Сергей Голукович - Поперечное плавание

— Аурика Григорьевна Сорочан. Ищу мужа.

Борченко почувствовал, как пальцы ее руки доверчиво легли в его широкую ладонь. Осторожно ответил на рукопожатие, и вновь пришло на ум: «Умеют же люди выбирать себе жен».

— Знаю вашего мужа. Он в таком же батальоне, как мой, комиссаром. Их участок километрах в тридцати выше по течению реки.

С той стороны, куда майор показал рукой, донесся далекий, но, чувствовалось, сильный взрыв. Комбат посмотрел на часы, догадался: «Взорван железнодорожный мост. Значит, там, на участке батальона Корнева, противник уже вышел к берегу». Борченко только подумал об этом, но мать и дети инстинктивно почувствовали: что-то грозное и опасное происходит в той стороне, где находится дорогой для них человек. Стараясь скрыть нахлынувшую тревогу, Аурика Григорьевна обратилась к Борченко:

— Наша организация еще не вся переправилась. Я со своим отделом на машине. Нельзя проехать к мужу? Ведь это не так далеко.

— Не советую. Его батальон, вероятно, уже снялся с места. И вам задерживаться не советую. Напишите записку. Я постараюсь передать вашему мужу.

Мальчуганы сразу приуныли. Женщина, смахнув слезу, быстро написала в блокноте несколько строк, вырвала лист, сложила вчетверо, отдала майору.

И он опять почувствовал в своей ладони ее теплые пальцы. Невольно пришло на ум: «С такой ждать встречи, о такой тосковать стоит. Везет же людям».

Майор искренне посочувствовал ребятам Сорочана: его старший сын Виктор вот уже несколько дней был с ним на переправе, с ребячьим восторгом воспринимал все происходящее здесь. Но тут же подумал: «Как там жена обходится с двумя младшими?» Решил при первой же возможности отправить Виктора в тыл — к матери.

Дежуривший у пристаней лейтенант, чуть запыхавшись, поднялся на облюбованный комбатом пригорок.

— Товарищ майор, от стрелкового полка к нашему телефону подали линию. Просят вас к аппарату.

Быстро спустившись к берегу, Борченко спрыгнул в перекрытую щель, вырытую недалеко от пристани. Там стояли два телефона: для связи со стрелковым полком на правом берегу, по проложенному по дну кабелю, и для связи со штабом батальона.

Телефонист подал трубку:

— Командир стрелкового полка на проводе.

Майор взял трубку.

— Берег слушает… Да я… Приму меры… Когда выехал?.. Понятно… Обязательно встречу… — Повернулся к другому телефонисту: — Вызывайте штаб.

Телефонист несколько раз нажал кнопку вызова.

Тихонько запищал аппарат. Борченко, услышав в трубке голос, приказал:

— Найдите начальника штаба! Пусть придет ко мне на берег. — А стоявшему здесь командиру роты сказал: — Выдвиньте верховую брандвахту еще на километр выше по течению. На том берегу есть лысая высота. С нее далеко просматривается местность в сторону железнодорожного моста. Вот и выставьте там наблюдательный пост.

Командир роты посмотрел на высоту в бинокль.

— Понятно. Надо для поста установить сигналы.

— Заметят движение противника в нашу сторону — белая ракета. Ну а если их атакуют — красная, и быстро на своей лодке на наш берег. Там есть уровский дот, прикроют во время переправы.

Командир роты дал указания остающемуся за него командиру взвода и трусцой побежал вдоль берега в сторону брандвахты, дежурившей на двух рыбачьих лодках в полкилометре выше по течению от крайней пристани.

Вскоре Борченко увидел широко шагающего по тропинке капитана. С ним они были давние сослуживцы. В полку тот занимал должность помначштаба по мобработе. Знали друг друга хорошо, сработались и даже дружили, но панибратства между ними не было.

— Слушаю.

Борченко отвел его в сторонку: охочие до новостей телефонисты уже навострили уши.

— Командир стрелкового полка по телефону сказал: «Сватовство кончилось, скоро свадьба». Намек ясен. Предупредил: быть наготове! Посоветовал хорошенько смотреть вправо. Его начальник штаба готовит прикрытие переправы и должен заехать к нам.

Капитан достал из планшета карту, спросил:

— Где будет командный пункт полка?

— Пока не знаю. Сейчас переправляюсь на тот берег, узнаю у начальника штаба. А вы готовьтесь с первой колонной к маршу. Включите в нее все загруженные парком машины. Колонну постройте вдоль вчера облюбованной полезащитной полосы. Время выступления уточню.

— Все ясно.

— Если что будет срочное, сообщу по телефону.

Командиры разошлись: один — по тропе к штабу; другой — к уже поджидающему разведывательному катерку.

Понтонер, дежуривший у пристани правого берега, заметил комбата, крикнул:

— Товарищ лейтенант! Майор к нам на катере!

Дежурный по комендантской службе на правом берегу прикинул, куда причалит катер, и побежал встречать комбата. Едва Борченко вышел на берег, доложил:

— За время дежурства происшествий не случилось.

— Много еще транспорта на переправу?

— Если больше не подойдет, за три рейса управимся.

— Гражданских организаций больше не ожидается. Порядок переправы полка вам известен?

Не успел лейтенант ответить, как увидел, что какая-то машина, вихляя и прижимаясь к самому краю дороги, обходит стоящий транспорт, направляется к берегу.

Шофер нашел удобный съезд с дороги и развернулся у берега. В машине было с десяток бойцов с винтовками. Через задний борт выглядывал ребристый кожух ствола станкового пулемета и щиток. Из кабины вышел коренастый и полный подполковник, начальник штаба стрелкового полка. Увидел майора — и сразу к нему. С хитринкой, будто старому знакомому, сказал:

— На уху не зови — некогда. А вот где удобнее умыться, покажи, пропылился как черт. — Предупредив попытку майора представиться как положено по уставу, энергично пожал ему руку.

Подполковник уже приметил в сторонке выступающие из воды камни, направился к ним. На ходу обернулся к своей машине:

— Сержант! Ведите орлов умываться. Только пониже меня. Расстегнул ремни, сунул их майору. — Подержи, пожалуйста. Карта у тебя есть? Приготовь, пока сполоснусь. — Сняв гимнастерку и майку, зафыркал, сплевывая серые комочки дорожной пыли.

Борченко поманил от пристани одного из понтонеров и тихонько сказал:

— Найдите подполковнику полотенце почище.

— Так у меня чистое. — Достал из кармана завернутый в клеенку кусочек мыла: — Может, дать?

— Дайте.

— Товарищ подполковник! Может, с мылом сподручнее будет!

— Вот уважил! Спасибо!

— Я сейчас рушник принесу, — бросился к вещевому мешку боец.

Немного погодя, устроившись в тени большого куста, подполковник водил тупым концом карандаша по карте.