Рик Скай - Фредди Меркьюри

Однажды Меркьюри сказал: «Мы так и состаримся вместе. Я не могу представить жизнь без нее. Иногда настоящий друг более ценен, чем любовник». Эти слова — не просто красивые фразы, к которым Меркьюри прибегал, отвечая на вопросы, касающиеся его личной жизни. В них больше правды, чем в любых других словах.

Еще одной женщиной, оставившей след в жизни Фредди Меркьюри, была немецкая актриса, успевшая до их знакомства уже трижды развестись. Меркьюри и Барбара Валентин встретились в Мюнхене, когда он переехал, так как жизнь в Лондоне казалась ему ограниченной слишком узкими рамками. В Мюнхене с его свободными нравами и гей-культурой Меркьюри мог жить без боязни привлечь к себе лишнее внимание. Их встреча произошла в гей-баре «Нью-Йорк», и с первой минуты знакомства они стали друзьями. Меркьюри нашел, что Валентин, которая пользовалась успехом в гей-среде благодаря совместной работе с режиссером Райнером Вернером Фассбиндером, была чрезвычайно интересной личностью. Ее же привлекло в Меркьюри его обаяние и joie de vivre.

Их знакомство продолжилось в женском туалете бара, куда они переместились, чтобы укрыться от гомона и музыки дискотеки. Валентин примостилась на унитазе, в то время как Меркьюри устроился рядом на корточках, держа в руках рюмку своей любимой русской водки. Они говорили взахлеб, как старые друзья, не видевшиеся целую вечность. Талантливая актриса (она снялась более чем в семидесяти фильмах) так вспоминала их первую встречу: «Это произошло совершенно случайно. Я была в баре с большой компанией. У Фредди также было много друзей. Я нечаянно обожгла кого-то из его компании сигаретой. Этот человек накричал на меня, затем извинился и предложил выпить с ним и с его другом. Этим другом и оказался Фредди. Мы поздоровались и в течение следующих двадцати четырех часов болтали не переставая».

Они вспоминали свое прошлое, говорили о любовных делах и планах на будущее. Когда наконец они наговорились и вышли из туалета, то обнаружили, что в баре никого нет, а входная дверь закрыта. Было четыре утра, и они продолжали говорить, пока через несколько часов их не вызволила уборщица.

Это было началом прекрасной и странной дружбы. Какое-то время они даже жили в одной квартире. Позже Валентин скажет: «У нас были необычные отношения. Он был геем, я любила мужчин. Но мы были влюблены».

В течение трех следующих лет он и Барбара были неразлучны. Когда я брал у него интервью на вечеринке в Мюнхене по поводу выхода «The Works», он показал взглядом на нее и сказал: «Видишь эту даму с большим бюстом? Это Барбара. Одно время она была немецкой Бриджит Бардо. Она просто умора».

Если Мэри Остин была скромной и тихой, то Барбара являлась ее полной противоположностью. Как и Фредди, она хотела взять от жизни все. Они вместе шатались по мюнхенским гей-барам, где к Меркьюри тянулись, как к намагниченному. Иногда Барбара, Меркьюри и его очередное увлечение под конец этих походов оказывались втроем в одной постели. Бывали времена, когда они ревновали мужчин к другу. Однажды Меркьюри даже ударил одного, который, как ему показалось, уделял Барбаре слишком много внимания.

На одной из вечеринок Меркьюри и Валентин переодели двух молодых людей в женские платья, немыслимые шляпки с перьями и вуалью, посадили их перед телевизором, запустив любимый фильм Меркьюри «Женщины». Появление на экране одной из героинь в похожей шляпке вызвало у них бурный восторг.

Валентин, которая и в пятьдесят выглядела очень соблазнительно, говорила, что у Меркьюри был неукротимый" сексуальный аппетит. Он «западал» на мужчин с большими лицами и огромными руками. Барбара их называла «водителями грузовиков».

Некоторые были только на одну ночь. Другие же, как Винни, с которым Меркьюри обменялся обручальными кольцами, становились постоянными любовниками. Но, несмотря на армию мужчин в жизни Меркьюри, Валентин считает, что их отношения были глубже и преданней, чем с кем бы то ни было во время его мюнхенского периода жизни. После смерти Меркьюри в интервью немецкому журналу «Бунте» она говорила: «Я не ревновала его. Я проводила с ним больше времени, чем кто-либо».

Иногда Валентин пыталась открыть Меркьюри глаза на некоторых из его любовников. Она говорила ему, что человеку такого уровня и интеллекта не стоит заблуждаться и сходить с ума по поводу очередного красавчика.

«Некоторые из этих мужчин были удивительно глупы, попадались и такие, кто не окончил школу. Я говорила Фредди, что если он и сам присмотрится к ним, то удивится. Он признавался, что они ему нужны только для постели», — вспоминала она.

Порой вмешательство третьего лица в их отношения могло спровоцировать скандал: «Один из парней мыл мне голову в раковине в подсобке бара. Увидев это, Фредди приревновал меня и вмазал этому парню. В другой раз я флиртовала с кем-то. Фредди это не понравилось, и досталось теперь уже мне. Но для меня эта пощечина была как букет цветов. Тогда наши отношения было очень трудно понять, да мы и не хотели, чтобы кто-то это делал».

Они много путешествовали вместе. В Рио, где «Куин» стали гвоздем программы фестиваля, они затащили к себе в номер охранника, раздели догола, а одежду выбросили в бассейн под окном. Меркьюри смотрел на парня и хохотал, а затем сказал: «Вот это рок-н-ролл». Но вместо того, чтобы треснуть по Фредди по выступающим передним зубам, охранник начал с ними выпивать.

Однажды сам Меркьюри надел платье Валентин, ее туфли на шпильках и устроил невиданное представление в их квартире стоимостью один миллион фунтов. Иногда Меркьюри впадал в истерику, ломал свою великолепную мебель, кричал голосом сумасшедшего. Через час все проходило, и он увлеченно занимался цветами в саду. Однажды во время такого приступа он начал биться головой о батарею, был весь залит кровью. В другой раз Меркьюри принялся душить Валентин во сне, и ей понадобилась посторонняя помощь, чтобы освободиться: «Фредди не осознавал, что делает. Он был в трансе».

Но в основном Валентин помнит его нежным и внимательным: "Фредди был очень романтической натурой. Но часто хотел выглядеть крутым геем. На самом деле он был добрым и человечным, очень многих выручал и мог различать добро и зло. В большинстве своем люди его профессии и положения будут рады всадить тебе нож в спину, как только отвернешься. Фредди был не таким.

Иногда он чувствовал себя очень одиноко. В такие дни мы делились друг с другом нашими проблемами до самой ночи. Фредди становился очень внимательным, когда я рассказывала ему о моих проблемах. Его юмор как ничто другое помогал мне, и я успокаивалась. Он был всегда прав. Мы могли говорить часами. Он был очень заботлив. Однажды, когда' я была больна, Фредди не отходил от постели.