Евгений Фрейберг - Корабли атакуют с полей (рассказы)

- Итак, господин белый офицер, спектакль закончен! Отбери, Василий, у него оружие и документы и - в ригу! А ко мне позови Родиона!

Комендант ушёл, но быстро вернулся.

- Разрешите доложить, госп... виноват... товарищ начальник! Родион убежал с Митькой на реку, купаться. Просил передать, что, пока не охладится, из воды не вылезет! Уверяет, что у него температура поднялась до ста градусов, когда он увидел у штаба офицера в погонах, то есть меня, значит! Вот какой герой!

Самолеты

Мы встретились с белыми у города Камышина... Части 28-й дивизии наступали на город, а корабли флотилии вели бой с береговыми батареями.

Гулко громыхали морские дальнобойные орудия, с грохотом разрывались вражеские снаряды, вздымая блестящие фонтаны. В дымном воздухе проносились с шуршанием и визгом осколки, некоторые ударялись о броню, ограждающую мостики, и падали на палубу.

От пушечной канонады и грома разрывов словно раскалывался воздух. И вдруг среди взмётов и фонтанов поднялись высокие водяные столбы. Задержавшись на момент на высоте мачт, они распались.

- Вот это здорово! - удивился я. - Большого калибра пушка! Вот бы её захватить! - крикнул я командиру судна.

- Никак нет, товарищ начальник! - возразил командир. - Взгляните наверх! Это самолёты!

Я поднял голову и увидел четыре самолёта, плавно летающих над нами. Белокрылые машины словно купались в лучах солнца и напоминали больших стрекоз.

В те давние времена самолёты лишь начинали применяться при военных действиях, и мы видели их больше на картинках. А здесь, совсем невысоко, подобно огромным хищным птицам, в воздухе кружились настоящие боевые машины. На их крыльях виднелись чужие опознавательные знаки. Это были английские самолёты...

Корабли продолжали стрельбу по батареям, из-за грохота боя не слышно было рокота моторов, и на самолёты никто не обращал внимания. А я, словно зачарованный, смотрел в небо и наблюдал...

Вот от одного самолёта отделилась чёрная точка, за ней последовало ещё несколько... Это были бомбы! Они падали всё с большей и большей скоростью, ударялись о воду и со страшным грохотом взорвались. Искрящиеся водяные фонтаны поднялись выше мачт наших кораблей, в воздухе зашумели осколки.

На крутом развороте самолёты ещё бросили бомбы, и они чёрным роем полетели на землю. Вновь раздались взрывы, и вновь загудели, засвистели на разные голоса осколки. А самолёты развернулись и полетели к Царицыну (ныне Волгограду), - там была их база.

Замолкли пушки на судах, и на реке стало тихо. Враг бежал, и его яростно преследовали бойцы 28-й дивизии.

После отбоя боевой тревоги на флагманское судно "Буйный" явился командир канонерской лодки "Авангард революции", смелый и спокойный человек.

- В первый раз видел самолёты, - обратился он ко мне. - Они мне понравились. Очень красиво! Но когда посыпались бомбы, я просто не знал, куда деваться! Кажется, прямо тебе на голову летит! А самое неприятное, ты не можешь защититься! Мы стреляли, стреляли, и всё без толку!

* * *

После взятия Камышина наша флотилия почти без боёв дошла до селения Чёрный Рынок. Впереди окутанный туманной дымкой виднелся город Царицын, занятый белыми.

Подступы к городу были сильно укреплены врагами, и взять его нам не удалось. Трижды корабли флотилии прорывались к городу, поддерживая огнём из пушек наступающий десантный морской отряд Кожанова, и трижды мы отходили на исходные позиции из-за превосходства сил противника. Необходимо было дождаться подкреплений.

С первых же дней прихода флотилии под Царицын нас стали осаждать самолёты. Они на небольшой высоте долетали до рейда, где стояли корабли, делали крутой разворот, бросали бомбы и улетали. Это они проделывали очень точно, два раза в день.

После каждого налёта на мачтах кораблей взвивались флажные позывные флагмана, а с мостиков флажками передавались срочные донесения. Командиры кораблей сообщали об убитых и раненых, просили прислать шлюпки для перевозки их на берег.

Прямых попаданий в корабли не было, и бомбы взрывались, ударяясь о воду. Потери мы несли от осколков, которые со страшной силой пронизывали воздух и тонкие борта судов. А обороняться от самолётов нам было нечем. Единственным нашим оружием в то время являлись винтовки образца 1891 года.

При воздушной тревоге свободные от вахт моряки выскакивали на палубу и стреляли, но попасть не могли. Стрелял и я, выпуская обойму за обоймой, но тоже без толку. Нам и в голову тогда не приходило, что по самолёту, летящему со скоростью сто километров в час, надо целиться далеко вперёд. Пока спустишь курок винтовки, пока летит пуля, время идёт, и самолёт успевает пролететь немало метров. Но до этого мы додумались позднее, а вначале ловили самолёт на мушку и стреляли. Конечно, без всякого результата!.. Но однажды высоко летящий самолёт после нашей отчаянной стрельбы вдруг резко пошёл книзу...

- Падает, падает!!! Урра-аа! Наконец-то попался стервятник! - дико вопили моряки, бросаясь к шлюпкам. Они поспешно разбирали вёсла и бешено гребли к берегу, на который спустился неприятельский самолёт. Шлюпки не успевали ещё дойти до мелкого места, а моряки уже прыгали в воду и насквозь мокрые выбегали на берег.

Двенадцатилетний салажонок Родион, которому вода доходила почти до горла, поднял над головой винтовку, а другой рукой загребал, как веслом. Не мог же он отстать от своих товарищей!

Самолёт опустился на моховое болото. Около него суетились два лётчика. Один поднял руку и что-то крикнул.

- Ах, кровопийцы! - злобно проговорил старший из моряков. - Стрелять не будем, возьмём живьём! Можете не бояться!

- Товарищ Силин, никак они собираются лететь! - возбуждённо завопил Родион. - Видишь, заделывают дырки от наших пуль! Разреши, я стрельну!

- Не торопись, успеешь! - остановил его моряк. - Беги вон к тем кустам, и ежели увидишь, что они заводят мотор, пали прямо по самолёту! Понятно!

Родька добежал до кустов и залёг. В это время один из лётчиков поднялся в самолёт, другой подошёл к винту.

"Ей-богу, улетят, проклятые! - со страхом подумал мальчик. - Надо стрелять!" Он прицелился и выстрелил.

Яростный вопль раздался из самолёта. Лётчик выскочил и замахал руками.

- С ума сошли! Машину мне разобьёте, черти! - донёсся до мальчика сердитый окрик. - Прекрати стрельбу!

"Ишь англичанин, а обзывается почище русского!" - удивился мальчик.

- Я тебе голову оторву! - на чистом русском языке кричал "англичанин", грозя кулаком. - Понимаешь ты русский язык или нет?! Да я тебя, как черепаху...

"Во как ругается, окаянный! - подумал Родион. - Даже черепаху знает!"

К самолёту, с винтовками наизготовку, подбегали моряки. Они окружили лётчиков, но те и не думали сопротивляться, даже рук не подняли кверху. Потом все вместе через болото отправились к берегу реки. Лётчики что-то оживлённо рассказывали.