Алексей Рыбин - Анархия в РФ: Первая полная история русского панка

Было полнолуние. Я пошел в лес и дико там напился. Один, в лесу, среди этого полнолуния. Просто кошмарно напился и даже не знаю, как вернулся домой. А наутро проснулся: лежу на полу, в сапогах, шубе и шапке. А рядом сидит мой котик Митя и с удивлением на меня смотрит — глаза в кучу.

8

«Ангедония»

(Альбом Янки Дягилевой. 1989 год)

Юлия Шерстобитова — знакомая Егора Летова

Я приехала в Омск на три дня раньше Янки и потом вместе с Егором встречала ее на вокзале. Она была в смешной маминой шубе из искусственного меха, и у нее были грустные глаза. Мы приехали к Егору и стали жить втроем. Это было довольно интересно.

По ночам, пока Егор спал, мы с Янкой сидели на кухне, читали друг другу свои стихи, варили пельмени и пили чай. Янка много курила, а я ее слушала. Мы вели исключительно ночной образ жизни и потом спали до обеда. Самое удивительное, что мама Егора воспринимала это нормально. Она даже писала нам записочки: «Девочки! Ешьте жаркое в горшочках…» Янку мама считала единственной подходящей партией для сына.

Впрочем, долго такая жизнь продолжаться не могла. Третий все-таки был лишний. Доходило до того, что Янку я просто ненавидела. А Егор, похоже, ненавидел нас обеих. Сохранить теплые отношения при таком совместном проживании было трудно. В конце концов мы так настроили против себя Егора, что он перестал с нами разговаривать.

Он считал, что мы за спиной говорим про него гадости, перемываем ему кости, выносим сор из избы. Так в общем-то и было… хотя Егор, как обычно, все преувеличивал. Кончилось тем, что Янка рыдала у него на плече и он нас простил. Мне он подарил плюшевого зайца, а ей — плюшевого мишку в знак примирения.

Сергей Фирсов — бывший директор «Гражданской Обороны»

История-то, в общем, понятная. Летов встретил Янку, проникся и сделал из нее как бы звезду. На свой лад, конечно, сделал, как умел. Два-три года, и она стала звездой. То есть она привыкла к определенной, очень интенсивной жизни. Она успела врасти в эту жизнь — и вдруг все кончилось. Пришел момент, когда ее все бросили.

Я не знаю, что именно произошло. Может быть, они разосрались. Может, еще что-то. Но в результате она осталась одна. Ведь, как теперь выясняется, никто из «оборонщиков» ее последние несколько месяцев вообще не видел. Она жила одна, и никого не было рядом. А раньше они непрерывно жили вместе, коммуной. Годами не расставались, вместе по городам ездили. А тут — совсем одна. И у нее не выдержала психика.

Валерий Рожков — новосибирский музыкант

Нюрыч мне докладывала:

— Блин! Я к ней домой захожу, а она сидит, свечи зажгла, воркует.

— И что?

— Поминки по себе справляет!

— Ебнулась, что ли? Какие поминки?

Нюрыч ее спрашивала, что случилось, а Янка отвечала, что он ее не любит.

Плюс, конечно, наркотики. Добрый Егорка научил всему, что знал сам. А наркотики нужно употреблять, когда у тебя все хорошо. А в тяжелый период жизни употреблять нельзя, еще хуже станет.

Мужики все проще переживали. Тот же Коля Рок-н-Ролл: с утра водяры залил — и все нормально. Ему после спецпсихушки вообще ничего не страшно. Не повесится и не утопится. А она была всего лишь девушкой из Академгородка с ангельским голосочком. Несмотря на весь свой мат, несмотря на мужа-Летова, она воспринималась как барышня, закончившая Смольный.

Если наркотиками пытаться заглушить свои проблемы, ты получишь суицид. Как, кстати, вышло у скрипача, пианиста и аранжировщика группы «Идея Фикс». Аккурат 22 июня залез в петлю.

Анатолий Соколков (Начальник) — петербургский промоутер

Период, когда их отношения резко испортились, был очень сложным. И для Янки, и для людей, которые были рядом с ней. Отношения с Егором стали действительно тяжелыми. Когда она была близко, он гнал ее от себя. А стоило ей оторваться, опять тянул к себе. И это постоянное качание — большой надлом для психики.

Из Новосибирска и Омска она приезжала очень погашенная. Самостоятельно делать он ей ничего не давал, а делать что-то с ним вместе у нее больше не получалось. Тупиковая ситуация. Очень плохо тогда все было.

Они жили в Омске, а потом он ее просто выгнал. Она приехала в Петербург и говорит:

— Ребята, я просто не знаю, что делать.

Фирик говорит:

— Давай мы тебе соберем команду! Начнем репетировать, будешь выступать. Какие проблемы?

Начали этим заниматься, ровно через две недели звонок. Летов такие истерики по телефону устраивал — Серега трубку брать боялся! И она уехала обратно.

Так было постоянно — ни себе ни людям.

Олег Древаль — киевский приятель Егора Летова

Из него перло такое серое, жижистое и агрессивное. Он знает, КАК писать, он знает, ЧТО писать, у НЕГО дома аппарат. Это — концепция. Кто не понимает, идет гулять. Кто не согласен, тоже идет гулять.

Раньше его агрессия была направлена вовне. А на этом этапе она уже перешла внутрь тусовки. Всем были розданы ярлыки, и Янка попадала в жесткую зависимость. Прежде их отношения были романтические. Егор рассказывал: «Мы с Янкой легли в постель. Ну, я лежу. И в самый разгар вдруг ей говорю:

— Слушай, а питерская команда АВИА — ой какая классная!

А Янка обиделась, отстранилась от меня и к стене отвернулась…» Теперь все это вошло в фазу: я сейчас тебе скажу, как надо, и ты это сделаешь!

Из интервью Егора Летова (1991 год)

— А ты не боишься, что надо всем, что ты пытаешься донести, люди станут просто смеяться?

— Да пусть посмеются! Я-то знаю, что за этим смехом и издевательствами скрывается страх! Они ведь боятся! Боятся до патологии. На самом деле они все понимают. И им не смешно. Им страшно. И до рвоты завидно. Ни один католик не позволит себе быть Христом. А я вот открыто заявляю, что внутренне я — как возносящийся Христос на картине Грюневальда!

— Даже так?

— Даже и не так! Я тебе прямо заявляю: все, что я здесь сейчас тебе говорю, это есть не более и не менее, как пятое и единственное верное и священное Евангелие! Да и вообще — Книга Бытия Всех Времен и Народов! Себя же я причисляю к лику святых. Как поется в песне Кузи Уо: и отныне вам жить подобает по образу и подобию моему! Позволяю себе все. Нету ничего, что я не могу себе позволить: от Вечного и святейшего бытия до сырого и кислого небытия. Только от меня самого зависит, кем тебе быть…

Алексей Коблов — рок-н-ролльный журналист