Линда Ли - Путь бойца: Правдивая история о Брюсе Ли

Хотя Брюс был связан с кинобизнесом всю свою жизнь, тем не менее, он никогда серьезно не думал о том, чтобы сниматься в Америке. Он был уверен в том, что в американских фильмах китайцам отводятся роли только типа: [слушаю вас], [да, господин], да еще носить подносы и возить тележку, а он не собирался убивать свое время и продавать себя для таких ролей. Он мечтал о том, что он сумеет разрушить издревле существующее предубеждение по отношению к китайцам, сыграв роль человека, который будет не просто героем, способным обратить на себя внимание западной аудитории, а человеческим существом, обладающим исключительными талантами и возможностями – сущий китайский Джеймс Бонд.

Деньги, которые получил Брюс за то, что его записали в состав актерской группы, пришлись как нельзя кстати. Брэндон родился в феврале 1965 года за неделю до смерти отца Брюса. Я и Брюс были очень рады, обнаружив во время приезда в Гонконг то, что отец был вполне удовлетворен прогрессом Брюса в Америке. В результате, оба мужчины стали еще ближе друг к другу. Институт кунг-фу в Оклэнде приносил не такие доходы, о которых Брюс и Джеймс мечтали. На то была своя причина: дело в том, что Брюс был человеком, признающим лишь высшее качество в любой работе, он был решительно настроен принимать к себе в школу лишь серьезных, талантливых учеников, на которых он мог бы без сожаления тратить свое время. Из его записей видно, с какой тщательностью и деловой сметкой Брюс отрабатывал все детали, способные привести к процветанию его института. Студент, изучающий психологию, он инстинктивно находил то, что могло заинтересовать его клиентов. Он, прежде всего, постарался объяснить исключительность своего института, а именно: в него принимаются только достойные, он единственный такого рода институт в мире, все занятия ведутся им персонально с помощью ассистентов. Он перечислил мотивы, по которым стоит заниматься кунг-фу:

для укрепления здоровья, для того, чтобы завоевать любовь и уважение окружающих, для развлечения, для самосовершенствования и, прежде всего для того, чтобы обрести покой для духа и разума. Для большего впечатления он привел статистические данные, касающиеся роста преступности, а именно: хулиганских нападений, грабежей, насилий и т. д. Он спрашивал: [Что вы будете делать, если на вас нападут? Что вы будете делать, если на вас нападут в присутствии любимого вами человека?]. Он не задавал больше никаких вопросов, но так как жестокость и насилие процветали в Америке, постоянно расширяя свои масштабы, то все больше и больше мужчин и женщин задумывались о том, что стоит научиться себя защищать, а, следовательно, Брюс и Джеймс могли заработать больше денег, чем зарабатывали до этого времени.

Но для Брюса преподавать кунг-фу всем, кто бы ни пожелал, было равносильно проституированию своим искусством.

Он был решительно настроен продолжать внедрять в жизнь свои методы, насколько это было возможным, понимая, что это необходимо, иначе его ученики не поймут, что все ответы они должны искать лишь в самих себе. Но так как помогать ему в этом деле мог только Джеймс Ли, то становилось очевидным то, что он сможет набирать в свои классы весьма ограниченное количество учеников.

В надежде на будущую pa6oтy на телевидении, Брюс решил, что мы должны немедленно переехать в Лос-Анджелес. Кинокомпания [Твентиз Сенчери Фокс] устроила для Брюса возможность получения уроков актерского искусства у преподавателя Джеффа Кори. Для Брюса этих уроков оказалось вполне достаточно, так как он был естественным] во всех эпизодах. Деньги, которые он получал от кинокомпании – 800 долларов были изрядным сюрпризом, но их было недостаточно, если мы собирались осесть в этом городе.

Итак, Брюс открыл свою третью школу на Коттедж стрит, 628. Дэнни Иносанто, ставший его инструктором – ассистентом, говорит: Брюсу не очень нравилась идея ставить свое искусство на коммерческие рельсы, поэтому единственное, что он сделал, так это только покрасил окна своего зала в красный цвет. Он не любил помпезные надписи над дверью и другие вещи такого рода. Но больше всего поразило Дэнни в Брюсе, как в инструкторе, так это то, что Брюс был всегда раскован, постоянно шутил, сохраняя у всех хорошее настроение. И в то время на занятиях царила всегда хорошая дисциплина. Частично в шутку, но главным образом для того, чтобы яснее объяснить свои принципы ученикам, Брюс установил у дверей в школу небольшой надгробный камень. Этот камень был украшен цветами, на самом камне была выбита надпись "В память о живом человеке, которого изуродовали, напичкав классической рутиной". Брюс однажды сказал журналисту журнала [Блэк бел] [Эта надпись очень точно выражает мои чувства].

А в дневнике, который остался у меня, я прочла следующее: [Человек, проповедующий классику, – ничто иное, как узел, состоящий из руганных идей и традиций. Когда он действует, он переводит живое проявление жизни на язык мира, давно усопшего. Для того, чтобы выразить себя совершенно свободно, вы должны убить в себе все вчерашнее. Если вы следуете классическим понятиям, и вы понимаете рутину традиции, но никогда не поймете себя самого]. И снова: [Второсортный исполнитель слепо следует за сенсеем или сифу, копируя его манеру как результат его действия, и что еще хуже, его мышление становится механическим, он действует как автомат в соответствии с принятой им манерой, а, следовательно, не дает сам себе расти ни духовно, ни физически. Он механический робот – продукт тысячелетней пропаганды и кучи условностей. Человек должен быть независимым, он должен убить в себе все условности с тем, чтобы быть способным воспринимать все свежее и новое. Потому что реальность изменяется в каждый последующий момент как и сейчас, когда я говорю вам это.

Многие из его идей стали результатом постоянного и глубокою изучения различных книг, что в последствии помогло ему осознать законы, действующие в природе. Часть же идей возникла на основе его собственного опыта. Как только он обнаружил ограничения, существующие в стиле Винг Чан, он тут же стал искать, испытывать, пробовать анализировать новые движения, скрупулезно пересматривая традиционные стили. Делал он это, не перескакивая из стиля в стиль, от инструктора к инструктору, нет, он старался разобраться прежде всего в себе самом, отвергая то, что ему не подходило и принимая то, что ему соответствовало. Весь этот процесс прошел у него легче, чем это могло бы произойти у большинства других людей, так как он всегда чувствовал в себе внутреннюю потребность делать все, за что брался, наилучшим образом. Стремление к совершенству не означало для него стать знаменитым или преуспевающим, нет, это лишь означало, что он, прежде всего, хотел наилучшим образом использовать имеющиеся у него природные задатки, хотел довести их до высшей степени, на которую только был способен. Его основной целью было производить лишь качественную работу. И, в конце концов, он организовал свою жизнь так, что она была как и его Джит Кун До – простой, целенаправленной и эффективной. В схватках с другими людьми он достиг этого тем, что никогда не был связан никакими правилами или ограничениями, напротив, свой принцип он выразил в следующем лозунге [использование никакого пути как путь, отсутствие каких-либо ограничений, вот единственное ограничение]. Он часто повторял своим ученикам: