Вольдемар Балязин - Русско-Прусские хроники

Подписание русско-имперского договора представляло собой одно из наиболее значительных событий в международных отношениях этого времени. Поэтому не случайно, что русско-имперский договор 1514 года и впоследствии привлекал к себе внимание историков разных стран. В русской историографии В. Н. Татищев, Н. М. Карамзин, С. М. Соловьев считали, что инициатором союза был сам император и что главной целью Максимилиана было вытеснение поляков из Прибалтики и из-под Киева. Такую же точку зрения высказал и автор этих строк в статье «Русско-Имперские отношения в первой трети XVI века», опубликованной в сборнике Института славяноведения и балканистики в 1973 году.

7 марта 1514 г. в Германскую империю для ратификации подписанного фон Зоннегом договора отправились русские послы Дмитрий Федорович Ласкарь и дьяк Елизар Суков. Об их путешествии сразу же узнали в Польше и решили принять контрмеры. К Максимилиану был срочно отправлен посею польского короля Рафаил Лещинский, близкий друг Сигизмунда и его личный секретарь, но Максимилиан его не принял и передал через приближенных, что спор между Польшей и Тевтонским орденом будет решен на ближайшем рейхстаге. Он категорически отказался освободить от имперской подсудности Гданьск и Эльблонг, хотя Сигнзмунд очень просил его об этом. Тогда польский король прибег к помощи своего брата короля Венгрии Владислава. Посол Владислава Ренульт, хотя и был любезно принят императором, но почти ничего не добился. Максимилиан согласился передать спор между Польшей и Тевтонским орденом третейскому суду, состоящему из папы, императора, короля Владислава и курфюрстов. Решение, принятое этим судом, сказал Максимилиан, будет окончательным и судьи позаботятся о точном его выполнении. Это решение будет поддержано великим Московским князем и великим магистром Тевтонского ордена, во всяком случае, добавил Максимилиан, он обещает склонить Василия и Альбрехта к принятию и поддержке достигнутого на суде решения. Таким образом, сразу же после подписания договора с Россией император допустил серьезное отступление и от духа и от буквы его, в дальнейшем же, как мы увидим, такие действия со стороны императора станут традиционными.

Однако весной 1514 г. русские еще не знали этого. Воодушевленные успешно завершенными переговорами с императорским послом Георгом фон Зоннег, они начали еще одну дипломатическую акцию. По приглашению русских весной 1514 г. в Новгород приехали послы, представлявшие семьдесят ганзейских городов.

Точная дата начала переговоров неизвестна, однако, шли они несколько недель и окончились заключением договора летом 1514 г.

По этому договору ганзейцам разрешалась торговля в Новгороде «всяким товаром» и сошью, вновь открывался торговый двор с церковью и давалось обещание держать немцев «по старине». Ганзейцы, в свою очередь, соглашались «очистить» в Ливонии русские концы и церкви при них и ничем не обижать русских купцов.

В те дни, когда ганзейские послы трудились над составлением договора, в Москве собиралась огромная великокняжеская рать, готовая выступить на завоевание Смоленска. Борьба с Польшей более всего занимала великого князя и его приближенных. Новая обстановка и новые задачи вызвали к жизни и новые статьи договора, не встречавшиеся ранее в русско-ганзейских соглашениях, посвященных только урегулированию торговых вопросов. Так впервые появляются статьи, которые раньше включались только в политические договоры. В статьях 20–22 нового договора стороны гарантировали послам безопасность, неприкосновенность и содействие при проезде через русскую или ганзейскую территорию. Ганзейцы получали право отныне вести переговоры не в Пскове и Новгороде, как прежде, а в самой Москве. Согласно статьи 23 все семьдесят ганзейских городов обещали не оказывать никакой помощи польскому королю.

В самом начале мая месяца за три недели до начала Смоленского похода Василий III отправил к Туле крупные воинские силы во главе с князем Александром Владимировичем Ростовским.

При подготовке похода и вскоре после его начала в движение были приведены очень большие контингенты войск. Еще до того, как из Москвы выступили отряды Даниила Шени и Михаила Глинского, к Великим Лукам из Новгорода выступила рать князя Василия Шуйского.

7 июня в Великие Луки уехал полномочный представитель великого князя Василий Левашов. Он должен был передать приказ о выступлении войск Шуйского из Великих Лук к Орше.

На реку Угру были посланы войска во главе с боярином Воронцовым, а в Серпухов — во главе с братом великого князя Дмитрием Ивановичем.

Лишь после этого 8 июня 1514 г. Василий III с братьями Семенов и Юрием, выступив во главе огромной, прекрасно вооруженной армии, в третий раз пошел к Смоленску.

Поляки и литовцы, внимательно следившие за приготовлениями русских к новому походу на Смоленск, не ожидая выступления московских ратей к их границам, стали готовиться к отражению готовящегося вторжения.

24 мая 1514 г. король Сигизмунд разослал окружную грамоту о выступлении в поход на помощь Смоленску, по этой грамоте 24 июня все польско-литовские войска должны были собраться в Минске и оттуда направиться к осажденному Василием III городу. Однако приготовления к походу сильно затянулись и армия Сигизмунда собралась в назначенном месте лишь в конце июля. Между тем вокруг Смоленска плотным кольцом расположились русские войска. «Град же имея твердость, стремнинами гор и холмов высоких застворено и стенами великими укреплено», — писал летописец.

И все же 30 июля 1514 г. Смоленск капитулировал. В русской историографии установилась традиционная точка зрения, согласно которой город сдался после многократных штурмов и жестокого артиллерийского обстрела. Наиболее подробно развивает эту точку зрения С. М. Соловьев. Используя данные Архангелогородското летописца, Никоновской летописи и хроники Стрыйковского, С. М. Соловьев приходит к выводу, что Смоленск пал, не выдержав обстрела и опасаясь неминуемого штурма.

Вследствие этого, по свидетельству всех без исключения летописей, православный смоленский епископ Варсонофий от имени всех «гражан» попросил Василия III прекратить обстрел города, обещая капитуляцию. 31 июля «князи и бояре Смоленские град отвориша», и выйдя навстречу насилию, принесли ему присягу в верности. После крестного целования «князь великий их пожаловал, слово свое им жалованное молвил». Вслед за тем, 1 августа 1514 г. Василий торжественно въехал в Смоленск, который накануне привели к присяге русские воеводы.

Таким образом, события, связанные с капитуляцией Смоленска, по традиционной версии развертывались следующим образом: