Александр Морозов - Михаил Васильевич Ломоносов. 1711-1765

15 июля 1759 года Ломоносов выступил с замечательным предложением «учредить при Академии Наук печатание внутренних Российских Ведомостей, которые бы в государственной економии и приватных людей, а особливо в купечестве приносили пользу Отечеству». «Ведомости» должны были своевременно сообщать, «в чем где избыток или недостаток: например, плодородия хлеба или недороду, о вывозе или приводах товаров или припасов». О присылке «из губерний и городов потребных к тому известий» должен был распорядиться Сенат.

В случае, если его предложение будет принято, Ломоносов считал необходимым составить в Академии наук особый проект. Издание «Ведомостей» должно было оживить русскую торговлю, наладить связь между отдаленными рынками, ускорить движение товаров. Ломоносов, несомненно, предусматривал регулирующую и направляющую роль государства, ибо подчеркивал необходимость для «всех в государстве присутственных мест» располагать подобными известиями. Ломоносов требовал, чтобы «Ведомости» печатались «на одном Российском языке», несомненно, опасаясь, чтобы они не превратились в информационный бюллетень иностранных торговцев. Для того чтобы обеспечить больший успех и распространение «Ведомостям», Ломоносов предлагал «припечатывать в них все, что к обыкновенным ведомостям припечатывается для известия», т. е. политические и культурные новости. Таким образом, «Ведомости» должны были превратиться в специальную экономическую газету с общим отделом.

Замысел Ломоносова об издании «Ведомостей» не был осуществлен, хотя Кирила Разумовский отнесся к нему благосклонно.

Правительство Екатерины II ограничилось в 1764 году указом о печатании «для пользы купечества» «листочков» о ценах товаров, или прейскурантов. Эти жалкие «листочки», разумеется, не могли идти ни в какое сравнение с организацией широкой экономической информации, предлагавшейся Ломоносовым. Но торговля для Ломоносова — лишь следствие развитой экономической жизни. Его главнейшим и неотложным требованием остается всестороннее развитие производительных сил, рост и укрепление промышленности, повышение ее технического уровня и оснащенности, широкое внедрение в производство научных методов.

Ломоносов стремился насытить Россию техническим опытом. Он пользуется всяким поводом, чтобы подчеркнуть значение технического прогресса, радуется каждому успеху русской техники, возвеличивает творческий труд и изобретательство. Каждое техническое событие, совершающееся в стране, он возводит в знамение времени:

О полны чудесами веки.

О новость непонятных дел,

Текут из моря в землю реки,

Натуры нарушив предел, —

восклицает он в одной из своих од, отмечая открытие каналов и доков в Кронштадте 27 июля 1752 года.

Его собственная изобретательская мысль работает неустанно. В своей лаборатории на Усть-Рудицкой фабрике, везде где только представляется возможность, Ломоносов изобретает и конструирует новые механизмы и приборы, налаживает их производство, внедряет в практику.

Ломоносов-изобретатель сочетает глубокую научную постановку вопроса, проблемность с эффективностью достигаемого результата. Он был чужд распространенному как раз в его время пристрастию к изобретению хитроумнейших механизмов, индивидуальных и неповторимых «чудес механики и терпения». Западноевропейские страны кишели такого рода изобретателями. Назовем только самого знаменитого из них, французского механика Жака Вокансона, который в 1738 году в Париже выставил затейливый автомат, представлявший заводного механического человека, наигрывавшего на флейте двенадцать простеньких мелодий. Поощренный всеобщим вниманием, Вокансон в 1741 году сделал механическую утку, которая плавала в воде, махала крыльями, крякала, пила воду, клевала зерна и даже извергала род помета. «Изобретениями» Вокансона всерьез занималась Парижская Академия наук, а сам он получил должность инспектора шелковых мануфактур. Изготовление подобных «механизмов» хотя и требовало от их создателей большого труда и находчивости, однако оставалось не только совершенно бесплодно для дальнейшего развития техники, но и тормозило ее развитие, отвлекая талантливых и трудолюбивых изобретателей для забавы феодально-придворных кругов.

Техническая мысль Ломоносова была свободна от этих соблазнов. Он изобретал для дела, а не для того, чтобы поражать воображение. Его изобретения и конструкции отличаются необыкновенной простотой и остроумием. Ломоносов боролся за создание удобных, типовых, стандартных, как бы мы сказали теперь, механизмов и приборов, допускающих массовое изготовление и предназначенных не для украшения дворцовых зал, а для того, чтобы вооружить ими армию и промышленность. Его изобретательство было прогрессивным и целеустремленным. Оно шло в русле нарождавшихся новых условий производства и новых производственных отношений буржуазного развития страны.

Ломоносов проявляет необычайную историческую прозорливость и понимание перспектив промышленного развития страны, гигантских возможностей использования ее естественных богатств. Так, он с поразительной глубиной оценивает значение и будущность топливных ресурсов, о разработке которых в его время еще не помышляли. Торф, которым настолько пренебрегали, что даже сомневались о его наличии в России, для Ломоносова — «подземное економическое сокровище». «Что торф есть в России, о том сомневаться не должно, — писал Ломоносов в своем сочинении «О слоях земных», — были у нас и бывают наводнения, лежат под верхним земным слоем опроверженные лесы, чего никто не оспорит, кто ездил по великим нашим рекам… Есть у нас не хуже Голландских луга, болота, топи, валежники, оброслые мхами, коих произведение и под ними несомнительно». Торф есть у нас! Нам не для чего отставать от голландцев, которые так много промышляют и заготовляют торфа, что «не токмо сами довольствуются, но и развозят в окрестные земли для продажи». О значении ископаемого топлива Ломоносов собирается «изъясниться» в особом рассуждении «о сбережении лесов, вместо коих служат на многих местах горные уголья». Помышляя об изобилии, росте, преуспеянии «пространного сада Всероссийского государства», Ломоносов не забывал и родного Севера. В течение всей своей жизни он боролся с невежественным предубеждением против этого края, разбивал вздорные суждения о бедности и скудости Севера.

В «Первых основаниях металлургии» Ломоносов говорит и о том, что берега Белого моря «должны быть не скудны минералами». Предвидения Ломоносова блестяще оправдались. В январе 1932 года Сергей Миронович Киров напомнил о призыве Ломоносова пойти на Север: