Сборник - Первопроходцы

Вот что пишет знаменитый историк С.М. Соловьев в связи с этими событиями: "Старику стало очень тяжело: другие идут быстро вперед… а старый служака забыт в опале! Не он ли умножил казну несколькими сотнями тысяч, нашел руды медные и железные, устроил 4 завода, которые кроме удовлетворения государственным потребностям, отправляют свои произведения за море, устроил китайский торг, нашел селитру и в два с половиной года изготовил больше 600 пушек, улучшил порох, устроил математическую школу? И за все это вместо награды наложили на него взыскание в 13 000 рублей. Чтобы заплатить эту сумму, должен был один двор продать, другой заложить, деньги занять; опозорен, обнищал и, наконец, 65-летнего старика послали в Гродно, где делит год в тяжких трудах".

В довершение всего на Гродно нападают шведы, и Виниус вынужден искать себе убежище в Пруссии, а затем в Голландии. Но у себя на родине он уже никому не был нужен. С трудом удалось выпросить у Петра разрешение вернуться назад в Россию. Но тщетны были надежды вернуть себе доверие царя. Вскоре, опозоренный и разоренный, Виниус умер.

Его преемники в Сибирском приказе уже не нуждались в услугах Семена Ремезова. Но тот, несмотря на преклонный возраст, продолжал трудиться в Тобольске. Он строил Гостиный двор. Законченное в 1706 году сооружение получилось внушительным. Вот как описывает его историк сибирской архитектуры В.И. Кочедамов.

"Гостиный двор, окруженный мощными стенами с башнями на углах, был надежно защищен от врагов и огня. Внутрь двора вели двое ворот с часовней над западными и таможней над восточными. С южной и северной стороны двор имел двухъярусную аркаду, за которой располагались лавки — 30 в верхнем и 35 в нижнем этажах, а под ними склады. На галерею вели наружные открытые лестницы. Крепостной облик гостиному двору придавали башни с машикулями[2] и маленькие окна, прорезавшие гладь стены. Гостиный двор в несколько искаженном виде дошел до нашего времени".

Три года спустя после окончания строительства Гостиного двора до тобольских властей дошли тревожные слухи, что со стороны Башкирии и Казахстана готовится нападение "немирных людей". Срочно было решено в нижнем посаде возвести оборонительный земляной вал, подобный тому, который был создан в 1707–1708 годах при укреплении Московского Кремля и Китай-города. Строить его поручили Семену Ремезову. В 1709 году Ремезов начал составлять подробный план тобольского "подола", нижнего посада, с тем чтобы по нему определить, где потом потребуется насыпать "земленой город с башнями и рвом по московскому образцу". Но земляной вал так и не пришлось строить. После Полтавской победы южные недруги России, прослышав о новых русских ратных успехах, уже не решились вторгаться в Западную Сибирь. С тех самых пор уже более никто никогда не помышлял о нападении на Тобольск. На все последующие века он стая городом, находящимся в глубоком тылу — настолько стараниями русских землепроходцев расширились пределы России.

ПОСЛЕДНИЕ ПОРУЧЕНИЯ РЕМЕЗОВА

В 1710 году Семен Ремезов снова принял участие в переписи населения города Тобольска. В то же время ему самому пришлось давать о себе сведения другим переписчикам.

Советский историк Л.А. Гольденберг, один из виднейших исследователей жизни и творчества Ремезова, в переписной книге города Тобольска 1710 года обнаружил следующую любопытную запись:

"Двор купленой сына боярского Семена Ульянова сына Ремезова.

Иконник сказал о себе шестьдесят семь лет, у него жена Ефимья, Митрофанова дочь — пятидесяти пяти лет, сын Леонтей тритцати трех лет, сын боярской же, у него — жена Варвара Васильева, дочь тритцати лет, У него, Леонтья, дети: Алексей семи, Леонтей пяти лет, Федор году.

У него ж, Семена, сын Семен, сын боярской же, дватцати семи лет, у него жена Ульяна, Григорьева дочь, дватцати пяти лет, сын Никифор полугоду.

У него ж, Семена, дети: Иван, сын боярской же, дватцати шти лет, а ныне он в сибирских низовых городех, Петр, четырнатцати лет, дочь Марья, девка дватцати лет.

У него ж, Семена, приданая женка остяцкой породы Анна Ивановна, тритцати лет, у ней дочь Ирина — году.

Государева жалованья им: Семену денег одиннатцать рублев, хлеба ржи пять четвертей с осьминою и з двумя четверики, овса тож число, соли три пуда, а детям его, Леонтью, Семену, Ивану, денег по семи рублев, хлеба ржи по четыре четверти, овса тож число, соли по два пуда, человеку…"

Удалось выяснить даже местоположение двора Семена Ремезова: на Мостовой Знаменской улице между Соболевым и Кузнецовым переулками.

Два года спустя Ремезов проводил перепись в Тюменском уезде: составлял списки жителей, их возраст, родственные отношения, проверял размеры дворов и пахоты, уточнял размеры податей, устанавливал — кто и каким промыслом занимается. Занятие оказалось неблагодарным — позже он жаловался: "за тем переписным делом был целый год во всякой скудости без жалования".

Перепись преследовала фискальные цели: Северная война продолжалась, и правительству необходимо было выявить новые объекты обложения и новых налогоплательщиков.

Для пополнения армии требовались новобранцы, а сибиряки и уральцы уже и тогда считались особо стойкими солдатами. В начале 1713 года Ремезов был послан за новыми рекрутами. Набрал 415 человек. Об успехе его миссии свидетельствует обнаруженная в архивах его челобитная, в которой он обращается к царю: "Державнейший царь государь милостивший! В нынешнем 713 году февраля в 8 день по указу вашего величества посылай был я, раб ваш, за рекрутами на Тобол в три слободы и до Тюмени тех рекрут отправил и в Московскую посылку отдал с рук вцелости…"

Были и другие поручения у старого заслуженного умельца. Сибирский губернатор князь М.П. Гагарин жил в Тобольске на весьма широкую ногу. В начале 1713 года ему пришло в голову воспользоваться услугами семьи Ремезовых для украшения губернаторского дома. 12 марта он распорядился выдать Семену Ульяновичу 20 рублей на приобретение красок. Старик с сыновьями принялся за дело. Уже к 3 июня были готовы картины — целых 18 полотен. Заказ удалось выполнить так быстро только потому, что у Ремезовых было немало помощников. В челобитной с просьбой заплатить за произведенные работы перечисляются три группы "живописцев": первые, "которые малюют наготово", вторые — "которые подмалевывают" и третьи — "которые краски трут". Сам Семен Ремезов-старший тогда же сообщал, что он "с сыном своим и племянником" на государевом дворе "живописным письмом писал картины", в том числе "парсуны", то есть портреты. К сожалению, все эти картины не дошли до наших дней. Несколько лет спустя за расхищение государственной казны, взяточничество и прочие преступления М.П. Гагарин был казнен, а богатства, собранные нечистоплотным губернатором, конфискованы. Куда были переданы картины Ремезовых, осталось неизвестным.