Евгений Цымбал - "Я ничего другого не умею"

В ЮНОСТИ Юра был романтичным и влюбчивым, отчего часто сам и страдал.

ЮРА с товарищами на раскопках в Тучково. Из экспедиции Юрий привез домой череп, который пригодился его сестре Рите, учившейся на стоматолога.

СТУДЕНТ Художественно-промышленного училища имени М. И. Калинина Юра Богатырев на этюдах.

Дома были привычные занятия — обучение игре на фортепиано, самодеятельность, заниматься которой его поощряла мама, пение и рисование. Его артистизм проявлялся все ярче, но Юрий все же решил стать художником. В 1964 году, окончив восемь классов, он поступил в Художественно-промышленное училище имени Калинина, чтобы стать художником по коврам. Успешно отучившись год, Юра поехал в археологическую экспедицию в Подмосковье. Неподалеку от легендарного Тучкова, прославленного в войну 1812 года, археологи раскапывали древние курганы, и им требовался человек, умеющий аккуратно и точно зарисовывать раскоп и найденные в нем предметы.

Рядом находился летний лагерь Московского дворца пионеров. Там кипела бурная жизнь. Среди множества кружков и секций был и кукольный театр. Юра вновь загорелся интересом к куклам и попросил принять его в студию. Его первым театральным наставником стал Владимир Михайлович Штейн, замечательный режиссер и педагог, который преподал Юрию уроки сценического движения, культуры речи, умение читать стихи и прозу. Юра увлеченно мастерил куклы, репетировал и уже через несколько месяцев стал одним из ведущих актеров детского кукольного театра «Глобус». Это была настоящая творческая школа. Юные актеры посещали театры, кино, музеи, вечера в легендарном Доме актера ВТО. Они и сами выступали на столичных сценах: в Центральном Доме работников искусств, Дворце культуры МГУ, Телевизионном театре. Однажды даже съездили на гастроли в Прибалтику, и Юра с радостью побывал в Риге и родном Балдарае. В этих занятиях прошел еще один год. Юра сделал окончательный выбор в пользу артистической карьеры.

Он забрал документы из художественного училища, полгода проучился в вечерней школе, чтобы получить аттестат зрелости, и в 1967 году поступил в Щукинское училище. В «Щуке» его наставником стал известный актер и педагог Юрий Васильевич Катин-Ярцев. Это были годы расцвета Щукинского училища. В середине 60-х там обучались Никита Михалков, Александр Кайдановский, Леонид Филатов, Владимир Качан, Константин Райкин. Леонид Филатов так отзывался о Юре: «Он и раньше был эрудитом-книгочеем, очень много знал того, чего обычно не знают студенты. А во время учебы он постоянно пополнял свой интеллектуальный багаж. К тому же он был завсегдатаем кинотеатра „Иллюзион“ (что требовало достаточного мужества — в те годы туда было очень непросто попасть), писал дневники… Словом, весьма разносторонняя личность…»

МЕЖДУ ЛЕКЦИЯМИ Юрий часто устраивал концерты. Его любимой песней была «Конфетки-бараночки», авторов которой он долго, но, как и многие, безуспешно пытался установить.

«ВКУСЫ ВСЕГО НАШЕГО КУРСА были подстроены под Юру, — вспоминает Наталья Варлей. — Мы старались говорить как он, шутить как он. Но немножко над ним и подтрунивали».

В годы учебы Юра по приглашению Кости Райкина полтора года жил в квартире великого актера Аркадия Исааковича Райкина, потом примерно столько же времени — у художника и сценариста Александра Адабашьяна. «Юра, — вспоминал Адабашьян, — был человеком далеко не глупым, образованным, начитанным, что, в общем, в театральной среде вещь не очень частая. Он регулярно и очень много занимался. Читал книги — и из нашей библиотеки, и из своей (у его родителей в Красногорске было очень неплохое собрание книг). Часть из них он таскал с собой по всем квартирам, где он жил. Причем у него были очень хорошие, дорогие книги по искусству. Он тратил много денег именно на это. Книги и альбомы доставляли ему огромное удовольствие. И он очень много их дарил».

Еще в училище он начал сниматься в кино. «На самостоятельные курсовые и дипломные работы студентов, — рассказывал Богатырев, — всегда приходили бывшие студенты. Помню, мы играли тогда пьесу-мистификацию Леонида Филатова, который учился на два курса старше. После просмотра пришел за кулисы Никита Михалков и сказал: „Старик, нам надо с тобой работать“ (он еще был студентом режиссерского факультета ВГИКа). Сказал — и слово свое сдержал. В 1969 году Никита начал снимать свой дипломный фильм „Спокойный день в конце войны“ по сценарию Ибрагимбекова и пригласил меня на небольшую роль».

ПЕРВАЯ РОЛЬ Богатырева в кино — в дипломном фильме Никиты Михалкова «Спокойный день в конце войны» он сыграл безымянного немца. 1970 год.

СПЕКТАКЛЬ «ВАЛЕНТИН И ВАЛЕНТИНА» стал сенсацией. Богатырев играл юношу, борющегося за свою любовь. 1971 год.

ОБРАЗ МАРТИНА ИДЕНА оказался очень близок Богатыреву. 1976 год.

В 1971 году, после окончания Щукинского училища, Юру взяли в «Современник». В театре его актерская судьба поначалу складывалась не очень успешно. Он долго не получал серьезных ролей и ужасно переживал по этому поводу. Со временем дело наладилось, он стал много играть, его лучшими ролями стали герцог Орсино в «Двенадцатой ночи» по Шекспиру и Марк в пьесе Виктора Розова «Вечно живые». У Юрия появились свои благодарные зрители, преданные поклонницы, которые были в восторге от него. Богатырев был очень этому рад, но в то же время и опасался этого: «Зритель, полюбив артиста за какую-то удачно сыгранную роль, хочет вновь и вновь видеть своего любимца в том же амплуа и характере. И все же артист не должен опускаться до уровня массового спроса».

В ОТЛИЧИЕ ОТ ТЕАТРА, где спонтанность необходима, в кино Юрий готовился к каждому дублю: фильм выйдет — ничего не исправишь, считал он.

Попав в «Современник», Юра перестал наконец скитаться по чужим углам — театр выделил ему комнату в театральном общежитии между Библиотекой имени Ленина и Кремлем. Все думали, что он вот-вот женится. Женщины всегда обращали на него внимание. Еще в студенческие годы у него возникли дружеские отношения с искусствоведом Надеждой Целиковской. Она первой из театральных критиков увидела подлинный масштаб его таланта. Надежда давала ему добрые советы, была мила, умна, по-настоящему интеллигентна. Их дружба переросла в прочную привязанность. Но в их отношениях возникли подводные камни. Надежда была убеждена, что Юрию предстоит блестящая театральная карьера, и считала себя ответственной за его театральные достижения. Она не любила кино — была убеждена, что киноэкспедиции, частые отлучки из театра портят актеров, не дают возможности серьезно относиться к репетициям, прививают легкомысленное и поверхностное отношение к профессии. Он же в это время получал интереснейшие предложения именно в кино, тогда как театральные работы по большей части совершенно его не удовлетворяли. В результате — они расстались, хотя их отношения остались дружескими.