Волконские. Первые русские аристократы - Сара Блейк

«он неутомимо и с великою пользою для земского дела прослужил двенадцать лет и последние годы особенно его утомила беспрестанная борьба с крепостниками».

Однажды летом 1862 года Сергей, будучи еще раненбургским уездным предводителем, пригласил в Зимарово студента-историка Московского университета Василия Ключевского в качестве репетитора для сына, который привил тогда еще юному Николаю Волконскому вкус к историческим наукам. Благодаря этому в 1872 году Николай Волконский с отличием окончил историко-филологический факультет Московского университета. Его отец настоял на том чтобы, сын поступил на государственную службу — в Хозяйственный департамент Министерства внутренних дел. И с 1875 вплоть до 1878 года Николай состоял на службе у нового рязанского губернатора Николая Абазе, сопровождая его по тылам Дунайской армии во время русско-турецкой войны.

Такая работа рядом с крупным либеральным деятелем Н. Абазой естественно, сыграла свою роль в формировании взглядов на общественно-политическую тему молодого Волконского. Когда закончилась русско-турецкая война, Николай поехал для продолжения образования в Европу. Он слушал интереснейшие лекции в Венском и Берлинском университетах которые тоже несомненно повлияли на его мировосприятие.

Разумеется, благодаря практике, с годами князь Николай Волконский приобрел и ценнейший опыт земской деятельности. И это помогло ему, начиная с 1874 года регулярно и успешно избираться гласным Раненбургского уездного и Рязанского губернского земских собраний. Князь вел ответственные дела в сво-. ей должности секретаря губернского собрания, эффективно руководил ревизией крестьянских касс Раненбургского уезда. Н. С. Волконский в земских органах самоуправления видел лучший механизм решения многих важных общественных проблем, в том числе самой острой — «обеспечения народного продовольствия».

В 1878 году отец и сын Волконские на рязанском губернском собрании представили записку, в которой говорилось, что «дело народного продовольствия должно быть делом земским — всесословным и организация продовольственной помощи должна быть возложена на приходские попечительства, обладающие на сказанную потребность правом самообложения».

Надо заметить, что сам Николай активно выступал за полнейшую самостоятельность земских учреждений в распределении общественных средств. Уже позднее, когда он сам стал председателем рязанской губернской управы, он подытожил свои мысли о значимой роли земского самоуправления: «Ежели земские учреждения в течение двадцатипятилетнего своего существования что-нибудь сделали, то единственно благодаря самодеятельности заинтересованного в деле населения. Если земские школы всегда такие, в которых действительно учат, то это происходило единственно вследствие того, что население только на такие школы охотно дает деньги, от которых видит пользу, и его никакими отчетами не проведешь. Население не будет тратиться на то, в чем не видит пользы».

Но не забывал князь Николай Волконский о своем профессиональном и любимом пристрастии к истории, он активно сотрудничал с Рязанской ученой архивной комиссией (РУАК). Известный рязанский общественный деятель и историк А. Д. Повалишина попросил, Волконского начать работу над историей помещичьих хозяйств Рязанской губернии князь с удовольствием принялся выполнять эту просьбу. Научное исследование Н. Волконского «Условия помещичьего хозяйства при крепостном праве» опубликовали в «Трудах РУАК» в 1897 году. Оно настолько поразило ознакомившихся с ней, что неожиданно получило широкую известность. Ряд влиятельных российских журналов («Исторический вестник», «Русское богатство» и др.) даже опубликовали положительные рецензии. Так по словам С. Яхонтова, работа «является новым, чуть не единственным трудом этого рода и очень ценится наукой». А в «Отчете о русской исторической науке за 50 лет (1876–1926)» ученый и академик Н. Кареев назвал работу князя самой значительной из исследований по экономической истории крепостничества.

Когда при РУАК открылся историко-этнографический музей, Николай Волконский всячески поддерживал его, и этот музей стал одним из центров культурной жизни Рязани. Князь в 1897 году выкупил у своих родственников уникальную коллекцию произведений ручной вышивки крепостных крестьянок и принес в дар музею. А в следующем году он не пожалел для музея одну из ценных семейных реликвий — старинную кольчугу одного из своих предков Волконских. Кстати, коллекция князя и сегодня составляет большую часть этнографического фонда Рязанского историкоархитектурного музея-заповедника.

Главной проблемой преобразования государственного устройства России немногие земские деятели считали проведение, конечно, аграрной реформы. Эта реформа должна была быть, естественно, в интересах крестьянства. В этом вопросе позиция Николая Волконского и некоторых умеренных земцев полностью разошлась с позицией становящегося более радикальным земского большинства. Противостояние двух формирующихся лагерей в российском либеральном движении проявилось в Аграрном совещании, прошедшем в Москве в 1905 году.

В своем выступлении на совещании князь заявил, что за большим разбросом мнений видны две главные позиции — «за» и «против» частной собственности на землю. И в принципе аграрный проект «земского большинства» недалек от идеи национализации, и оставляет за государством (в том числе и за чиновничеством), право собственности на землю. Николай считал, что крестьянство хотело бы не только «прирезки земли» на правах аренды, но и иметь возможность полноценной собственности. Зная положение на родной земле Рязанщине, князь сказал, что местный крестьянин-земледелец «жаждет получить землю в полную частную собственность»: «По крайней мере, у нас, на черноземе, получить кусок земли в полную частную собственность столь же хорошо защищенную законом, как и собственность любого другого владельца, составляет венец желаний всякого крестьянина. И уже некоторые крестьяне стали осуществлять это желание, приобретая землю при помощи Крестьянского банка и без такой помощи. Но лица, предлагающие добавочное наделение землею, эти прирезки к надельной земле, считаются ли с таким желанием? Нет. Напротив, если проводить предлагаемое наделение последовательно, пришлось бы отбирать землю и у таких мелких собственников для наделения ею неимущих. Но эти-то уж добровольно не отдадут ее. Идя этим путем, надо готовиться к междоусобной войне. И если такой войне суждено разгореться, то победителем, думается мне, выйдет из нее тот, кто обещает частную собственность на землю…».

Будучи сторонником конституционной монархии, Николай Волконский в ноябре 1905 года стал одним из основателей либеральноконсервативной партии «Союз 17 октября». Он регулярно и активно участвовал в заседаниях петербургского ЦК, а чуть позже вошел в Московское отделение Центрального комитета, одновременно возглавил рязанский губернский отдел партии. В те тревожные месяцы октябристы считали основной задачей подавления революционной смуты, и не только военно-полицейскими, но и в основном общественными силами.

Возможно, выборная кампания октябристов в Рязанской губернии проходила в духе острого соперничества с кандидатами от радикальной Конституционно-демократической партии. Которые продвигали идеи принудительного и насильственного отчуждения помещичьих земель. На губернском избирательном собрании октябристам, которых возглавлял Николай, все-таки удалось получить голоса правых и умеренных избирателей, и даже на свою сторону привлечь избирателей-крестьян.

18 мая 1906 состоялось выступление князя Николай Волконского в первой Думе. Оно было посвящено главным образом аграрному вопросу — но это, можно сказать, был принципиальный доклад от малочисленной группы «умеренных»,