Федот Кривда - На берегах Меконга

Командир полка доложил по местности созданную систему обороны. Она отвечала характеру местности и возможным вариантам действий противника, однако на правом фланге сил было недостаточно, а это одно из главных направлений, да и полоса полка, состоящего из четырех пб, достигала 25-30 км по фронту и до 10 км в глубину. К сожалению, на второй позиции оборонялся только один батальон и то на левом фланге полосы обороны полка. В полку был плохо оборудован КП и практически отсутствовала связь между батальонами. Управление предполагалось по УКВ радиостанциям и сигналами. Сделав необходимые указания, мы возвратились в расположение штаба дивизии. Возвращение было значительно легче, чем подъем в высоту. Стемнело, вертолет к штабу дивизии не пришел и нам ничего не оставалось делать, как заночевать здесь в штабе дивизии. Командир дивизии проявил большую настойчивость к этому. По возвращении мы заслушали его о состоянии дивизии и перешли в другое помещение пить чай. Завязалась беседа и мы проговорили до 23 часов. Надо было ложиться спать. В отведенной комнате стояла кровать, накрытая тонким матрацем и белой простыней и покрывалом с подшивкой. Было жестко и сыро, но сон взял свое.

К 5 часам утра проснулся и больше спать не хотелось. Сделал физзарядку, попил чаю и решил сделать запись в книге посещений дивизии, которая предусмотрительно лежала на столике. Завтракали в 6 часов, т. к. вылет в 323 пд наметили на 7.00 утра. Кушать не хотелось, съел банан и на этом завтрак был закончен. В 6.50 мы услышали шум вертолета и обрадовались, что день пойдет по плану. Ровно в 7.00, попрощавшись с командиром дивизии, мы улетели. Перед отлетом принесли к вертолету ствол с бананами. На нем было не менее 5-6 кг бананов. Я пытался отказаться от этого, но мне сказали, что это делать нельзя, можно обидеть хозяев. Их хватило на всю группу нашего вертолета.

В 7.30 мы совершили посадку на небольшом стадионе, он еще был мокрым после дождя и стояли лужи воды. Вокруг стадиона разрушенные бунгало свидетельство недавнего тайфуна, прошедшего на севере страны. Нас встретил командир дивизии старший полковник Зян с начальником политотдела. Сразу пошли в домик, где все было подготовлено к заслушиванию. Командир волновался, но доложил о состоянии дивизии неплохо. Возник вопрос: в какой степени боевой готовности она находится? Было странно слышать, что она находится в повышенной боевой готовности, как определил ГШ. Я не мог не прокомментировать этот вопрос, но обсуждать указания ГШ не стал и не имел права. После заслушивания дал указания по организации обороны дивизии. Многие вещи были не учтены. Действия ПТ резерва предусматривались с одной позиции, не было позиции для маневра артиллерии, не были предусмотрены действия отдельного самоходного батальона по огневым рубежам, плохо был посажен второй эшелон и другие недостатки.

Но мы торопились в полки 1-го эшелона. Надо было их посмотреть повнимательней. Когда мы подъехали к штабу полка, нас уже ждал командир полка и замполит. Мы не стали на КП слушать решение на оборону, а решили посмотреть на местности. Мне показали высоту с выступом, очень похожую на крышу дома. Она была довольно высокая и я сразу понял, что опять предстоит штурм высоты. Вначале мы пытались проехать по дороге, которая вела к высоте, но она после тайфуна была вся размыта и в валунах. С большим трудом на УАЗах мы добрались до середины, а дальше машины подняться не могли. С грустью я посмотрел на эту высоту, но решил не сдаваться. Надо было подниматься дальше. Двигаться было труднее, чем вчера. Температура воздуха до 35?, да еще после дождя сильно парило. Мой темно-коричневый военный костюм, сшитый перед поездкой в СРВ, хорошо притягивал солнце. В отличие от вчерашнего, я решил идти медленно, чтобы не задыхаться. Через час мы были на высоте.

Пот градом катился по лицу, спина и все костюм были мокрыми. С высоты хорошо просматривалась местность во все стороны. Траншеи шли по склону высоты на удалении 200-300 метров, от траншей противника. Он, видимо, хорошо нас наблюдал, так как его наблюдательные пункты были тоже на высотах. Командир полка показал районы обороны батальонов и рот первого эшелона. Их и так было хорошо видно с высоты. Мне понравилось расположение батальонных и ротных опорных пунктов, хорошо оборудованных системой траншей, которые отлично просматриваются с высоты, где мы находились. Но беда в том, что полоса обороны полка была шириной до 35 км и сил полка явно не хватало, хотя полк состоял из 4-х батальонов. Глубина обороны была создана не только на левом фланге, но и на правом, самом доступном направлении. Правый фланг обороны дивизии оборонял еще один полк, упиравшийся своим правым флангом в берег залива. За правофланговым полком оборонялся полк 2-го эшелона. На этом же направлении была ДАГ, реактивная батарея, батальон "САУ-100". Так что правый фланг был надежно обеспечен, что создавало устойчивость и для левофлангового полка.

Время было 13.00 и мы решили спускаться с высоты, что потребовало немало времени. Спустившись, мы сели в машины и вскоре были у штаба полка, где намечался обед. Сняли куртки, майки, ополоснулись, но одевать снятое было невозможно, оно все было пропитано потом. Решили в тазиках прополоскать майки, платки и развесить сушить. Солнце и небольшой ветерок позволили через 30 минут все высушить. Обедать не хотелось. Перед обедом выпил 3 чашки зеленого чая без сахара. Поблагодарив за обед, мы поехали в штаб дивизии, но по пути должны были заехать на позиции отдельного самоходного батальона. Так мы и сделали.

Одна из рот находилась на техническом обслуживании. Я с удовольствием посмотрел САУ-100. Когда-то, командуя полком, у меня также был батальон САУ- 100. Это отличные машины с непревзойденной точностью стрельбы. Батальон всегда имел отличную оценку, да и я с удовольствием стрелял из них даже на инспекции. Собрались офицеры батальона и я решил рассказать им об этой замечательной машине, тем более что исполняющий обязанности командующего КОВРа недооценивал их преимущества и считал, что их надо передать в подчинение начальника артиллерии. Пришлось убедить его в ошибочности суждений, но это было сделано в машине, когда мы возвращались в штаб дивизии. Я постарался уделить этому вопросу побольше времени и рассказал все способы, которые возможны в обороне при их применении. Думаю, что он хорошо понял это. В штаб мы не заезжали, а поехали прямо к вертолетам. У вертолетов было до сотни солдат, сержантов и офицеров. Ведь не так часто вертолеты здесь появляются. Командир дивизии Зян все не хотел прощаться и я недоумевал. Но вскоре все выяснилось. Принесли сделанного из угля миниатюрного льва в качестве сувенира. Я вынужден был принять его. Через 1 час 15 минут мы были в Хаоне на своей вертолетной площадке, а сувенир передали в подразделение связи, которое нас обслуживало.