Антонио Сальери. Интриган? Завистник? Убийца? - Сергей Юрьевич Нечаев

то, что имелось в опере, и не введет туда ничего постороннего». Каков же был результат? Он не понравился, и это и не могло быть иначе. Теперь он раскаивается, но уже слишком поздно; он сегодня попросит мое рондо, а я не дам его ему. Я прекрасно могу использовать его в одной из своих опер. Но хуже всего то, что граф Розенберг и дирекция ничего не знали об этом, и что это все было лишь уловкой Сальери».

Похоже, что Моцарт действительно считал, что все «итальяшки» в Вене сговорились против него, и все его проблемы идут исключительно от них.

* * *

Биограф Бетховена Бернар Фоконнье пишет:

«В области оперы в Вене <…> великим маэстро был Антонио Сальери. Этот уважаемый музыкант, которого сомнительная романтическая традиция, инициированная Пушкиным, сделала убийцей Моцарта, в действительности был мастером в искусстве внушать почтение к своим талантам драматического композитора».

В статье «Антонио Сальери: по ту сторону легенды» Ива Вюйтса читаем:

«В 1785 году они создали вместе кантату «Для восстановления здоровья Офелии» (Per la ricuperata salute di Ofelia)[37] на текст да Понте, чтобы отметить «возвращение голоса» певицы Нэнси Сторэйс. Она была лучшей солисткой итальянской оперы, которой управлял Сальери, и исполняла партию Сюзанны в «Свадьбе Фигаро».

Хотя он никогда и не входил в состав Общества музыкантов — по оплошности или по безденежью — Моцарт регулярно приглашался туда для представления своих произведений. При этом Сальери, возглавлявший Общество, имел решающее слово при выборе программ.

Выбор Моцарта — это доказательство большого доверия, так как концерты, организовывавшиеся в пользу семей умерших музыкантов, должны были собирать многочисленную публику.

В 1791 году, в год его смерти, Общество музыкантов открыло свои пасхальные концерты симфонией соль мажор Сальери, и он сам дирижировал исключительным оркестром — более 60 музыкантов.

В то время Сальери не имел ни малейших проблем с Моцартом в области инструментальной музыки. Сам он в основном занимался операми и отдавал должное творчеству Моцарта».

Этот же автор отмечает, что к 1788 году Сальери уже был «большой личностью в музыкальной жизни Вены».

В самом деле, он был главным имперским капельмейстером, главным дирижером придворного оркестра, директором венской Итальянской оперы и т. д.

Как и Леопольд Кантнер, Ив Вюйтс уверен:

«Его жизнь была жизнью человека облагодетельствованного, которому не в чем было завидовать Моцарту».

Музыковед Леопольд Кантнер утверждает, что Моцарт «добивался расположения Сальери. Он взял Сальери с собой на одно из представлений «Волшебной флейты». Он писал: «Сальери все очень понравилось». Стало быть, радовался, что Сальери его похвалил».

* * *

Но вернемся в 1784 год — год успеха оперы «Данаиды». После нее, уже в июле 1784 года, руководство Парижской оперы заказало Сальери два новых произведения.

Очевидно, итальянскому мастеру пришелся по душе жанр французской оперы. Видимо, его привлекала и материальная сторона дела: щедрые гонорары (в отличие от обычной практики того времени, включавшие проценты с выручки) и невероятная роскошь самих постановок. В этом отношении двор Людовика XVI и Марии-Антуанетты радикально отличался от двора экономного и рассудительного Иосифа. Несомненным стимулом — и моральным и материальным — была также существовавшая в Париже традиция немедленной публикации заказанных Оперой партитур.

Борис КУШНЕР, профессор Питтсбургского университета

Первая заказанная опера называлась «Горации» (Les Horaces), а вторая — «Тарар» (Tarare). Последняя создавалась совместно с великим французом Пьером-Огюстеном Карон де Бомарше. Тот упоминает о проекте этой работы уже в 1775 году. Но только к лету 1784 года произведение начало приобретать вполне четкие очертания, и автор даже читал кое-какие отрывки в аристократических салонах.

Борис Кушнер высказывает по этому поводу следующее мнение:

«Видимо, именно Бомарше предложил Сальери в качестве композитора для задуманной оперы совершенно нового типа, в которой предполагалось достичь полного единства музыки и драматического действия. В этом смысле «Тарар» можно рассматривать, как предшественника музыкальных драм Вагнера».

Музыкальный поединок между Моцартом и Сальери

А 12 октября 1785 года в венском «Бургтеатре» была поставлена опера-буффа «Пещера Трофонио» (La Grotta di Trofonio), созданная Сальери на либретто Джованни-Баттиста Касти[38].

Сюжет этой оперы таков. Аристон предоставил своим дочерям Офелии и Дори право самим выбрать себе женихов. Дори предпочла практичного и жизнерадостного Плистена, а Офелия — глубокомысленного философа Артемидоро. Но Аристону показалось, что девушкам будет лучше обменяться избранниками. Так, по его мнению, пары выглядели бы гораздо гармоничнее. И он направил обоих женихов к мудрецу и магу Трофонио, пещера которого была связана с царством духов и обладала способностью менять характер людей. Пройдя через эту пещеру, Артемидоро превратился в весельчака, а Плистен — в унылого зануду. Девушки категорически не приняли этой перемены, но и отказаться от своих возлюбленных тоже не захотели. В результате все они прошли через пещеру Трофонио, и юноши вернулись к своим исходным характерам, а девушки еще больше сблизились с темпераментами своих женихов.

Музыкальный стиль «Пещеры Трофонио» сочетает в себе непринужденный мелодизм итальянской оперы-буффа и язык австрийского волшебного зингшпиля, в котором к концу XVIII века отчетливо проявилась тяга к волшебным сюжетам, позволявшим расцветить песенный тематизм симфоническими красками. По-видимому, сам Моцарт мог почерпнуть из этой партитуры много ценного и поучительного для себя, и, возможно, отзвуки «Пещеры Трофонио» можно обнаружить как в «Cosi fan tutte» (идея обмена парами в результате «философского» эксперимента), так и в «Волшебной флейте» (идея испытания