Бранко Китанович - Человек, который не знал страха

Прежде чем жандармы, охранявшие мост, смогли что-либо сообразить, лейтенант Пауль Зиберт оставил лошадей и, выхватив из кобуры пистолет, в два-три прыжка подскочил к Вале, которая словно остолбенела. Потом, тяжело дыша, гневно обрушился на растерявшихся жандармов.

– Немедленно приведите сюда гауптштурмфюрера фон Дипена или Ришарда. Пусть они посмотрят сами, какие у них бездельники служат. Поэтому вам террористы и подбрасывали мины под самый нос. Что глаза таращите, лентяи? Не видели русской партизанки? Ну-ка шевелитесь, быстрее, быстрее! Поднимайте коляску и кладите все на место. Быстро!

Немецкий солдат традиционно воспитывался в духебеспрекословного и бездумного повиновения приказам. Как офицер сказал, так тому и быть. О каком-либо сомнении не могло быть и речи.

Психология бездумного повиновения сработала безотказно и на сей раз: солдаты поспешно бросились выполнять приказание Зиберта. Николай Приходько помогал им, хотя ему, несмотря на сложность и опасность обстановки, хотелось громко рассмеяться. Немецкий автоматчик короткой очередью убил искалеченную лошадь, а труп ее солдаты сбросили в реку.

Пока Кузнецов регулировал движение на мосту, чтобы какой-нибудь грузовик не наехал на повозку, двое солдат стерегли Валю. Наконец все было уложено. Кузнецов подозвал к себе солдат и приказал:

– На мосту скопилось много мокрого снега. Если ночью подморозит, завтра здесь будет каток. Весь снег с моста надо убрать, а проезжую часть посыпать песком. На обратном пути я проверю, как выполнено мое приказание.

Приходько запряг в коляску оставшуюся в живых лошадь, которой предстояло одной везти тяжелую повозку.

– Поехали, – распорядился лейтенант, но в это время перед повозкой затормозил «опель» с откинутым верхом.

– Кого я вижу! – радостно воскликнул гауптштурмфюрер Петер фон Дипен, выходя из машины. Он был одним из ближайших «приятелей» Пауля Зиберта в Ровно.

Фон Дипен, большой любитель «радостей жизни», хронически страдал от безденежья и поэтому с первых дней знакомства буквально приклеился к Зиберту. Кузнецов регулярно «подкармливал» фон Дипена под разного рода благовидными предлогами: то проиграет ему крупную сумму в карты, то заплатит по счету в ресторане.

Гауптштурмфюрер фон Дипен контролировал работу квислинговских органов власти и офицеров немецкого происхождения. Характеристики, которые он давал сбоим подопечным, нередко представляли большой интерес для советских разведчиков. Кузнецов получал от него также сведения о паролях, действовавших в городе в ночное время, о сроках и месте карательных операций против партизан, о новых приказах командования и рейхскомиссариата, о взаимоотношениях в руководящей верхушке в Ровно, о настроениях среди офицеров и солдат…

Кузнецов соскочил с повозки, отдал честь и широко улыбнулся, показывая всем своим видом, что несказанно рад случайной встрече на мосту.

– Я только что думал о вас, господин гауптштурмфюрер. Вас словно само провидение послало. Везучий вы человек!

– Всякая птица наслаждается собственным пением, – сказал с улыбкой фон Дипен, предчувствуя, что Зиберт приготовил ему какой-то приятный сюрприз.

Зиберт склонился к эсэсовцу и прошептал на ухо:

– Я выполнил свое обещание. Достал вам великолепный золотой браслет.

– Благодарю вас, Зиберт, золотых оков я не боюсь, они не давят, – удовлетворенно произнес фон Дипен.

– А почему в вашей повозке лишь одна лошадь, Зиберт? Это же недостойно офицера вашего ранга! – удивился фон Дипен.

– Несчастье случилось, господин гауптштурмфюрер, могло быть и хуже! Столкнулись с военной машиной и одну лошадь пришлось пристрелить.

– Позвольте предложить вам мой автомобиль, прошу вас. А что это за дама едет с вами? И где это вы находите таких симпатичных? – Фон Дипен рассыпался в любезностях.

Неожиданно их разговор прервал мотоциклист, остановившийся перед ними.

– Господин гауптштурмфюрер, продвиньте немного свою машину, за мной следует автоколонна, – обратился мотоциклист к фон Дипену.

Фон Дипен заторопился к своей машине.

– Не забудьте, завтра встретимся в четыре часа, улица Ивана Франко, шесть, – на ходу говорил Кузнецов, сопровождая фон Дипена до машины. Он отдал честь фон Дипену и направился назад к повозке, словно бы забыв о его предложении пересесть к нему в машину.

– Трогай полегоньку! – приказал Кузнецов своему «солдату» Приходько.

Миновав мост, повозка свернула в один из проулков, чтобы не маячить на шоссе. Кузнецов пошел пешком, а «жених» с «невестой» продолжали путь к дому Ивана Приходько.

В тот же вечер Кузнецов пришел к Вале, чтобы помочь ей установить радиопередатчик. Он жил в то время у Иосифа Богдана, но своих немецких гостей он нередко принимал в доме Приходько. Благосклонное отношение немецкого офицера лейтенанта Зиберта к хозяевам дома никого из соседей Приходько не удивляло, так как Иван и его жена Софья числились фольксдойче.

Сведений о противнике в Центр передавалось много, и разведчики были особенно рады, когда узнавали, что Центр эффективно использует плоды их труда. Так, однажды Валя радировала в Центр: «На аэродроме, расположенном в 8 километрах от города, находится около 100 боевых и транспортных самолетов».

Через несколько дней советские бомбардировщики полностью уничтожили это гнездо гитлеровских стервятников.

Как и ожидалось, немцы вскоре обнаружили, что в городе действует тайный радиопередатчик. По улицам Ровно стала курсировать специальная машина, на крыше которой была установлена антенна для радиопеленгации. Но установить точное местонахождение передатчика с помощью пеленгации не удавалось, поэтому в помощь радистам были выделены подразделения жандармов и солдат. Радиопеленгатор определял, откуда в эфир шли сигналы, а солдаты и жандармы прочесывали район, обыскивая дом за домом. Дома, в которых проживали фольксдойче, в принципе, обыску не подлежали. Но бывали исключения. Дом номер шесть по улице Ивана Франко солдаты никак не могли пропустить, так как он оказался в центре подозреваемого сектора.

В квартиру Ивана Приходько ввалилось сразу несколько солдат во главе с низкорослым унтер-офицером. Но стоило им переступить порог, как они сразу замерли по стойке «смирно». За столом в комнате для гостей уютно расположились гауптштурмфюрер фон Дипен и лейтенант Зиберт.

Унтер-офицер, оторопевший от неожиданной встречи, отдал честь офицерам и доложил фон Дипену, как старшему по званию:

– Где-то в этом районе работает русский передатчик, господин гауптштурмфюрер!

Эсэсовец, снисходительно махнул рукой.

– Ищите, ищите, желаю успеха! Но в следующий раз не забывайте, что лиц немецкой национальности беспокоить все же не следует.