Юзеф Полевой - Степан Халтурин

Требования программы «Северного союза» сближали его с международным рабочим социал-демократическим движением, хотя в ней содержались еще отголоски народнических представлений о путях перехода к социализму.

Программа «Северного союза русских рабочих» отражает влияние деятельности Первого Интернационала, а также Эйзенахской (1869) и Готской (1875) программ немецкой социал-демократии и программы Швейцарского рабочего союза.

Программа, составленная Халтуриным и его товарищами, была еще далека от идей научного социализма. Авторы во многом еще не освободились от народнических взглядов и восприняли некоторые немарксистские взгляды, преобладавшие в рабочем движении Запада.

В программе «Северного союза», кроме указанных полубакунинских требований свободной народной федерации, общин и т. д., отсутствовала характеристика различия социальной природы рабочего и крестьянина. Авторы, говоря о городском и сельском рабочем населении, избегали понятия «капитализм», хотя оно уже прочно вошло в русскую литературу.

Не было включено требование всеобщего избирательного права, хотя это требование содержалось почти во всех программах западноевропейских рабочих партий.

В то же время была воспринята лассальянская идея, родственная народничеству, о государственном кредите, выдвинутая как требование государственного кредита «рабочим ассоциациям и крестьянским общинам».

Авторы программы, видимо, для того, чтобы сделать ее более доступной для широких масс рабочих, прибегли в заключительной части к фразеологии «христианского социализма» — о «великом учении Христа», о «братстве и равенстве» и т. п.

Эти и другие недостатки, неизбежные на ранней стадии рабочего движения, не могут умалить значения написанной Халтуриным и Обнорским программы как серьезного шага вперед в развитии русской революционной мысли на пути к марксизму. Насколько далеко Халтурин ушел вперед в понимании ближайших задач русского революционного движения от господствовавшего тогда еще: полубакунинского направления, говорит другой документ, автором которого был Халтурин, — ответ его и его товарищей редакции журнала «Земля и воля».

Появление программы «Северного союза русских рабочих» вызвало живой отклик в разных кругах общества. Об окончательном оформлении союза и выработке его программы не знал и Плеханов, который четыре года встречался с Халтуриным и к которому руководитель «Северного союза» питал особое уважение.

«Возникновению союза, — писал позднее Плеханов, — нельзя было не радоваться даже с нашей тогдашней народнической точки зрения. Но программа его причинила нам немалое огорчение. В ней — о ужас! — прямо было сказано, что рабочие считают завоевание политической свободы необходимым условием дальнейших успехов своего движения. Мы, презиравшие „буржуазную“ свободу и считавшие ее опасной ловушкой, оказались в положении курицы, высидевшей утят»{75}.

Н. С. Русанов, встречавшийся в то время с Халтуриным, свидетельствует, что ни лавристы, ни народники не были целиком довольны программой союза. «Халтурин, — пишет он, — хоть лично и близок к Мурашкинцеву, советовался с ним по разным вопросам социалистической теории и практики, но ни разу не сказал ему прямо, что имеется в виду немедленно же образовать рабочую организацию и выпустить ее заявление. И, однако, он, Мурашкинцев, с радостью увидал в программе Союза отражение кой-каких мыслей, которые были дороги ему и его идейным друзьям»{76}.

Русанов утверждал, что та часть программы, где говорилось о связях русского рабочего движения с рабочим движением в других странах, а также содержались требования политических свобод, нравилась Мурашкинцеву, что касается требований программы в духе землевольцев, «бунтарей», то лавристы относились к ним отрицательно.

Иначе отнеслись к программе «Северного союза русских рабочих» землевольцы. В их среде программа вызвала общее недовольство. Видный деятель революционного народнического движения 70-х годов, член кружка чайковцев, литератор, сотрудник журнала «Вперед», один из редакторов «Общины», а затем «Земли и воли» Д. А. Клеменц сразу же после появления программы «Северного союза» написал критическую статью. Редакция «Земли и воли» не возражала против образования «Северного союза» при условии, что он разделит народническую программу.

Землевольцы в результате деятельности Халтурина и его товарищей вынуждены были признать, что «социализм нашел среди русского пролетариата не только убежденных сторонников, но и людей, способных без всякой посторонней помощи организоваться в борющуюся партию, способных на самостоятельную инициативу», и что «великая истина — „освобождение рабочих должно быть делом самих рабочих“ — отныне становится для русского рабочего не только теоретическим положением, но и лозунгом его практической революционной деятельности»{77}.

Редакция «Земли и воли» одобрительно высказалась о тех пунктах программы, которые были близки народническим идеям. Решительный протест вызвало ярко выраженное в программе стремление Халтурина, Обнорского и их товарищей противопоставить существующей революционной народнической организации классовую пролетарскую организацию. Халтурина и других авторов программы «Северного союза» землевольцы упрекали в том, что они подражают рабочей партии Германии и предают забвению главное в русском социализме — аграрный вопрос.

Особое возмущение вызвало центральное положение программы о политических свободах, что означало открытый разрыв с народнической теорией крестьянской социалистической революции.

Халтурин и его товарищи незамедлительно ответили редакции «Земли и воли» письмом, полным достоинства, глубокого убеждения в правоте своих взглядов на задачи русского революционного движения.

Из письма следует, что в кругах землевольцев резко нападали на деятелей союза. «Нас называли выскочками, упрекали в недомыслии, противоречиях, порицали за слог, — говорится в письме Халтурина и его единомышленников, — а многие даже прямо относились с недоверием, видя в пашей программе произведение интеллигентных рук… до того еще не доверяют нашим силам, до того еще привычка смотреть на нас, как на неспособную скотину, вскоренена во многих»{78}. Глубокая обида была обоснована — народническая интеллигенция, так много распространяясь о «народе», зачастую мелочно опекала рабочих-революционеров, строго следя за отступлением от народнических догм.

Халтурин не находил нужным распространяться насчет литературного стиля программы. «Скажем только, — замечал он, — что без ошибок и прорех ничего не удается сначала, и это особенно относится к кудреватости слога». Соглашался он также с упреком насчет крестьянства, заверив своих оппонентов, в частности, в том, что авторам программы «столько же дорог мужичок с его родными лесами, как и фабричный». Вместе с тем сопоставление приведенных Плехановым, Степняком-Кравчинским и Русановым отдельных выражений и фраз Халтурина с текстом письма убеждает в том, что его автором был прежде всего Степан Халтурин. Халтурин решительно отвергал упрек в том, что выдвинутое в программе требование демократических преобразований находится будто бы в противоречии с конечной целью — социалистической революцией в России, что в программе «Северного союза» смешиваются социалистические требования с конституционными.