Роман Ларинцев - 1941. Забытые победы Красной Армии (сборник)

Однако, обратив внимание на историю обеих дивизий, мы обнаружим в них существенную разницу. 70-я стрелковая дивизия была создана в Приволжском военном округе в 1934 году, принимала участие в советско-финской войне; именно она в марте 1940 года по льду Выборгского залива обошла Выборг с запада, перерезав шоссе на Хельсинки и во многом решив исход кампании. Тогда ею командовал М. П. Кирпонос – будущий командующий Киевским Особым военным округом.

То есть профессиональные действия дивизии в июле 1941 года не удивительны: она имела кадровый офицерский состав, обладающий многолетней довоенной подготовкой и боевым опытом. Попадая в такую среду, даже необученные новобранцы быстро становились солдатами. Напротив, 237-я стрелковая дивизия, сформированная под Петрозаводском весной 1941 года, не имела ни боевого опыта, ни подготовки. Что там новобранцы – даже ее офицеры еще плохо знали друг друга!

Здесь уместно вспомнить дивизию СС «Мертвая Голова», действовавшую в составе 56-го моторизованного корпуса. Она была создана в 1939 году на базе различных добровольческих структур СС, в 1940 году получила краткий опыт кампании в Бельгии, но все равно по опыту и уровню подготовки сильно отставала от большинства других немецких дивизий – особенно моторизованных, которые всегда были элитой вермахта. Вдобавок офицеры «Мертвой Головы» не имели военного образования и соответствующей подготовки. Дивизия эта вообще была создана Гиммлером в пику чванливым армейцам, фактически из дворовой шпаны – энергичной, боевитой, уже натасканной на кровь в службе охраны концлагерей, но не имевшей никакого военного опыта.

Ничуть не удивительно, что в первых же боях лета 1941 года «Мертвая Голова», несмотря на свою храбрость и первоклассное техническое оснащение (всегда отличавшее войска СС), понесла большие и неоправданные потери, добившись сравнительно скромных результатов. Вот как отзывается о «Мертвой Голове» сам Манштейн:

«Дивизия также всегда атаковала с большой смелостью и показала упорство в обороне. Позже не раз эта дивизия была в составе моих войск, и я полагаю, что она была лучшей из всех дивизий СС, которые мне приходилось иметь. Ее бывший командир был храбрым солдатом – однако он вскоре был ранен, а позже убит. Но все эти качества не могли возместить отсутствующей военной подготовки командного состава. Дивизия имела колоссальные потери, так как она и ее командиры должны были учиться в бою тому, чему полки сухопутной армии уже давно научились. Эти потери, а также и недостаточный опыт приводили, в свою очередь, к тому, что она упускала благоприятные возможности и неизбежно должна была вести новые бои» [78] .

Перефразируя известную поговорку, можно сказать, что стадо баранов, предводительствуемое львом, будет гораздо боеспособнее стаи львов, не имеющей вообще никакого руководства.

* * *

Однако сражение за Сольцы все еще не закончилось. Командование 27-й армии пыталось если не выполнить ранее полученный приказ о наступлении на Порхов и Боровичи, то хотя бы отбросить назад дивизии 1-го армейского корпуса южнее реки Шелонь.

23 июля части 180-й Эстонской стрелковой дивизии при поддержке остатков 21-го и 28-го мотострелковых полков, давно уже действовавших в отрыве от своих дивизий, перешли в наступление на позиции 11-й немецкой дивизии в районе Городок в 6 км юго-западнее Сольцев. 21-й мотополк внезапной атакой овладел совхозом Выботь на дороге, что ведет из Сольцев на Вол от и Старую Руссу. Обходом с запада в деревне Угощь была отрезана группа противника силой до батальона.

Немецкие солдаты на реке Шелонь, август 1941 года

24 июля совместными действиями 21-го мотострелкового и 86-го стрелкового полков группу противника в Угощи удалось уничтожить. К исходу 25 июля мотострелки вышли к берегу Шелони напротив Сольцев, взяв под обстрел город и идущие здесь дороги. «1-му армейскому корпусу, обороняясь, пришлось переправиться на другой берег и местами отступить» – так описывает эти события Хаупт. [79] Развивая наступление, левый фланг 180-й стрелковой дивизии вышел к Шелони у села Рельбицы в 10 км западнее Сольцев и вновь переправился здесь на северный берег. Однако уже на следующий день немцы бросили сюда подошедшую через Дно 126-ю пехотную дивизию 11-го корпуса и закрыли намечавшийся прорыв. Тем временем южнее войска левофлангового 10-го корпуса 16-й немецкой армии успешно наступали от Новоржева на Старую Руссу. Вечером 27 июля немцы заняли станцию Волот. Контратаки потрепанных 163-й моторизованной и 182-й стрелковой дивизий ни к чему не привели, хотя сюда был переброшен 21-й мотострелковый полк, изъятый из подчинения 180-й стрелковой дивизии. 27 июля части 1-го армейского корпуса вышли к озеру Ильмень южнее устья Шелони. К 30 июля войска 27-й армии отошли южнее озера Ильмень на Старую Руссу, а позднее – и за реку Ловать. Отсюда 12 августа войска свежей 34-й армии совместно с левым крылом 11-й армии в соответствии с директивой Ставки № 00824 от 9 августа начали новое наступление на Сольцы и Дно – но это уже совсем другая история…

* * *

Уже 19 июля командование 4-й танковой группы приняло решение изменить направление наступления 56-го моторизованного корпуса и вместо Новгорода направить его через Лугу с задачей выйти на Московское шоссе восточнее Ленинграда. Для этого наступления корпусу дополнительно подчинялась 269-я пехотная дивизия, действовавшая на лужском направлении.

Однако наступать Манштейн пока просто не мог – его войска были истрепаны и понесли серьезные потери (конечно, по меркам 1941 года). «Потери трех дивизий корпуса достигли уже 600 человек,  – пишет Манштейн, – …однако 8-й танковой дивизии удалось за несколько дней отдыха довести число готовых к бою танков с 80 до 150 единиц». А ведь месяц назад в дивизии насчитывалось 212 танков! По советским данным, в боях за Сольцы было захвачено до 400 автомашин. Согласно истории 8-й танковой дивизии, только в ходе боев за Сольцы ее танковый полк безвозвратно потерял 30 танков. [80]

А вот что сообщают нам о потерях 56-го танкового корпуса в июле 1941 года немецкие документы: [81]

Потери 8-й танковой дивизии с 1 3 по 31 июля 1941 года [82]

Как мы видим, максимальные потери дивизия понесла 16 июля – непосредственно при прорыве из окружения было убито или пропало без вести 80 человек, в том числе 4 офицера; еще 222 человека было ранено. Три сотни человек за день – в 1941 году для немцев это были очень большие потери. Более того, 38 человек пропавшими без вести за день не теряла в июле 1941 года более ни одна из дивизий корпуса Манштейна.

Всего же за неделю советского наступления, с 14 июля и до вывода из боя, 8-я танковая дивизия потеряла 689 человек, из них 146 безвозвратно (в том числе 8 офицеров). Для немцев в 1941 году это были огромные потери – из строя выбыло до 12–15  % боевого состава дивизии.

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});