Омар Брэдли - Записки солдата

На рассвете 24 марта основные силы четырех дивизий высадились на восточном берегу Рейна и ускоренными темпами расширяли свои плацдармы. В 10 час. утра началась выброска десанта. Первая группа транспортных самолетов перелетела через Рейн, прокладывая себе путь среди черных клубов разрывов снарядов, которыми немецкие зенитки усеяли все небо. В это утро я вылетел на командный пункт Ходжеса, и нам пришлось кружить в воздухе, пока мимо нашего самолета не пронеслась длинная вереница самолетов "С-47" и несколько пузатых "С-46". За три часа 1700 самолетов и 1300 планеров высадили 14 тыс. человек из состава английской 6-й и американской 17-й воздушно-десантных дивизий за линиями противника в полосе наступления Демпси. При проведении этого дневного десантирования союзники понесли значительно меньше потерь, чем в любой другой воздушно-десантной операции за все время войны. Огнем противника было уничтожено менее 4 процентов планеров. К исходу дня мы не досчитались только 55 самолетов.

Еще несколько месяцев тому назад, изучая проблему форсирования Рейна, я предвидел, что в том случае, если противник получит достаточно времени для подготовки обороны на восточном берегу, нам потребуются воздушно-десантные войска для занятия плацдарма. Но мы так успешно разгромили немцев к западу от Рейна, что на восточный берег удалось уйти только немногим частям, потерявшим боеспособность.

В результате сокрушительного разгрома противника к западу от Рейна его сопротивление на восточном берегу было дезорганизовано и боевой дух немцев подорван. Если бы Монти форсировал реку с хода, как это сделал Паттон, он мог бы обойтись без тех усилий, которые ему потребовалось затратить для того, чтобы осуществить свое широко разрекламированное форсирование. Четырнадцать дней подготовки к форсированию позволили противнику окопаться на правом берегу и подтянуть артиллерию. Если бы не было нашего предмостного укрепления у Ремагена, которое отвлекло значительные силы противника, немцы могли бы создать в полосе действий Монтгомери сильную оборону, и без воздушно-десантных войск форсирование стало бы невозможным.

Когда Паттон ринулся со своего плацдарма в направлении на Франкфурт, а Монтгомери объединил разрозненные плацдармы вместе, перед тем как начать наступление севернее Рура, я отменил приказ, который в течение двух недель сковывал действия Ходжеса на предмостном укреплении у Ремагена (схема 50). Расширяя, согласно моему приказу, свой плацдарм примерно на один километр в сутки, Ходжес собрал все три корпуса 1-й армии на 56-километровой полосе вдоль берега реки, полосе, которая постепенно вытягивалась вправо и влево от каменных быков разрушенного моста Людендорфа. На прошлой неделе корреспонденты спросили у меня, чем объясняется наша "робость", почему мы не решаемся броситься из Ремагена вперед и "раньше русских оказаться в Берлине".Ученые мужи в Лондоне снова подняли шум, обвиняя нас в том, что мы все еще не усвоили уроков молниеносной войны. Не желая раскрывать наши планы, я успокоил критиков заверением, что мы можем нанести удар из Ремагена и сделаем это, как только настанет благоприятный момент.

План прорыва в районе Ремагена продолжал оставаться черновым наброском, который мы составили три месяца тому назад, когда Ходжес, ликвидировав арденнский выступ, начал наступление на Бонн. В то время мы предполагали, что 1-я армия повернет на юго-восток и соединится с 3-й армией после того, как последняя форсирует Рейн. Как только Паттон переправился бы через Рейн, он должен был повернуть и форсировать реку Майн. Соединившись, обе армии охватывали Рур с юга, затягивая вокруг него петлю, двигаясь навстречу 3-й армии, наступающей с севера (схема 50).

Теперь, когда Ходжес создал южнее Бонна предмостное укрепление у Ремагена, он должен был придерживаться этого первоначального плана. Сначала ему предстояло двинуть свои танки вниз по автостраде, идущей на Франкфурт. У Лимбурга он должен был повернуть на восток и двигаться по долине реки Лан до Гисена, где его войска соединялись с Паттоном, наступавшим от Майна.

Затем 1-я и 3-я армии должны были наступать двумя параллельными колоннами - Ходжес слева, а Паттон справа - по широкому коридору Веттерау на соединение с Симпсоном. После соединения армии Ходжеса и Симпсона приступали к ликвидации немецких войск, попавших в окружение, а Паттон поворачивал свою армию на восток и готовился наступать навстречу русским.

Коллинс, занимавший позиции в левом углу ремагенского плацдарма, предложил новый план наступления в совершенно противоположном направлении. Он предлагал не окружать Рур, а качать наступление на север по правому берегу Рейна, чтобы соединиться с войсками Монтгомери. Как раз этого и ожидал от нас противник, и, предвидя, что мы будем наступать на север, он создал оборону на реке Зиг в том месте, где она преграждала нам путь. Когда 26 марта Ходжес нанес удар, но не на север, а на юго-восток, он совершенно вывел противника из равновесия.

К вечеру 26 марта 1-я армия устремилась вниз по автостраде к Лимбургу, пока Паттон вел упорные бои на своем небольшом плацдарме севернее Майна, ставшем ареной кровавой борьбы. Когда начальник оперативного отдела спросил меня по телефону, поворачивать ли колонну Ходжеса с автострады на Гисен, я дал указание двинуть часть сил вниз по дороге в направлении на Висбаден. Я рассчитывал, что там они смогут помочь 3-й армии переправиться через Майн и в то же время возьмут в кольцо противника между Майном и Рейном.

- Будет хорошо, если 1-я армия выручит из беды 3-ю, - сказал я. - Ребята Паттона стали уж чересчур заносчивы.

Я преследовал и другую цель проведением этого маневра. Я полагал, что 9-я бронетанковая дивизия, совершив бросок на юг, отрежет Висбаден и позволит нам овладеть этим городом без боя. Еще в Англии, когда Торсон предавался воспоминаниям о том, как в Первую мировую войну он бывал в Висбадене, в то время оккупированном французами, мы рассматривали этот город как самое удобное место для нашего командного пункта. И только когда наши головные части ворвались в город, нам стало ясно, что авиация опередила нас на три месяца. Бомбардировками с воздуха были разрушены до основания прекрасные отели города и поврежден его замечательный Курхаус.

* * *

Предвидя наше наступление западнее Рейна, штаб Бреретона обратился ко мне с просьбой поддержать их план выброски воздушного десанта в районе Касселя, юго-восточнее Падерборна, где мы должны были соединиться с Симпсоном. Бригадный генерал Флойд Парке, начальник штаба 1-й союзной воздушно-десантной армии, предложил наметить 20 апреля в качестве ориентировочной даты выброски десанта.