К. Осипов - Адмирал Макаров

— Я погибать не намерен».

Макаров упрочил за собой репутацию крупнейшего флотоводца своего времени — репутацию, которую признавали даже враги. Японский адмирал Огасавара объявил от имени морского штаба, что смерть Макарова — это потеря для всех флотов мира.

Вся Россия оплакивала гибель адмирала. В одном стихотворении, написанном в ту пору, хорошо отразились эти чувства скорби:

Спи, северный витязь! Спи, честный боец,Безвременно взятый кончиной.Не лавры победы — терновый венецТы принял с бесстрашной дружиной.Твой гроб — броненосец! Могила твоя —Холодная глубь океана.И верных матросов родная семья —Твоя вековая охрана.Делившие лавры, отныне с тобойОни разделяют и вечный покой.

Заключение

Что прежде всего поражает в Макарове — это его неустанная жажда деятельности. Его мозг не знал усталости, в нем вечно рождались смелые проекты, и жизнь только тогда казалась Макарову жизнью, когда он творил, горел в работе, в труде, в борьбе, совершал работу, которая не под силу была бы и десятерым. Иногда, уже будучи в высоких чинах, плывя куда-нибудь на корабле, он вдруг подымался на капитанский мостик и принимался командовать: уж очень невтерпеж оказывалось для него вынужденная бездеятельность даже в течение нескольких часов.

Всю жизнь Макаров был поборником «святого беспокойства», восстающего против рутины, провозглашающего новые взгляды. Нетрудно понять, что здесь таилась одна из причин конфликта адмирала с неповоротливой, неторопливой машиной морского министерства. В книге о морской тактике Макаров, говоря о Нельсоне, но имея в виду, конечно, и себя самого, писал: «Администрация хорошо понимала, что для флота нужны люди энергичные, а между тем она находила, что Нельсон беспокоен; точно как будто в самом деле можно быть энергичным, не беспокоя никого из окружающих».

Другая характерная черта С. О. Макарова — это беспредельная преданность родине и любимому морскому делу. Он был подобен в этом отношении Нахимову, не создавшему семьи, не имевшему никакой личной жизни, кроме морской службы. Личная жизнь Макарова сложилась неудачно. Жена не понимала фанатической, приверженности Степана Осиповича к морскому делу, чертежам, книгам, кораблям; он с холодной снисходительностью наблюдал пустое светское времяпрепровождение жены.

В «высших сферах» Макарова недолюбливали и за то, что он был «плебей»; не могли забыть его простого происхождения. Он знал об этом и демонстративно подчеркивал иногда свою «невоспитанность».

В нем была суворовская неспособность к компромиссам.

«Меня землю бородой мести не заставишь», — говорил он с гордостью и некоторой заносчивостью.

Во всем, что касалось его лично, Макаров был очень скромен.

В Порт-Артуре, давая интервью корреспонденту, он выразил категорическое желание, чтобы лично о нем писали как можно реже в газетах и телеграммах.

Макаров был честолюбив, но никогда не согласился бы пожертвовать интересом дела ради личной выгоды. В нем совершенно не было тщеславия, но он был самолюбив и обидчив. При его прямолинейности эти качества легко порождали врагов. Он сам как-то удачно выразился о себе:

«Один из главных недостатков моих — что я не могу смолчать на глупость или посмеяться в лицо над глупостью».

Глупость, легкомыслие, недостаточная серьезность, если они вредили какому-либо делу, особенно морскому делу, вызывали в нем ярость.

Особенно не терпел он безразличного, тупого исполнения приказаний. Он часто говорил, что пассивное повиновение — это почти то же, что пассивное сопротивление.

Он требовал, чтобы делу отдавались всей душой, вкладывали в него все способности, весь ум и волю.

«Не токмо за страх, но за совесть» — эта фраза из присяги олицетворяла для него сущность дисциплины.

При этом он отлично умел делать различие между проявлением личной инициативы — на чем он всегда настаивал — и неисполнением приказа.

Требовательный к себе, он был требователен и к другим. Он никогда не потворствовал подчиненным, если их проступки проистекали из нерадения или непослушания.

«Мне кажется, — писал он еще в юные годы, — в строгой дисциплине, где благоразумный начальник есть душа и вся сила подчиненных, гораздо более поэзии, чем в поддельном ухарстве…»

Но ему подчинялись охотно, потому что глубоко уважали за его бесстрашие, признавали его авторитет, ценили его безграничное трудолюбие и самоотверженную преданность любимому делу.

Русские моряки всегда были отважными, дисциплинированными воинами. Немало славных страниц вписали они в свою историю. Поколение за поколением продолжали героические традиции отцов и дедов. Из их рядов вышли герои Гангута, Синопа и Наварина, доблестные участники Севастопольской обороны — соратники легендарного Кошки; из их рядов были сформированы команды «Варяга» и «Стерегущего»; на фронтах гражданской войны гремела их слава, и недаром навеки остались в народной памяти боевые подвиги матроса Железнякова.

В годину Отечественной войны с фашистскими ордами советские моряки стальной стеной преграждают путь врагу. Они нанесли ему сокрушительные удары на море и в воздухе, они встречали своей грудью танки под Ленинградом и под Одессой, они удивили весь мир девятимесячной эпопеей Севастополя.

В боевых традициях флота и всего русского народа бережно сохранены имена адмиралов, водивших к победам моряков в прежние годы: Ушакова, Лазарева, Нахимова, Корнилова. И среди этих славных имен навсегда запомнится имя Степана Осиповича Макарова.

Примечания

1

Макаров давно указывал на плохое качество запалов; по его наблюдениям, из пятидесяти запалов четыре не взрывались. Вероятно, такие негодные запалы имелись и в подведенной под турецкий корабль мине.

2

Приводим справку о минных атаках, произведенных Макаровым:

1877 год — 30 апреля — Батум (неудачная атака).

— 14 мая — Устье Дуная (взорван броненосец «Сейфи»).

— 28 мая — Сулин (подорван корвет «Иджалие»).

— 12 августа — Сухум (поврежден броненосец «Шевкет», но незначительная глубина спасла от потопления).

— 16 декабря — Батум (впервые применил мины Уайтхэда, но обе мины не попали в цель).

1878 год — 14 января — Батум (минами Уайтхэда потоплен винтовой пароход «Интибах» в 700 тонн водоизмещения).

3

«Известия Академии наук», т XX, 1904. Некролог о С. О. Макарове.

4

По имени митрополита Макария.

5

Полный подзаголовок, дающий представление о содержании работ, гласит: «Гидрологические наблюдения, произведенные офицерами корвета «Витязь» во время кругосветного плавания 1886–1889 гг., и свод наблюдений над температурою и удельным весом воды Северного Тихого океана, 2 тома с 11 таблицами обработки гидрологических наблюдений, с 2 рисунками на дереве и 31 картами и чертежами».