Александр Корганов - Загадка Скапа-Флоу

Херрманн посмотрел на часы и нахмурился.

— Так не может долго продолжаться, мы уже фактически облазили всю базу, но так никого и не обнаружили. Чёрт возьми! Чем они там занимаются? — проворчал он, поднимая глаза.

Единственное, что было перед его глазами — изгиб корпуса.

На мостике Дзиаллас напрягал все мускулы лица. Видение темного пятна вновь мелькнуло на какие-то доли секунды на фоне скал и вновь растворилось в окружающем сером мире. Был ли это по-прежнему обман зрения? Ветер, напевавший в его ушах, вызывал дрожь в руках и видение, которое он напряженно искал, вновь покинуло узкий сектор сто обзора. Унтер-офицер вдруг понял, что ночь действительно холодна, и почувствовал, как цепенеет. Он опустил бинокль и закрыл глаза на несколько мгновений, а затем украдкой оглянулся вокруг. Похоже, никто ничего не заметил.

Он вернулся к несению вахты, и почти тут же — новое потрясение! Пятно явно проступило снова, как чернильная клякса, хотя и с неясными очертаниями. Чтобы удостовериться, он поводил биноклем по сторонам, а затем возвратился к тому же самому пятну, которое тут же выделил. Никакой ошибки. Там что-то определенно было. Он толкнул Эндрасса.

— На сей раз, я уверен, что я вижу большой корабль впереди, на курсовом 10° правого борта,[17] — пробормотал он, поглядывая на него краешком глаза.

Дзиаллас увидел, как тот несколько секунд искал подозрительное пятно, пока не нацелил на него свой бинокль.

— Боже правый! Ты прав! Корабль впереди, справа 10°, — воскликнул Эндрасс с волнением.

Прин пытался рассмотреть радиоантенны на вершинах скал, видневшиеся на востоке в южной части залива Скапа-Флоу. Он мгновенно повернул бинокль в указанном направлении и быстро обследовал цель, вызвавшую такое оживление у верхней вахты.

— Да, я вижу ее. Крупная цель. Дистанция не меньше 4000 метров, — высказался он, наконец.

В боевой рубке Смышек, стоявший у ПУТС,[18] услышав новости из переговорной трубы, внутренне напрягся. На мостике обстановка накалилась еще больше. Эндрасс занял на мостике место у визира ПУТС.[19]

Тишина нарушалась лишь рокотом дизелей, шипением волн, окатывавших форштевень, и журчанием воды в шпигатах надстройки. Прин и Эндрасс снова подняли бинокли. Тень постепенно обретала очертания.

— Это — крупная бадья с одной трубой, обращенная носом к берегу.

— Я бы сказал, что это — линейный корабль типа «Ройал Соверин» или «Куин Элизабет» — заключил Прин. — Хотя, скорее «Ройал Соверин». Различаю кормовую мачту в виде треноги. У «Куин» надстройка более массивная.

— Корабль стоит под прямым углом к берегу… А должен стоять под углом 45° или что-то в этом роде, трудно сказать. Не вижу никаких огней.

— Не думаю, что мы особо заметны на фоне скал, к тому же, на нашей стороне внезапность. Они не ожидают атаки со стороны берега, — добавил Эндрасс.

Прин кивнул и ответил:

— Однако следует быть еще осторожней. Наш успех зависит от эффекта внезапности.

Гнетущая тишина вновь опустилась на мостик. Все поняли, что, если им не повезет, и британская вахта их обнаружит, легкие орудия линкора отправят их на дно через несколько мгновений.

— Позади первого еще один корабль! — прокричал фон Фарендорф.

Командир со старпомом взялись за бинокли.

— Бог ты мой! Действительно… большой, две трубы… они стоят на якоре параллельными курсами… первый закрывает две трети второго, находящегося ближе к берегу, — сказал Эндрасс, глаза которого приклеились к целям.

Нос, сходящийся в невысокий форштевень, широкая палуба, две башни главного калибра и часть передней надстройки виднелись за первым силуэтом.

— Это — линейный крейсер… «Рипалс» или «Ринаун»… Он намного длиннее, чем первый, — доложил о своих наблюдениях фон Фарендорф.

— Наверное, «Рипалс», потому что «Ринаун» в море, — ответил Прин.

— Роскошные цели и хорошо расположены для стрельбы, — заметил про себя Эндрасс, не отрывая бинокль от глаз.

Хэнзель, стоявший на вахте в корме, внимательно прислушивался к разговору офицеров. Он неистово стремился оказаться перед лицом врага, который, даже повернувшись к нему спиной, мог отправить его в другой мир. Он опустил бинокль, проклиная предательский свет. Тот сделал кильватерный след лодки настолько заметным, что больше походил на мертвенно бледный перст, указующий на нее. Не прошло и минуты со времени замечания старпома, а Хэнзель подумал, что тишина, затянулась непозволительно долго. Что происходит? Он снова взял бинокль и осмотрел свой сектор. Старший матрос знал, что корабль развернется, как только торпеды будут выпущены. С нетерпением, смешанным с беспокойством, он ожидал приказаний командира.

— Аппараты помер один — четыре приготовить к стрельбе из надводного положения! — скомандовал Прин.

— Носовые торпедные аппараты готовы, командир, — доложил Эндрасс.

— Глубина хода торпед 7 метров! Точка прицеливания аппаратов № 1 и № 2 — носовая надстройка корабля, стоящего к зюйду, аппаратов № 3 и № 4 — нос корабля к норду! Дистанция 3000 метров, скорость торпеды 30 узлов! Угол растворения три градуса… — зеленый три…

— Яволь, командир! — ответил Эндрасс.

Припав правым глазом к визиру, он начал быстрый обмен информацией со Смышеком через переговорную трубу. Выдал ему дистанцию, позиции цели и другие элементы атаки. Стрельбовый пеленг на ПУТС-е был связан с гирокомпасом и визиром. Смышек за прибором управления торпедной стрельбой наблюдал за двумя тусклыми красными лампочками управления, которые показывали, что данные введены. Через несколько секунд жужжание ПУТС прекратилось, и сигнальные лампы погасли. Смышек доложил результаты и затем соединил ПУТС с цепью торпедной стрельбы: с этого момента стрельбовые данные автоматически передавались туда. Еще один сигнал загорелся перед глазами матроса. Теперь можно было стрелять из любой позиции, с условием, что угол поворота торпеды не должен превышать 90 градусов.

Эндрасс навел перекрестие визира на надстройку линкора и, не отрывая головы, положил свою правую руку на кнопку управления стрельбой.

— Данные введены, командир!

— Аппараты № 1 — № 2 — товсь!

— Товсь выполнено!

— Пли!

— Аппарат № 1 — пли! Аппарат № 2 — товсь!

— Аппарат № 2 — пли!

Прин внимательно следил за действиями старпома. Он видел, как тот подвернул визир чуть вправо.

— Право на борт! — приказал он.

Перекрестие прошло прямо по носу корабля, стоящего севернее.

— Торпедный аппарат № 3 — товсь! Аппарат — пли!