Павел Анненков - Литературные воспоминания

Книга Леру (1797–1871), о которой упоминает здесь Анненков, появилась в 1840 г. Сен-симонист и республиканец в начале своего поприща, Пьер Леру снискал известность в России в сороковые годы особенно как издатель „Новой энциклопедии“ и редактор передового радикального журнала „Revue independante“ („Независимое обозрение“), развернувшего критику буржуазного общества, религиозных систем и эклектической философии, в частности Кузена. Упоминания о Пьере Леру (Петре Рыжем) неоднократно встречаются в переписке Белинского и Герцена сороковых годов. Однако, отдавая должное Пьеру Леру, они вместе с тем хорошо видели буржуазную ограниченность этого мыслителя и его теоретическую слабость в области философии (см., например, упоминания Белинского о Леру в письмах к В. П. Боткину от 23 ноября 1842 г. и от 17 февраля 1847 т. — Белинский, т. XII, стр. 117 и 330; Герцена — в „Рассказах о временах меровингских“ — Герцен, Т. II, стр. 8).

[156] Блан Луи (1811–1882) — один из деятелей французской революции 1848 г., буржуазный демократ, „социалист-доктринер“. исходивший из идеи „примирения“ и „сотрудничества“ классов, якобы осуществимых при условии введения придуманной им „организации труда“. Однако Луи Блан был известен в передовых кругах России в сороковые годы не трактатом „Организация труда“ (1840), а своей „Историей десяти лет. 1830–1840“ (1841–1844), содержавшей обличения Июльской монархии. Недаром Белинский называл этот труд Луи Блана „памфлетом“, а Герцен отзывался о нем как о „чрезвычайно замечательном явлении по взгляду, по изложению и по ревеляциям“, то есть разоблачениям (Герцен, т. II, стр. 284).

[157] Анненков имеет здесь в виду распространение идей утопического социализма на русской почве, вылившееся к 1845 году в организацию нелегального кружка („особенная школа“, по выражению Анненкова) во главе с М. В. Буташевичем-Петрашевским.

[158] Белинский изучал многотомный труд Луи-Адольфа Тьера „Histoire de la revolution francaise depuis 1789 jusqn'au 18 brumaire“ („История французской революции с 1789 года по 18 брюмера“). И. И. Панаев переводил для него „целые тетрадки“ о французской революции из трудов Минье, Бюше и Ру (см. И. И. Панаев, Литературные воспоминания, Гослитиздат, 1950, стр. 242–243). „Я читаю Тьера… — писал Белинский В. Боткину 8 сентября 1841 г. — Новый мир открылся предо мною. Я все думал, что понимаю революцию — вздор — только начинаю понимать. Лучшего люди ничего не сделают“. В этом же письме Белинский высказывает свои социалистические убеждения. В отличие от многих французских социалистов-утопистов социалистическое переустройство общества он не мыслит в это время без революционного переворота. (см. Белинский, т. XII, стр. 72, 66, 71). Этого не может ни понять, ни принять в Белинском либерал Анненков, хотя и пишет о недовольстве Белинского предлагаемыми решениями, глубоком интересе его к участию в революции народных масс и т. д.

[159] Имеется в виду книга Луи Блана „Histoire des dix ans“ („История десяти лет“), появлявшаяся частями в 1841–1844 гг. Белинский познакомился с первой частью ее в начале 1843 г. (см. Белинский, т. XII, стр. 154). В дальнейшем Белинский понял буржуазную ограниченность Луи Блана (см., например, его письма к В. П. Боткину от 6 февраля 1847 г., от 7/19 июля 1847 г., от 2–6 декабря 1847 г. — Белинский, т. XII. стр. 323. 385. 449).

[160] Анненков полемизирует здесь с мнением, которое в свое время не раз высказывали Герцен, Чернышевский, Добролюбов. Например, Герцен, имея в виду „плебейский“ склад Белинского, писал в 1851 r.: „Белинский был совершенно свободен от влияний, которым мы поддаемся… Для него истины, выводы были не абстракциями, не игрой ума, а вопросами жизни и смерти“ (Герцен, т. VII, стр. 236). Анненков почти повторяет слова Герцена, но вульгаризирует его мысль, сводя дело к „демократической натуре“. Однако мнение, которое опровергает здесь Анненков, получило подтверждение в последующих историко-литературных изысканиях, опровергнувших легенду о „единстве“ демократов и либералов в сороковые годы, якобы стоявших на одной и той же либерально-западнической платформе.

[161] Вернувшись из-за границы в Петербург в ноябре 1843 г. и направляясь, очевидно, в Симбирск, Анненков был в начале декабря 1843 г. в Москве (см. Герцен, т. II, стр. 318), где и познакомился с Герценом в это время, а не осенью.

[162] Темой лекции Грановского была средневековая история Франции и Англии, (Прим. П. В. Анненкова.)

[163] Грановский приступил к чтению публичных лекций в конце ноября 1843 г. и закончил курс 22 апреля 1844 г. В этот же день в доме С. Т. Аксакова состоялся „дружеский“ обед, о котором говорит здесь Анненков (описание обеда см. в „Литературных воспоминаниях“ И. И. Панаева, Гослитиздат, 1950, стр. 203–205). Мысль о возможности примирения со славянофилами разделял в это время и Герцен, обвиняя Белинского в „крайностях“, хотя и понимал: „Неблагородство славянофилов „Москвитянина“ велико, они добровольные помощники жандармов“ (Герцен, т. II, стр. 319). Когда весть о мнимом примирении „московских друзей“ со славянофилами дошла до Белинского, он заметил, по свидетельству Панаева. „Какое это примирение? И неужели Грановский серьезно верит в него? Быть не может!..“ (И. И. Панаев, Литературные воспоминания, стр. 206).

[164] Veuillot Луи (1813–1883) — французский реакционный публицист, представитель католической партии. „Рёге Duchene“ („Отец Дюшен“) — газета, выходившая во время Великой французской буржуазной революции и отличавшаяся резкостью тона, крайней прямолинейностью выводов.

[165] Статья, или „юмористическое письмо“, Герцена „Москва и Петербург“ написана, по его собственному свидетельству, в Новгороде в 1842 г. В свое время не была напечатана в России по цензурным условиям и ходила по рукам. Впервые напечатана во 2-м листе „Колокола“ рт 1 августа 1857 г. с небольшим предисловием (см. Герцен, т. II. стр. 33–42).

[166] Анненков имеет в виду крестьянскую реформу 1861 г. и судебную реформу 1864 г. Если первая была проведена крепостниками с наибольшим сохранением остатков крепостничества, то вторая являлась наиболее буржуазной из реформ шестидесятых годов. Гражданский суд перестраивался по образцу западноевропейского буржуазного суда, c гласностью следствия и судебного разбирательства, с привлечением присяжных заседателей, адвокатуры и т. д.

[167] Портрет Герцена, нарисованный здесь Анненковым, тенденциозен. Само собой разумеется, что раздражение, каким проникнута вся характеристика, вызывалось у Анненкова не „абстрактным либерализмом“ Герцена, а его решительным переходом на позиции революционной демократии и его борьбой с бывшими „друзьями“, то есть русскими либералами. Это и именует здесь Анненков „готовностью попрать все связи и воспоминания, все старые симпатии“. „Стояние на карауле… при всякой частной и национальной склонности“ — выступление Герцена в защиту польского восстания 1863 г., окончательно оборвавшее его многолетние дружеские связи с бывшими приятелями из либералов, в том числе и с Анненковым (см. последнее из дошедших до нас писем Герцена к Анненкову от 6 августа 1864 г. — „Звенья“, 1934, стр. 424).