком кругу. Малышев был необыкновенно жизнерадостен и оживлен, шутил, и на людей, мало его знающих, мог произвести впечатление человека легкомысленного и поверхностного. Но Королев понимал, что разрядка обстановки нужна ему для чего-то очень важного и "ухо надо держать востро". И он не ошибся.

— Так сколько весит ваша ракета? — небрежно спросил Малышев у Мишина.

— Примерно сто семьдесят тонн, — ответил Василий Павлович.

— И сколько же такая махина может поднять? — он обернулся к Крюкову[17].

— Около трех тонн, — ответил Сергей Сергеевич.

— Ну что это такое — три тонны? — Малышев с улыбкой смотрел на Королева.

— А что? Совсем неплохо, — дипломатично ответил Королев, понимая, что главное — впереди.

— Товарищи, — Малышев стал вдруг очень серьезным. — термоядерная бомба весит сегодня около шести тонн. Ваши три тонны — ни то, ни се. Шесть тонн. Ну, пять с половиной. Физики обещают этот вес уменьшить, но ориентироваться надо на шесть тонн. Я понимаю: никто никогда такой ракеты не делал. Так ведь бомбы такой тоже никто никогда не делал! Мы получаем абсолютное оружие: невероятной силы заряд, способный поразить любого потенциального противника.