Имран Касумов - На дальних берегах

Карранти сел на кровать и стащил с себя сапог.

- Поскользнулся у крыльца. Теперь болит, - объяснил он.

- А вы в теплую воду поставьте, говорят, помогает, - посоветовал Мехти. При появлении Карранти он поднялся из-за стола.

- Пройдет и так. Да что ты встал? Садись, садись. У вас в Баку бывает такая мерзкая погода? - показал Карранти на окно.

- У нас свыше трехсот солнечных дней в году, - вздохнул Мехти.

- А паленту у вас едят?

Палента была местной крестьянской едой, - грубо размолотая кукурузная мука заливалась водой или молоком и кипятилась. В зависимости от достатка хозяев заправлялась и маслом. Этой пищей не гнушались партизаны бригады.

- Есть нечто похожее, - сказал Мехти, - только у нас это называется хашил. А молдаване готовят ее по-своему и называют мамалыгой.

- А в общем, это одно и то же: бурда! - весело сказал Карранти,

Время было выиграно. Он уже знал теперь, что ему делать. Пачка сигарет продолжала лежать на столе, и он решил применить свой излюбленный прием. Нужно сбить противника с толку, проявив к нему доверчивость: занять его внимание пустяками, задать ему загадку, и пока он будет поглощен разгадкой, самому заметать следы. Сейчас ему должны помочь сигареты. У него, у Карранти, в кармане лежит пачка сигарет, в одной из которых спрятана кассета. И уж если сам Карранти заговорит о том, что в сигаретах иногда прячут кассеты, то Мехти наверняка запутается: решит, что Карранти хочет отвлечь его этими паршивыми сигаретами и, конечно, ему и в голову не придет, что именно в сигаретах нужно искать интересующие их доказательства. Карранти же только этого и надо: приблизив противника к истине, он тем самым отдалит его от нее.

Карранти взял со стола сигареты.

- А знаешь, Михайло, - задумчиво произнес он, - после допроса я предложил нашим ребятам хорошенько обыскать твоего гостя, но не подумал о сигаретах.

- Об этих?

- В сигаретах очень часто бывают скрыты интереснейшие сведения, пояснил Карранти. - Нам в штабе армии попадались такие.

Он достал из ящика ручную лупу и тщательно обследовал одну из сигарет, потом размял ее, высыпал на стол табак и проверил каждую крошку.

- А мы уже выкурили несколько! - сокрушенно сказал Мехти.

- Да, поторопились, - кивнул Карранти,

Он собрал со стола табак и обрывки бумаги и выкинул все в камин.

- Страшного ничего, конечно, нет, но надо было все-таки просмотреть пачку, хотя бы для успокоения совести. Люблю аккуратность.

Карранти поправил повязку на лбу. Мехти явно любовался начальником штаба.

- Как внимательны вы к каждой мелочи! - не удержавшись, восхищенно сказал Мехти.

Карранти, как человек, не любящий лести и не привыкший к ней, пропустил его слова мимо ушей.

- Ну что ж, попросим, чтобы нам принесли покушать. Нет возражений? - но тут же, будто спохватившись, Карранти досадливо щелкнул пальцами. Оказывается, чрезмерная аккуратность имеет и свои неприятные стороны. Мы искрошили все папиросы и - остались без курева.

- Я принесу свои, - сказал Мехти.

- Что ж, неси, - согласился Карранти.

Мехти направился было к двери, но Карранти остановил его.

- Собственно, зачем тебе лишний раз бегать? - сказал он и стал натягивать на ногу сапог. - Пойдем на кухню, там пообедаем, а заодно возьмем и табаку.

Предложение было вполне разумным, и Мехти стоя терпеливо ждал, пока Карранти кончит возиться с сапогами и накинет на плечи куртку.

В кухне, помещавшейся почтя рядом с комнатой Карранти, стоял оглушительный треск сырых дров.

Над двумя громадными котлами поднимались облака вкусно пахнувшего пара.

Повар - худой, костлявый, сварливый старик - покрикивал на подростка в болотных сапогах. Это был Сильвио. Он сегодня дежурил по кухне и никак не мог угодить повару. Старик был не в духе: он скорее согласился бы готовить обед под пушечными выстрелами, чем под выстрелы этих мокрых, не желавших разгораться дров.

Карранти и Мехти сели за неструганный стол, стоявший в углу кухни.

- Дайте нам поесть! - крикнул Карранти повару.

Сильвио, поскользнувшись на мокром цементном полу, побежал к другому столу, взял с него две тарелки, ложки, кружки и поставил перед начальником штаба и Мехти. Мальчуган сиял от счастья: так приятно было сделать что-нибудь для начальника штаба, и в особенности для Михайло, бесстрашного, сильного, доброго Михайло! Может случиться, что он приметит его и в один прекрасный день возьмет с собой. И он, Сильвио, мойщик гаража во Флоренции, тоже совершит выдающийся подвиг: взорвет дом или казнит кого-нибудь из фашистских главарей... А потом, когда город освободят, он начнет ходить в школу, и все будут знать, что он, Сильвио, рисковал собой... ради счастья народа Размечтавшийся Сильвио чуть было не пролил паленту, снова поскользнувшись на мокром полу.

Карранти ел не спеша, но с аппетитом. Все идет как по маслу. Дверь, ведущая из кухни в каптерку, открыта. Значит, Крайнев там. Теперь надо пройти к нему и отдать пачку.

Карранти не без тайного умысла всюду водил с собой Мехти. Он решил делать все на виду у Мехти, чтобы этим снять с себя могущие возникнуть подозрения. "Лучше всего прятаться в доме преследователя".

- Кто в каптерке? - обратился он к Сильвио, стоящему возле них и упоенно следящему за каждым движением Мехти.

- Димо Крайнев, товарищ начальник штаба, - отрапортовал.

Карранти положил ложку, выпил молоко. Из кружки на его грудь упала синеватая капля. Он вытер ее ладонью.

Мехти, видя, что начальник штаба собирается встать из-за стола, заторопился с едой.

- Не спеши, ешь! - бросил Карранти.

Он поднялся и, ковыряя в зубах спичкой, зашел в каптерку. Димо Крайнев, взвешивавший ручным безменом кулек с остатками муки, обернулся на шаги.

Мучная пыль осела ему на голову, и его жесткие всклокоченные волосы казались седыми. От уха к подбородку Крайнева тянулся глубокий рваный шрам, два зуба спереди были выбиты. Он рассказывал, что это следы побоев жестокого и своенравного отца, мелкого землевладельца с побережья, полукрестьянина, полупомещика, смертным боем бившего жену и сыновей за то, что не были вовремя подоены козы или заросла сорняком грядка на огороде.

Карранти вытащил из кармана пачку, протянул ее Крайневу и громко сказал:

- Мне две пачки сигарет.

Крайнев положил поданную ему пачку на куль с мукой, а сам потянулся к полке и взял с нее две пачки сигарет.

Карранти спросил:

- Когда едешь за продуктами?

- Сейчас поеду. - Крайнев понимающе оскалил в улыбке щербатый рот.

Карранти забрал у него сигареты в таких же пачках, какую он передал Крайневу, и вышел в кухню.

Мехти уже покончил с обедом. Карранти отдал ему одну из пачек, открыл свою, угостил повара и Сильвио.