Лидия Давыдова - Джордж Элиот. Ее жизнь и литературная деятельность

Конечно, потребность иметь рядом с собой близкого человека была не единственной причиной вторичного брака Джордж Элиот: тут играла роль и личность мистера Кросса, к которому она давно уже была искренне привязана и который тронул ее своей горячей преданной любовью.

Мистер Кросс познакомился с Джордж Элиот двадцатилетним юношей и с первой же встречи влюбился в эту уже немолодую, некрасивую женщину и в течение целых десяти лет оставался верным своей любви. Он часто бывал у них в доме и после смерти Льюиса был одним из первых, кого Джордж Элиот стала принимать, несколько оправившись от своей потери. Сближение их началось с совместного изучения Данте. Мистер Кросс мало был знаком с итальянским языком, и Джордж Элиот взялась учить его. Кроме Данте, они читали вместе Чосера, Шекспира и Водсворта. Когда прошел год после смерти Льюиса, мистер Кросс начал убеждать любимую женщину сделаться его женой. Джордж Элиот долго колебалась; она сознавала, что в ее годы выходить замуж за совсем еще молодого человека по меньшей мере неблагоразумно; но, должно быть, страх одиночества, а может быть, и любовь к мистеру Кроссу были слишком велики, и 6 мая 1880 года она обвенчалась с ним. На свадьбе не присутствовал никто, кроме семьи жениха и сына Льюиса. Джордж Элиот, очевидно, боялась, что ее друзья и знакомые будут осуждать ее за этот странный брак, и поэтому заранее никого не предупреждала о нем и тотчас после венчания уехала с мужем за границу. Характерно, что брат ее, порвавший с ней всякие сношения вследствие ее сближения с Льюисом, впервые после двадцатипятилетнего молчания написал ей теперь письмо, в котором поздравлял ее с законным браком.

Со своим вторым мужем Джордж Элиот вела приблизительно такую же жизнь, как и с первым, с той только разницей, что творческие силы уже покинули ее, и она больше не писала. Они целые дни читали вместе, и оба, одинаково наслаждаясь этими занятиями, были очень счастливы. Ковалевская рассказывает в своих воспоминаниях, что, когда ей сообщили о втором браке Джордж Элиот, это так поразило ее, что она, будучи опять в Лондоне, решила не идти к ней: ей не хотелось портить того чудного впечатления, которое произвела на нее Джордж Элиот при первом знакомстве. Но потом она все-таки не выдержала, пошла к ней и тут убедилась, что Джордж Элиот осталась все тою же и что ее новый брак нисколько не изменил ее. «Они оба как будто совершенно не сознавали неестественности своего положения и казались просто хорошими товарищами», – пишет Ковалевская.

Джордж Элиот недолго прожила со своим вторым мужем. Она умерла 22 декабря 1881 года, через полтора года после своей свадьбы. Она не боялась смерти и давно уже готовилась к ней. В ее письмах за последние 10 лет часто упоминается о близости смерти и о том, что мысль эта не возбуждает в ней никаких горьких чувств. Романистка писала еще в 1874 году миссис Смит: «Я рада тому, что чем старше я становлюсь, тем яснее мне представляется близость и неизбежность смерти». При всей своей любви к жизни она сумела каким-то образом примириться с мыслью о роковом конце.

Говоря о смерти Джордж Элиот, нельзя не вспомнить уже приведенного выше ее разговора с Ковалевской, когда она говорила, что доверие к смерти часто придавало ей мужество жить. И смерть действительно оправдала ее доверие: она пришла как раз вовремя, прежде чем Джордж Элиот успела раскаяться в своем шаге, и унесла ее в могилу в самом расцвете ее позднего счастья.

Джордж Элиот похоронили рядом с Льюисом.

Глава VII

Миросозерцание Джордж Элиот и ее жизненная философия.

Чувство любви к людям является основой всего миросозерцания Джордж Элиот; эта любовь была для нее не отвлеченной нравственной доктриной, она вошла в ее плоть и кровь, и, несмотря на различные перемены в ее теоретических взглядах, знаменитая романистка считала любовь и сострадание к людям главной сущностью жизни.

Мы видели, что в ранней молодости Джордж Элиот была чрезвычайно религиозна. Затем, когда этот первый период ее развития прошел, она увлеклась Спинозой и в его системе искала разрешения всех мучивших ее вопросов. Наконец, в зрелом возрасте она была большой поклонницей Конта. Таким образом, в истории ее умственной жизни в общих чертах действительно наблюдается указанная Контом последовательность теологического, метафизического и позитивного фазисов развития.

Но в сущности Джордж Элиот никогда не была ни вполне убежденной последовательницей Спинозы, ни настоящей позитивисткой. Величавый пантеизм Спинозы, подчиняющий все в мире неумолимому закону причинности и не оставляющий никакого простора для человеческой любви и деятельности, не удовлетворял ее. Она была слишком женщина, чтобы примириться с этой строгой, холодной философией, и еще в Ковентри, то есть в самый разгар своего увлечения Спинозой, ей казалось, что основой нравственности должно быть чувство симпатии, любви к людям. Позднее знаменитая романистка пишет в одном письме, что, по ее мнению, главный недостаток системы Спинозы заключается в том, что он рассматривает мир независимо от отношения к нему человека как сознательного и чувствующего существа. «Когда мы здоровы духом и телом, мы должны любить и ненавидеть, – любить то, что полезно людям, ненавидеть то, что им вредно», – пишет она далее в том же письме.

Увлечение Спинозой сменилось увлечением Контом, на изучение которого ее натолкнул Льюис, сам много занимавшийся позитивизмом и написавший даже целую книгу по этому вопросу. Знакомство с философией Конта было целым событием в жизни Джордж Элиот. Она много раз упоминает в своей переписке, что ни одна книга не имела такого сильного влияния на ее умственное и нравственное развитие, как «Курс положительной философии» Конта. В ней она нашла научное обоснование многих своих заветных мыслей, которые тут были приведены в стройную систему. «Религия человечества» сделалась и ее религией, хотя она совершенно не сочувствовала утопическим мечтам Конта о будущей организации общества.

Но в натуре самой Джордж Элиот было так много здорового нравственного чувства, что она совершенно не нуждалась ни в каких теоретических обоснованиях его. Ее взгляд на нравственность лучше всего высказан в ее критическом очерке о поэме Юнга «Ночные мысли», написанном в 1857 году. Она говорит там: «Человек должен быть честен и справедлив не потому, что он рассчитывает продолжать жить в другом мире, а потому, что он на себе испытал тягостные последствия нечестности и несправедливости и имеет сочувствие к другим людям, которым было бы так же тяжело, если бы он по отношению к ним был бесчестен и несправедлив… Нам больно смотреть на страдания другого человека, и эта боль делается еще острее от сознания, что человек смертен, что жизнь его так коротка, и мы бы хотели наполнить ее радостью, а не горем. Чувство сострадания к людям не находится в прямой зависимости от веры в будущую жизнь; напротив того, может быть, у многих людей сознание того, что жизнь так коротка и что с нею все кончается, скорее может породить нравственное воодушевление, чем идея о бесконечном существовании».