Иван Голушко - Танки оживали вновь

Глава IV. Плечом к плечу

Непредвиденное осложнение. - Заводская планерка. - На Металлическом. Бригада Ирины Булыгиной. - Командиры производства. - Все для фронта! - Рабочее место - передний край. - Испытание... водой.

Надо было доставить на 27-й ремонтный завод эвакуированные с пятачка танки и получить на заводе отремонтированные. Предполагали сначала подать железнодорожные платформы в район Манушкино. Однако ничего из этого не получилось. Крана не было, а без него танк невозможно было поставить на платформу. Кроме того, противник систематически обстреливал район погрузки. Остановились на сложном, но проверенном способе - буксировке. Путь от Невы до завода занимал трое суток. Больше 8-10 км в сутки пройти не удавалось. Первый рейс оказался особенно длительным, так как я точно не знал, где расположен этот завод. Слышал, что где-то возле мельницы имени Ленина. Добравшись до Ржевки, решил спросить, как попасть к этой мельнице.

Было раннее утро. На улицах - ни души. Отойдя метров пятьсот от тапка, встретил женщину. На пей была юбка, надетая поверх брюк, мужское пальто. На ногах - самодельные сапоги из одеяла, чем-то напоминающие унты.

Мой вопрос, казалось, ее удивил. Она внимательно посмотрела на меня, помолчала, потом тихо сказала:

- Пойдемте, я покажу.

Шли минут двадцать. Я видел, что женщине было нелегко. Она тяжело дышала, то и дело поправляя у рта повязку, вокруг которой клубился пар, часто оглядывалась, словно хотела убедиться, иду ли я за ней. За всю дорогу мы не произнесли ни слова.

Наконец женщина повернула к угловому дому, поднялась на крыльцо и скрылась за дверью. Я в недоумении постоял минуту-две, потом толкнул дверь и вошел в коридор. Меня тут же окружили женщины, одетые в военную форму. Та, которая привела меня, указала на меня пальцем:

- Это он. Спрашивал, где мельница Ленина.

Меня провели в другую комнату, у дверей которой стояла женщина с винтовкой. Здесь мне учинили настоящий допрос: откуда я, почему интересуюсь мельницей имени Ленина? Я объяснил, что эвакуирую подбитые танки на завод.

Зазвонил телефон. Женщина, будто ждала звонка, быстро сняла трубку.

- Слушаю... Да, я... Он здесь... Жду.

Не понимая, в чем дело, я спросил:

- Что все это значит?

- Вы посидите немного, скоро все выяснится, - ответила она.

Я понял, что спрашивать что-либо бесполезно. В тепло натопленной комнате разморило, и я не заметил, как уснул. Проснулся от ощутимого толчка. Открыл глаза и увидел, что передо мной стоят офицер и два солдата.

- Идемте! - скомандовал офицер.

- Куда? - спрашиваю я.

- Там увидите.

Я начал объяснять, что уйти не могу, потому что недалеко отсюда находятся мои подчиненные и ждут меня.

- Во всем разберемся, а сейчас пошли! - требовательно сказал офицер.

Шли долго. В вестибюле какого-то здания (я уже не помню, на какой улице) меня усадили на лавку возле часового.

Минут тридцать просидел, пока вызвали в кабинет. За столом сидел в накинутой на плечи шинели седой усатый военный с одной шпалой на петлице. Говорил он негромко. Прежде всего спросил, кто дал мне адрес мельницы имени Ленина и с какой целью я туда направляюсь, Я объяснил, что адрес мельницы дали в штабе батальона как ориентир, по которому я найду завод, куда буксирую подбитый танк на ремонт.

Начальник и офицер, который привел меня, переглянулись.

- Вы можете проверить, - добавил я. - Танк и люди у Ржевки.

- Хорошо, - ответил начальник. - Вы в другой комнате отдохните, а мы быстро все выясним.

Но пробыть в том доме пришлось долго. Ругал себя на чем свет стоит за то, что доверился первой встречной, которая, видимо, что-то наплела на меня, а теперь вот сижу здесь и не знаю, чем вся эта непонятная история кончится. А что думает обо мне экипаж - так и представить страшно.

Часа через два снова вызвали. В комнате кроме двух уже знакомых мне офицеров был и сержант Коротков, механик-водитель. Он с радостью кинулся мне навстречу.

Затем произошло объяснение. Начальник зачитал лежащий на столе рапорт, в котором говорилось, что команда МПВО задержала внушающего подозрение старшего лейтенанта, который пытался пробраться на мельницу имени Ленина с неизвестной целью.

- Вы, товарищ старший лейтенант, не обижайтесь. Мы здесь частенько вылавливаем ракетчиков, которые но ночам подают сигналы фашистским самолетам, указывая на заводы и склады. А мельница имени Ленина пока единственная в целости. Только она и дает для ленинградцев муку... Женщина, к которой вы обратились, заподозрила вас, ей показалось, что вы или ракетчик, или лазутчик. Вот и задержали вас...

Теперь-то наконец я понял, в какую историю попал. Начальник, как бы сглаживая неприятное впечатление, угостил нас кипятком и подробно рассказал, как проехать к заводу.

* * *

Лишь к вечеру попали на завод. У ворот нас встретил главный инженер завода А. Ф. Пехотин. Он откуда-то уже знал о случившемся и, успокаивая, сказал:

- Вот туда посмотрите, через улицу. Это и есть мельница имени Ленина.

Экипаж нашего танка как по команде повернулся, чтобы глянуть на мельницу, которую, кстати, мы видели, когда повернули с набережной Охты к заводу.

Танк по просьбе главного инженера сразу втянули в цех. Здание было сильно повреждено - в потолке зияли огромные дыры. Люди работали. Я насчитал четыре танка, стоящих на ремонте.

К нам подошли двое рабочих. Поздоровались и спросили, есть ли дефектная ведомость.

- Нет, - ответил я.

- Тогда придется самим разбираться. Помогите.

Мы, конечно, согласились.

К утру составили дефектную ведомость. На листке бумаги написали, что неисправно, что можно сделать своими силами, какие требуются запасные части. Главный инженер спросил, кто может из экипажа остаться для ремонта танка. Я ответил, что это экипаж танка-тягача, что всем нам приказано вернуться обратно, чтобы доставить остальные поврежденные танки.

Подъехал представитель ремонтного отдела бронетанкового управления фронта и передал главному инженеру указание Военного совета фронта снарядить группу ремонтников и на другой день направить ее в Дубровку. Казалось, что заводу ничего не стоит выделить группу рабочих. Однако, в чем я скоро убедился, на счету был каждый человек, и выделить группу было не так-то просто. Вопрос обсуждался на очередной заводской планерке, которые проводились ежедневно утром и вечером (перед сменами), а то и днем, если возникали какие-то экстренные и неотложные вопросы.

Вот на такую планерку и пригласил меня начальник завода инженер-полковник А. С. Хопров.

Планерка началась с уточнения, кто жив, здоров, прибыл или не прибыл на завод, как будет организовано питание смены, обогрев и медицинское обслуживание рабочих. Первым докладывал начальник цеха Н. И. Абрамов, он же временно исполнял обязанности секретаря парткома завода. Он сообщил, что за ночь с завода увезли шесть человек. Уточнений не требовалось. Все понимали, что он говорит о тех, кто умер.