Андрей Гетман - Танки идут на Берлин

При таких условиях, естественно, разведка корпуса должна была проявить всю свою энергию и изобретательность для обеспечения штаба необходимыми данными. И майор М. Г. Криволапов со своими подчиненными оказался на высоте этой задачи. Так, благодаря смелым действиям наших разведчиков мы вскоре после выхода к вражескому оборонительному рубежу на участке Кошелево — Буконтово уже имели сведения о том, что он обороняется сравнительно слабыми силами частей 161-й пехотной дивизии.

Это позволило принять решение с ходу атаковать противника, что в итоге привело к освобождению обоих населенных пунктов и стремительному выходу к Вазузе.

Как уже отмечено, наша разведка своевременно установила и подход крупных вражеских резервов. Эти данные подтвердили пленные, взятые в бою на подступах к Вазузе. Оказалось, что они принадлежали не только к уже известной нам 161-й пехотной, но также к передовым частям 5-й танковой и 253-й пехотной дивизий, прибывших — первая из Вязьмы, а вторая — из района Дорогобужа. Из опроса пленных выяснилось, что главные силы последних двух соединений выдвигаются из района железнодорожной станции Осуга, лежащей на полпути между Ржевом и Сычевкой. Таким образом, можно было ожидать их удара с запада на всем участке нашего наступления.

Итак, предстояли бои с явно превосходящими силами противника. Такой вывод можно было сделать на основании известных нам данных о составе немецких соединений. Так, танковые дивизии врага обычно насчитывали до 200 и более танков. Несколько забегая вперед, отмечу, что на этот раз соотношение сил в полосе наступления правого крыла Западного фронта, ставшее известным позднее, в целом было примерно равным, но на отдельных участках, в том числе и на нашем, оно действительно склонялось в пользу гитлеровцев. В частности, 5-я танковая дивизия противника имела в своем составе до 16 тыс. солдат и офицеров, т. е. вдвое больше, чем наш корпус. Танков у нее было 160, а у нас — 169, но при этом более трети последних составляли легкие танки Т-60[30] со слабой броней и 20-мм пушкой.

Соотношение сил по пехоте также было не в нашу пользу. Взаимодействовавшие здесь с нашим корпусом левофланговый полк 88-й стрелковой дивизии (31-я армия) и правофланговый полк 251-й стрелковой дивизии (20-я армия) уже понесли потери при прорыве обороны на р. Держе и в последующих боях. Противник же имел теперь в их полосе наступления не только потрепанные части 161-й пехотной дивизии, но и свежую 253-ю пехотную дивизию.

Командование фронта было немедленно поставлено обо всем этом в известность. В ответ нас информировали, что танковые и пехотные дивизии резерва группы армий «Центр» выдвигаются для контрудара и на других направлениях полосы наступления 31-й и 20-й армий. Одновременно фронт требовал отразить контрудар, после чего продолжать выполнение задачи на наступление в направлении Сычевки.

Стала очевидной неизбежность жестокого встречного сражения.

В сущности, оно уже началось боем с передовыми частями 5-й танковой и 253-й пехотной дивизий на подступах к Вазузе. И теперь для нас самое главное состояло в том, чтобы форсировать реку и захватить плацдарм на ее западном берегу до подхода главных сил противника. Ибо если ему удастся опередить нас, обстановка резко осложнится и захват плацдарма в лучшем случае будет осуществлен ценою тяжелых потерь.

Поэтому командиру 200-й танковой бригады полковнику И. Г. Москвину был отдан приказ во взаимодействии с частями 88-й и 251-й стрелковых дивизий с ходу атаковать противника и прорваться к Вазузе на стыке 31-й и 20-й армий. После короткой артиллерийской подготовки наши танки и подошедшие части 6-й мотострелковой бригады полковника А. Н. Комолова начали атаку. В коротком бою они разгромили противника и отбросили его за реку.

Мотострелковая бригада, как видим, подоспела вовремя. Однако все же отстали переправочные средства. А они сейчас были особенно нужны. Противник при отходе за реку взорвал за собой переправу. Что касается бродов, то они годились лишь для части сил корпуса. Танкам и артиллерии нужны были хотя бы мосты на ряжах — деревянных срубах, заполненных грузом камня или песка. Их и было решено навести.

Задачу эту успешно выполнили саперы приданного корпусу инженерного батальона с помощью воинов мотострелковых подразделений.

Вазуза оказалась довольно серьезной водной преградой. Ширина ее достигала 80–90 м, а глубина превышала 2 м. Бродов в полосе нашего наступления было мало, да и те затопило после дождей. Словом, наведение переправ в сложившихся условиях само по себе было делом нелегким. Но его к тому же резко осложняло противодействие противника. Его авиация не раз пыталась бомбить как боевые порядки корпуса, так и участки, где нами наводились переправы. Правда, это ей плохо удавалось отчасти благодаря нашей истребительной авиации, периодически появлявшейся над полем боя, а главным образом в результате меткого огня зенитчиков.

Тем не менее налеты вражеских самолетов замедляли наведение переправ. Еще более действенным в этом отношении был отчаянный минометный и пулеметно-автоматный обстрел, который вели гитлеровцы с западного берега, пытаясь помешать нашим саперам.

Но и он продолжался недолго и не успел причинить нам существенных потерь. Дело в том, что сразу же после выхода к Вазузе 6-й мотострелковой бригаде был отдан приказ переправлять личный состав на западный берег вплавь и на подручных средствах. Поэтому в то время, когда инженерный батальон, заготовив материал, приступил к наведению переправ, первые мотострелковые подразделения уже преодолели реку. Вступив в бой с противником, они оттеснили его от берега.

Исключительную самоотверженность проявили наши славные саперы. Стоя буквально по горло в воде и первое время под огнем противника, они бесстрашно делали свое дело.

6-я мотострелковая бригада успела переправить через Вазузу почти половину своего личного состава к тому времени, когда были готовы мосты на ряжах. По ним перешли на западный берег остальные ее силы, а затем и 200-я танковая бригада. Оба соединения с ходу повели наступление в направлении Гредякино, Щеколдино, Кортнево. Непосредственно за их боевыми порядками следовал штаб корпуса. Но едва мы продвинулись на 2–3 км, как встретились с противником.

Первый удар обрушился на передовой отряд 6-й мотострелковой бригады в составе 3-го батальона. На исходе дня он был атакован 28 вражескими танками с пехотой.

Завязался ожесточенный бой, в котором наши отважные воины нанесли поражение превосходящим силам гитлеровцев. Действуя из укрытий, истребители танков подпустили фашистов на расстояние выстрела и метким огнем противотанковых ружей подожгли и подбили 12 вражеских машин. А пулеметный взвод под командой лейтенанта А. Ф. Юрова отсек и полностью уничтожил до роты гитлеровцев.