Лилия Беляева - Загадка миллиардера Брынцалова

Как известно, все подразделения по борьбе с организованной преступностью имели отделы, специализирующиеся на лидерах уголовно-преступной среды. Одно время сотрудники ГОП МВД РФ, а также московского РУОПа за год задерживали по нескольку десятков «воров в законе». Чем это кончилось, рассказал мне знакомый сыщик, которому в откровенном разговоре один из его подопечных — известный «законник», заявил: «Вы нас утомили. Мы сделаем все, чтоб вы больше не существовали». Так и получилось: за минувший год в системе РУОПов произошли некоторые реорганизации, и подразделения по борьбе с «ворами в законе» полностью исчезли. Вот такая информация к размышлению».

Кстати, говорят, если раньше, месяца три назад, В.А. Брынцалов ходил под присмотром трех телохранителей — то теперь вокруг него целых пять, а один с автоматом. Завидуйте, если хотите!

А владелец элитного московского клуба «Доллс», а также фешенебельного ресторана «Парадиз» в гостинице «Москва», совладелец ресторана «Гамбринус», президент фирмы «Амстер» Иосиф Глоцер ничего не говорит. Его убили в высшей степени профессионально, как пишут знающие в этом толк, — единственным выстрелом в левый висок, хотя погибший имел и секьюрити, и вид на жительство в США, где он и будет похоронен по желанию родственников… И возможно, будут предприняты поиски — кто же? Кто?

А пока суд да дело — сто пятьдесят триллионов рублей утаено от налогов деловыми людьми России всех мастей и уклонов! И это только за прошлый, 1996 год!

«Думаю, лет эдак через десять мы узнаем имена самых состоятельных людей России и поразимся: почти никто из них в тяжкие годы „радикальных рыночных реформ“ не имел отношения к реальному бизнесу. Нынешняя Россия — типичное бюрократическое государство, основанное на криминально-рыночных отношениях. Лет пять назад, на крутом повороте все были едины в одном: у власти должна возникнуть своя социальная база — класс собственников. Но как создать его, когда „у всех все поровну“? Понятно, что селекция российского богача, основанная на твердых законах, — не лучший способ. Во-первых, долго ждать. Но главное, выходило: за демократические преобразования должны бороться одни, а богатеть — другие. Всяк сидящий во власти понимал, что когда-нибудь его политическая карьера закончится. В какой мир вернутся идейные борцы за рыночные преобразования? В мир собственности и собственников. Но с чем? С добрыми именами, но пустыми карманами? Такое никого не устраивало. А потому едва ли не каждый, пришедший в ту пору во власть и закрепившийся на ее рубежах, в первую голову заботился о своем. Это стало негласной нормой государственного бытия…»

Отсюда — полное безразличие всех и вся к конкретным фактам коррупции, о которых сообщается в нашей (да и не только в нашей) прессе. Журналист может разыскать убийственный факт, но он бессилен в главном: чтобы хоть кто-то из имеющих реальную власть принял меры. Или хотя бы поручил соответствующим органам во всем разобраться. А причина этому одна: все, что мы «раскапываем», нашим властителям давно и доподлинно известно», — пишет обозреватель «Комсомольской правды», в прошлом пресс-секретарь Б.Н. Ельцина Павел Вощанов.

… Конечно, конечно, шаги судьбы непредсказуемы, и что там с нами будет потом, дальше, — никто точно не знает!

Но, говорят там, «в верхах», что все-все ничего, это аккурат накануне прорыва в светлое-светлое будущее, ибо вовсю работает смелая, новаторская мысль, и она, мысль эта, сыскала, наконец, чудодейственный способ, как, каким образом вылезти России из болота кризиса, а именно — немедленно приступить к квадратно-гнездовому возведению публичных домов. И первая такая ласточка появится в Саратове. Экономисты местного значения, сообщает пресса, уже все-все высчитали. И получилось, что легальные публичные дома, контролируемые чинами из УВД и налоговой инспекции, будут давать казне ежемесячно целых 400 миллионов рублей! А если почин подхватит и Самара, и Архангельск, и Новосибирск, и Владивосток?! Тут же такие лучезарные перспективы открываются! Ажно дух захватывает!

А еще говорят, будто теперь у всего народонаселения возник еще один большой светлый праздник — чествование Анатолия Чубайса в связи с тем, что несмотря на все вопли протеста и рыдания общественности победила его дружба с младшенькой дочерью президента, а тот взял и «сделал» его первым вице-премьером.

А ведь еще год назад, в январе 96-го, президент Ельцин, отправляя Чубайса в отставку, громогласно заявлял: «Во всем виноват Чубайс». Рыжему реформатору инкриминировали развал работы, провалы в экономической деятельности, крупнейшие ошибки в приватизации. Неужели что-то изменилось?

И — вот на тебе! Примерно в то же самое время миллиардер В.А. Брынцалов… покинул столицу нашей Родины Москву… И все потому, что сильно вроде бы осерчал на него Хозяин-мэр Ю.М. Лужков… Мол, такой-сякой, не платит толком налоги, а тут надо Храм Христа Спасителя достраивать, любимому скульптору Церетели авторские платить, то, се…

И случилась, говорят, как бы дуэль, и возникла даже многотысячная толпа «болельщиков», и даже с тотализатором: кто поставил на ушлость и упорство мэра, а кто — на Императора «Ферейна».

И чем же кончилось? Не смею излагать данную эпопею своими словами. Журнал «Коммерсантъ» делает это куда как «вкусно»:

«… В 1995 году, по словам Брынцалова московские фискальные органы усилили на него свое давление. А когда он стал депутатом Госдумы, „Ферейн“ просто замучили проверками:

— У меня то инспекция, то полиция, то прокуратура в дверях, то ГУЭП, то РУОП, то пожарники придут. Налоговая здесь сидела постоянно. Однако недоимок не обнаружили.

Слово «недоимка» Брынцалов произносит так же, как это принято в налоговой полиции: с ударением на «о»о. Они и правда долго общались. Глава ГНИ № 24 Татьяна Подругина с грустью вспоминает:

— С 1990 года у нас с «Ферейном» проблемы были. Даже сейчас, когда они от нас ушли, аллергия на них осталась.

В 1995 году ГНИ № 24 предложила «Ферейну» заплатить 63 млрд рублей (из них 25 — текущие платежи и 38 млрд — пеня). Однако «Ферейн» признал из них лишь 645 млн. Чтобы взыскать недоимки, ГНИ направила в Уникомбанк и Мединвестбанк инкассовые поручения о списании средств со счетов «Ферейна». При этом Брынцалов неосторожно заметил налоговикам, что «всех счетов все равно не найти». В ответ в декабре 1995 года инспекция совместно с налоговой полицией совершила рейд в штаб-квартиру «Ферейна», изъяв при этом большую часть финансовой документации. ГНИ № 24 приступила было к тщательной сверке документов, однако Брынцалов сделал ответный ход. Он перенес юридический адрес «Ферейна» в более спокойное место — аул Новый Карачай.