Реймонд Франц - Кризис совести. Борьба между преданностью Богу и своей религии

Номер «Сторожевой башни» за 15 февраля 1978 года опубликовал этот материал (сс. 30 и 32), в котором были такие строки:

Однако, дальнейшие тщательное рассмотрение вопроса убеждает нас, что, ввиду отсутствия в Писании ясных указаний, в этих вопросах супруги сами несут за себя ответственность перед Богом и что эти интимные подробности брака не входят в сферу контроля старейшинами собраний, и старейшины не могут исключать кого — либо из организации только на этом основании.* Конечно, если человек хочет спросить у старейшин совета, то старейшина рассмотрит с таким человеком библейские принципы, действуя как пастырь, но не стремясь контролировать брачную жизнь человека, который спросил о совете.

Это не значит, конечно, что нужно оправдывать любые половые действия, которыми занимаются люди. Это просто выражает повышенное чувство ответственности, которую мы принимаем на себя, позволяя Писанию управлять своей жизнью и устраняясь от различных догматических позиций, когда свидетельство не представляет собой достаточной основы. Это также выражает уверенность в желании народа Иеговы в целом делать все, как для него и отражать все его прекрасные качества во всех своих занятиях. Этим выражается желание оставить суд в таких интимных брачных областях в руках Иеговы Бога и его Сына, у которых есть все мудрость и знания, необходимые для вынесения правильного решения.

Вообще, я чувствовал то же самое по отношению еще к целому ряду вопросов, которые стояли перед нами, — что Писание на самом деле не давало никакого основания занимать догматическую позицию в подавляющем большинстве решаемых нами дел. В своей публикации я выразил эту точку зрения, и тогда она была принята Руководящим советом. Я снова и снова выражал ее в дальнейшем, но принималась она редко.

Когда я смотрю на имеющиеся у меня письма, некоторые из которых процитированы выше, то удовлетворение, которое я получил от написания публикации, исправляющей положение дел, кажется довольно пустым. Ибо я знаю, что несмотря на все сказанное уже невозможно было возместить или исправить весь ущерб, причиненный стыдом, замешательством, эмоциональным отчаянием, чувством вины и развалившимися браками, вызванными прежним постановлением — постановлением, принятым за несколько часов людьми, которые отнеслись к нему довольно прохладно, людьми, не располагавшими предварительными знаниями, возможностью подумать, поразмышлять, особо помолиться и узнать, что говорит об этом Писание. Но это решение получило силу на пять лет по всему миру, и многие пострадали от этого на всю жизнь. Ничего этого не должно было случиться[60].

Другой возникший вопрос, несколько связанный с предыдущим, касался Свидетельницы из Южной Америки; ее муж признался, что изменял ей с другой женщиной. Проблема состояла в том, что он утверждал, что сексуальные отношения как раз относились к категории описанных выше, в данном случае, это было анальное, а не генитальное соитие.

Решение Руководящего совета гласило, что такой акт не являлся прелюбодеянием; для прелюбодеяния необходимо было соитие, «в результате которого могли появиться дети». Таким образом, тот человек не стал «одной плотью» с другой женщиной, и поэтому, согласно тому решению, у его жены не было оснований из Писания для развода и вторичного брака.

Существовавшее правило требовало единогласного решения, и я последовал за большинством. Однако меня по — настоящему беспокоили мысли об этой женщине, которой было сказано, что в соответствии с Писанием она не могла освободиться от мужа, повинного в подобном проступке. Это решение означало также, что мужчина, вошедший в гомосексуальные отношения с другими мужчинами или даже в сексуальные отношения с животными, не давал оснований для развода, о которых идет речь в Писании, поскольку зачатие было невозможно, а значит, он не становился «одной плотью» с другим мужчиной или животным. «Сторожевая башня» немного раньше в том же году особо на это указывала[61].

Эмоциональный стресс побудил меня рассмотреть изначальные языковые термины (на греческом языке), употребленные в Матфея 19:9. В издаваемом Обществом Нового Мира, слова Иисуса представлены так:

Я говорю вам, что кто разведется со своей женой кроме как на основании блуда и женится на другой, тот прелюбодействует.

Здесь употреблены два разных слова, «блуд» и «прелюбодеяние»; однако в публикациях «Сторожевой башни» и течение десятилетий занималась такая позиция, что они оба означали, в сущности, одно и то же, что «блуд» означает мужчину, прелюбодействующего с другой женщиной, не своей женой (или жену, вступающую в такие отношения с мужчиной, который не является ей мужем). Почему же тогда, спросил я себя, Матфей, записывая слова Иисуса, употребил два разных слова («порнея» и «моикея»), если в обоих случаях имелось в виду одно и то же?

Когда я просмотрел разные переводы, библейские словари, комментарии и лексиконы из Вефильской библиотеки, причина стала очевидной. Практически, каждая открытая мною книга обнаруживала, что греческое слово «порнея» (в переводе Нового Мира переведенное словом «блуд») являлось очень широким термином и применялось ко ВСЕМ видам сексуальной безнравственности; поэтому многие переводы Библии переводят слово «порнея» как «безнравственность», «половая безнравственность», «аморальность», «неверность» и т. д.[62]. Справочные материалы ясно показали, что слово это применялось и для обозначения гомосексуальных отношений. Конечной точкой моих выводов стало заключение, что в самой Библии слово «порнея» употреблено в Иуды 7 для обозначения скандально известного гомосексуализма жителей Содома и Гоморры.

Я приготовил материал на 14 страницах, содержащий результаты исследования, и сделал копии для всех членов Руководящего совета. Я чувствовал себя весьма неуверенно, не зная, как это будет воспринято, и поэтому пошел к Фреду Френцу и объяснил, что сделал, выразив сомнение по поводу того, что к материалу отнесутся благожелательно. Он сказал: «Я не думаю, что будут какие — то сложности». Его ответ, хоть и краткий, прозвучал уверенно. Когда я поинтересовался, не хотел бы он взглянуть на то, что я нашел, он отказался и повторил, что, по его мнению, «не будет никаких проблем».

Я подумал, что ему уже было известно кое — что из обнаруженного в моем исследовании, но не знал, в течение какого времени. Поскольку он был главным переводчиком сделанного Обществом перевода Нового Мира, мне казалось, что ему, по крайней мере, небезызвестно истинное значение слова «порнея» («блуд») [63].