Рэнди Тараборелли - Мадонна. В постели с богиней

Подавленная Мадонна решила, что группа ограничивает ее возможности и не дает раскрыться как настоящей певице. «Мне было очень трудно, — вспоминала она впоследствии. — У меня были идеи. В группе нельзя иметь собственные идеи. Не имея возможности выразить себя, я чувствовала… Ну что теперь об этом говорить?»

(Примечание. На черном рынке можно найти некоторые записи, относящиеся к этому периоду, в том числе и «Emmy and the Emmys Live, First Time Out Of Manhattan», куда входят «Bells Ringing», «Love For Tender», «Are You Ready For It», «Nobody's Fool» и «Love Express». В других сборниках можно найти и другие песни «Эмми» того времени. 30 ноября 1980 года «Эмми» записала четыре песни в Музыкальном доме в качестве демонстрационной кассеты — «(I Like) Love For Tender», «Drowning», «Bells Ringing» и «No Time». Все песни были записаны в стиле тяжелого рока.)

Камилла

В начале 1981 года в жизни Мадонны появилась женщина, которая стала ее наставницей и даже ее спасительницей. Как всегда, произошло счастливое совпадение. Женщину звали Камилла Барбон, она была музыкальным агентом и работала на агентство Готэм, располагающееся в Музыкальном доме. Барбон, считавшая себя настоящей работягой, была очень привлекательной женщиной, с красивыми, коротко подстриженными, волнистыми черными волосами, задумчивыми карими глазами и безупречной внешностью. Она обладала счастливым характером и удивительной памятью на детали, особенно когда дело касалось Мадонны.

«Мы с Мадонной познакомились в лифте Музыкального дома, — вспоминает Камилла. — Она постоянно со мной заигрывала. Как-то раз она открыла мне дверь, потому что у меня были заняты руки. Когда я поблагодарила ее, она ответила: «Не беспокойтесь. Когда-нибудь и вы откроете мне дверь».

Ей было около двадцати двух лет. У нее не было дома, и она жила в одной из студий Музыкального дома. В тот момент она только что ушла из группы «Эмми» и сказала, что хочет заняться другим делом. Она принесла мне демонстрационную кассету, и ее запись показалась мне интересной. Она пригласила меня на шоу с ее участием, но я заболела и не смогла пойти. На следующий день Мадонна ворвалась в мой кабинет с криком». «Какого черта ты не пришла? — орала Мадонна на Камиллу, которую тогда еще очень мало знала. — Это моя жизнь. Что с тобой произошло? Ты же обещала, что будешь там!»

«У меня разыгралась ужасная мигрень, — оправдывалась Камилла. — Прости меня. Я никак не могла прийти».

Мадонна испепелила Камиллу убийственным взглядом, а затем спросила: «Что? У тебя болела голова? Ну и объяснение! Какой же ты, к черту, музыкальный агент?!»

Камилла твердо пообещала прийти на следующее шоу, и Мадонна тщательно записала ей дату, время и место. Камилла стала переписывать эти сведения в свой ежедневник. Мадонна вырвала записную книжку у нее из рук и швырнула в угол. «Если это действительно важно для тебя, — сказал она, — ты запомнишь. Ты не должна ничего записывать, потому что это слишком важно, и ты должна это запомнить».

«По сути дела, я должна была прийти в ярость, — вспоминает Камилла с улыбкой, — но я была заинтригована.

Придя на шоу, я поняла, о чем она говорила. Я увидела потенциальную звезду. Когда мы познакомились, ее волосы были выкрашены в рыжий цвет, но через день-другой она перекрасила их в каштановый. На сцену Мадонна вышла в мужской пижаме. Вид у нее был весьма оригинальный. У нее была великолепная координация движений. Она прекрасно знала, как выглядит. Публика каждый момент ощущала ее чувства и переживания. Это очень редкое качество. Мадонна была по-настоящему прекрасна. Удивительное лицо!»

Пораженная природным талантом Мадонны — в то время она танцевала и пела рок-н-ролл, — находящаяся под впечатлением ее колоритной внешности, Камилла Барбон сразу же подписала с ней контракт. Еще одно удивительное совпадение: у двадцатидевятилетней Барбон и у ее новой протеже дни рождения совпадали. Казалось, сами небеса, бог, карма, звезды, вселенная или просто леди Удача не оставляли своими заботами Мадонну в эти нелегкие годы, когда формировался ее характер, когда она ставила себе цели и всеми силами добивалась их. В течение последующих двадцати месяцев Барбон и ее партнер Адам Этлер вложили почти все свои средства в раскручивание новой звезды. Камилла говорила о ней: «Кто был никем, тот станет всем».

В это время Мадонна и Камилла постоянно ссорились и мирились. Много лет спустя Камилла призналась, что, скорее всего, была влюблена в Мадонну. Хотя Камилла и не признавалась в своих чувствах, молодая звезда инстинктивно ощущала их силу. Она не могла сопротивляться ходу событий. В конце концов, каждый этап ее карьеры был связан с соблазнением — один за другим люди поддавались ее очарованию, которому было невозможно противостоять. То же самое произошло и на этот раз.

Талант, удача и хитрость помогли невероятно честолюбивой Мадонне найти свое место в городе, где честолюбцев больше, чем в любом другом месте на земле. Сознавала ли Мадонна, что она использует людей в своих интересах, заставляет их работать на себя, продвигать себя, завязывать для нее нужные контакты?

В отношениях с Камиллой Барбон Мадонна играла роль маленькой девочки, всецело полагающейся на чувствительную и властную мать — Камиллу. Более взрослая Барбон была счастлива сыграть свою роль в жизненной драме Мадонны. Сначала она оплатила удаление зубов мудрости, а потом забрала Мадонну к себе домой. Очень скоро Камилла стала одалживать своей протеже деньги, кормить ее и обеспечивать ее безопасность.

«Я считала самым важным, чтобы она чувствовала себя в безопасности, — вспоминала Камилла. — Поэтому я должна была найти для нее дом. Она нашла небольшой домик, который ей понравился. Я перевезла ее в однокомнатную квартиру неподалеку от Мэдисон-Сквер-Гарден. По иронии судьбы, этот дом назывался «Отелем звезд». Я заплатила за несколько месяцев вперед — по шестьдесят пять долларов в месяц. Но мне было страшно оставить ее там. Она прожила там всего две недели, и ее обокрали. Воры забрали только ее фотографии, но это событие очень встревожило нас обеих.

Поэтому я перевезла ее в большую квартиру на углу Риверсайд Драйв и Девяносто Пятой. Мой деловой партнер был знаком с парнем, жившим в этом доме, и убедил его позволить Мадонне поселиться вместе с ним. Мы давали ей сто долларов в неделю».

Поскольку Мадонна сказала, что хочет играть, Камилла послала ее брать уроки у русской эмигрантки Миры Ростовой, в свое время обучавшей таких знаменитых актеров, как Монтгомери Клифт и Родди Макдауэлл. Но это была неудачная затея. После первого же урока Мира наотрез отказалась заниматься с Мадонной. «Сомневаюсь, чтобы из этой девушки вышла серьезная актриса, — сказала Ростова Камилле. — Во-первых, она очень вульгарна. Во-вторых, ей нельзя ничего сказать, потому что она уверена в том, что все и без вас знает. И в-третьих, она не слушает, а если она не слушает сейчас, то не будет слушать никогда. Если бы я была на вашем месте, то несколько раз подумала бы, прежде чем решиться представлять ее интересы».