Яков Гройсман - Валентин Гафт: ...Я постепенно познаю...

***

Красный палец отпечатал след.Преступник знаменит,Он под рамкой полуспрятан,Тараканий ус торчит.Красной зеброй раскаленнойНа лице горит спираль.Ты в тельняшке окрапленнойСквозь Дали уходишь в даль.

СТУПЕНИ

Как спины черные тюленьи,Лежат гранитные ступени.Они давно молчат, не ропщут.Путем коротким или длиннымМы все идем по чьим-то спинам.И ты не проклинай судьбуИ не страдай от унижений,Когда по твоему горбу,Жив ты или лежишь в гробу,Пройдут, как по простой ступени.

ДРЕВНОСТЬ

И древностьВызывает ревность.На то есть веские причины,В нее влюбляются мужчины,И женщин покидаетВерность.

Нет в этой старости изъянов,Ее ничем не удивишь,В ней сексуальность ресторановИ легкость черепичных крыш.

Она – как молодость в сединах,Что век для древности – лишь час.Она останется в гардинах,Посуде, мебели и винахИ с королями на картинахПереживет меня и Вас!

ТЛЕН

Уходит жизнь из тела постепенно,Но, говорят, – душа нетленна,Жаль только, ждать конца – такая маета,Чтоб превратиться в прах мгновенно,Зачем вся эта суета?

Но вот умру, и кто-нибудь степенно,Не сразу вспомнив, скажет обо мне,Что красота души его нетленна,Забыв, как тело корчилось в огне!

ГРЕХИ

«Ах, если бы она была жива,Я всё бы отдал за нее, всё бросил».Слова, слова, слова, слова, слова,Мы все их после смерти произносим.

И пишутся в раскаяньи стихи,Но в глубине души навеки будут с намиГрехи, грехи, грехи, грехи, грехи,Которые не искупить словами.

ТРЕЛЬЯЖ

Я расстроен – я расстроен,В профиль – нос длинней, чем думал,И анфас – я лопоухий,Что красив я – только слухи.

Влево я смотрю – вы вправо,Вправо – вы наоборот.Сам себя беру в облаву,Ах, какой противный рот.

Ну, ребята, кто тут лишний?Ведь не все. вы – пустота!И костюмчик – никудышный,И рубашечка – не та.

Кто из вас ненастоящий?Кто здесь я, а кто мираж?Хоть всю жизнь глаза таращи,Не ответит вам трельяж.

И берут меня сомненья,Лезет же такая блажь,Может быть, я – отраженьеТех, кто спрятан за трельяж?

V

Я И ТЫ

Я влечу к тебе, легкий, небесныйБез тяжелой земной чепухи,Но увижу в дверях твоих тесных,Что меня обогнали стихи.

ДОРОГА

Тук-тук-тук – стучат колеса,Сердце – тук-тук-тук в груди.Задаю себе вопросы,Все ответы впереди.

ВАГОН

Я сяду в домик на колесах,Пусть называется вагон,Не вытирай, подруга, слезы,Я с детства в поезд был влюблен.

Купе – не хуже, чем квартира,Постели, лампочка, вода,В вагоне даже два сортира,Но только очередь туда.

Там есть вагоны-рестораны,Поесть там можно и попить,И есть там красные стоп-краны,Но ручку лучше не крутить.

Дождаться надо остановки,Послать вагон ко всем чертям,И дунуть пулей из винтовкиНазад к любимой по путям.

***

Надоело тащиться поэтом,Сердце камнем молчит – хоть кричи,И я жарю стихи, как котлеты,Чтобы в трубку шептать их в ночи.

Я бегу впереди телефонаПо упругим, стальным проводам,А стихи мои с лаем и стоном,Как ищейки бегут по следам.

Но меня ты не видишь, не слышишь,Тебе нравится выдумка, бред.Оттолкнувшись ногами о крышу,Я запутаю, спрячу свой след.

Я влечу к тебе, легкий, небесныйБез тяжелой земной чепухи,Но увижу в дверях твоих тесных,Что меня обогнали стихи.

Я И ТЫ

Я и ты, нас только двое?О, какой самообман.С нами стены, бра, обои,Ночь, шампанское, диван.

С нами тишина в квартиреИ за окнами капель,С нами всё, что в этом миреОпустилось на постель.

Мы лишь точки мирозданья,Чья-то тонкая резьба,Наш расцвет и угасаньеНазывается – судьба.

Мы в лицо друг другу дышим,Бьют часы в полночный час,А над нами кто-то свышеВсё давно решил за нас.

***

Скажи, ты женщина иль фея?Как от Евангелья Луки,Как от Евангелья Матфея,Благоговею от руки.

ВОСТОРГ

Нет, не от оргий я в восторге,Когда пьяны мы и сильны.Любимая, когда в постелиТебя касаюсь еле-еле,В восторге я – от Тишины.

БРА

Ты при свете спать хотела,Наше маленькое бра,Освещая твое тело,Ночь горело до утра.

Но под утро, в чем тут дело,Наше бра перегорело.Ты куда-то вдаль глядела,Похудела, побледнела.

Я спросил: «Не заболела?»Ты сказала, что здорова.Неужели наше браНам выбрасывать пора?

ПЛЯЖ