Николай Рутыч - Белый фронт генерала Юденича. Биографии чинов Северо-Западной армии

Однако получение этого обмундирования и вооружения оказалось связанным для генерала Юденича с ультимативным требованием представителей английской военной миссии признания созданного ими без ведома Главнокомандующего Северо-Западного правительства и, что было еще труднее для генерала Юденича, — вхождения в него в качестве военного министра наравне с другими, большей частью никому неизвестными представителями левых партий, в том числе эсеров и меньшевиков. Юденичу надо было обладать одновременно большим хладнокровием, колоссальной ответственностью и сознанием патриотического долга, чтобы выдерживать это испытание.

В ночь с 10 на 11 августа 1919 г. генерал Юденич получил из Ревеля от полковника К.А. Крузенштерна, начальника отдела внешних сношений штаба, телеграмму с известием о совещании, проведенном 10 августа заместителем начальника английской миссии генерала Гофа, генералом Маршем и просьбой срочно прибыть в Ревель. Дело шло о требовании англичан немедленно создать русское демократическое правительство с целью безоговорочного признания независимости Эстонии.

Вызов в Ревель был неожиданным для генерала Юденича, ибо незадолго до этого, 7 августа, он имел продолжительную беседу с главой союзной миссии генералом Гофом, в итоге которой он по просьбе английского генерала написал письмо эстонскому главнокомандующему генералу Лайдонеру о своем признании государственной независимости Эстонии, но при условии участия ее войск в походе на Петроград. Как видим, каждую вынужденную уступку союзникам Юденич стремился-таки использовать в интересах России.

Требование создания русского демократического правительства означало для генерала Юденича одновременно ликвидацию состоявшего при нем Политического Совещания и, больше того, оно находилось в прямом противоречии с телеграммой Верховного Правителя адмирала Колчака от 12 июня 1919 г. А.С. Сазонову и кн. Г.Е. Львову, а также самому генералу Юденичу, где совершенно точно были указаны его права в плане организации гражданской власти в Петрограде:

Указом Верховного Правителя генерал Юденич назначен Главнокомандующим русскими силами Северо-западного района; на него возложено создание временного гражданского управления на сообщенных ему основах, принятых Правительством для освобожденных частей России. Администрация Петрограда, при которой, конечно, будут использованы органы самоуправления и общественности, должна отвечать исключительно деловым задачам управления, порядка, безопасности, продовольствия и т.д. и отнюдь не приобретать какого-либо политического значения. В этом смысле нами даны инструкции Юденичу, которому предоставляется выбор сотрудников по его усмотрению с тем, чтобы окончательное их утверждение было сделано Правительством...{~94~}

В дополнение к этой телеграмме адмирала Колчака, генералу Юденичу за подписью министра внутренних дел В. Пепеляева и управляющего МИД И. Сукина была послана телеграмма от 12 июня 1919 г., где говорилось:

По занятии Петрограда допустите надежное авторитетное лицо к должности управляющего губернией. Также составьте Городскую управу во главе с Городским Головой из наиболее известных общественных деятелей, не запятнавших себя работой с большевиками. Разумеется, Вы не лишены возможности и найдете способы выяснить кандидатуры совместно с общественными кругами{~95~}.

Членам Политического Совещания при Главнокомандующем были хорошо известны эти директивы адмирала Колчака и его правительства. Поэтому они были весьма обеспокоены тревожными сообщениями Лианозова, требовавшего их немедленного приезда в Ревель.

10 августа на пристани в Ревеле А.В. Карташева, генерала М.Н. Суворова и В.Д. Кузьмина-Караваева встретил английский офицер, пригласивший их в британское консульство, где уже находились С.Г. Лианозов, полковник К.А. Крузенштерн, присяжный поверенный, видный масон М.С. Маргулиес, М.М. Филиппео — радикал, меньшевик В.Л. Горн и некоторые другие лица. Генерал Марш обратился к собравшимся с речью. Указав на катастрофическое положение Северо-Западной армии, он потребовал «не выходя из комнаты, образовать демократическое русское правительство, которое сегодня же должно заключить договор с эстонским правительством»{~96~}.

«Если, — прибавил генерал Марш в заключение, — правительство не будет образовано к 7-ми часам (а было уже 6 ч. 20 минут), то всякая помощь со стороны союзников будет прекращена. Мы вас будем бросать», — сказал буквально он. Это был, видимо, его собственный перевод английских слов — we shall drop you.

Для членов Политического Совещания были очевидны гибельные для надежды освободить Петроград угрозы генерала Марша как раз в тот момент, когда из Англии прибыли первые два парохода с обмундированием и вооружением для армии. Поэтому генералу М.Н. Суворову было поручено ответить положительно на требование генерала Марша, при условии, что до прибытия генерала Юденича не будут приняты никакие решения о создании правительственной власти.

На следующий день, 11 августа, генерал Марш вызвал к себе С.Г. Лианозова и предложил ему первому подписать, не читая, «Заявление эстонскому правительству» и представителям союзных держав, где повторялось требование признания независимости Эстонии, но в то же время выпало обязательство Эстонии участвовать в походе на Петроград. Далее следовал перечень шестнадцати министров и письменное согласие Главнокомандующего Северо-Западной армии.

С.Г. Лианозов отказался подписать это заявление, указав в частности, что генерал Юденич, отсутствующий в Ревеле, может отказаться дать свою подпись. На что генерал Марш тут же сказал, что если генерал Юденич не подпишет этого заявления, «то у нас готов другой главнокомандующий»{~97~}. (Не следует забывать, что генералы Гоф и Марш пригласили вскоре генерала Булак-Балаховича на завтрак на флагманском крейсере английской эскадры).

Заявление было все же подписано с некоторыми поправками. Но несколько членов Политического Совещания его не подписали. А.В. Карташев, выразив свое возмущение, вообще отказался отвечать на английские приглашения и не являлся больше на заседания. В.Д. Кузьмин-Караваев также отказался дать свою подпись и занимать в этих условиях какие-либо министерские посты. Генерал М.Н. Суворов — кандидат, согласно списку генерала Марша, на пост военного министра, заявил, что «принимать звание военного министра без разрешения Главнокомандующего и тем более даже без его ведома (он) не имеет права»{~98~}.

В своем «Объяснении», опубликованном в Гельсингфорсе, члены Политического Совещания пишут, что заявления и требования генерала Марша от 10 и 11 августа нанесли незаслуженный удар по национальному самолюбию и по национальному достоинству... Еще больнее ударило по чувству национального достоинства такое заявление генерала Марша: если ген. Юденич не даст своей подписи, то «готов другой главнокомандующий»{~99~}.