Юрий Безелянский - Кинозвезды. Плата за успех

Ознакомительный фрагмент

Она выступала в одном из театров, которым руководил знаменитый режиссер Макс Рейнхардт. Но, по ее воспоминаниям, Макс ни разу даже не удостоил ее взглядом. Так что, удача прилетела не со сцены, а вспорхнула с экрана. До своего знаменитого дебюта в «Голубом ангеле» Марлен снялась в десятке картин-поделок во второстепенных ролях («Маленький Наполеон», 1923; «Мужчина в пути», 1923; «Прыжок в жизнь», 1924; «Мадам не хочет детей», 1926; «Дюбари сегодня», 1927; «Женщина, о которой тоскуют», 1929 и т. д.). Но это были все кино-однодневки.

Удача и взлет были связаны с приехавшим в Германию из Голливуда режиссером Джозефом фон Штернбергом. Внешне мало чем примечательный, толстый и неказистый, он обладал настоящим талантом, виртуозно владел звуком и светом. Он приехал в Германию ставить первый полнометражный звуковой фильм.

«Голубой ангел»

Для фильма Штернберг выбрал рассказ Генриха Манна, в котором обыкновенный учитель влюбляется в певичку кабаре. Главную роль должен был играть, и тут разногласий ни у кого не возникало, знаменитый актер Эмиль Яннингс, а вот с певичкой Лолой-Лолой возникли трудности: кому доверить роль? Джозеф фон Штернберг бросил всех своих помощников на поиски «немки с ногами подлиннее». В конце концов на роль утвердили Марлен. Свои возможности она оценивала весьма скромно: «Я была одной из многочисленных, ничем не примечательных актрис в Берлине». Но режиссер «Голубого ангела» — что-то в ней увидел особенное. О, эта изумительная интуиция режиссера! Фон Штернберг увидел ее. Открыл. Слепил и сделал знаменитой. Старая и вечно новая история про Пигмалиона и Галатею. Благодаря гриму и свету в кадре фон Штернберг сделал из обычной хорошенькой актрисы настоящую богиню, воплощение женственности, красоты и порока. А исполняемый ею шлягер «Я с головы до ног предназначена для любви» волновал и будоражил буквально всех.

В своих воспоминаниях Джозеф фон Штернберг так писал о Марлен:

«У нее случались депрессии, но это компенсировалось периодами невероятной живости. Ее невозможно было утомить; она утомляла других своим энтузиазмом, который мало кто разделял. Иногда невыносимая из-за свойственных ей суеверий, она уравновешивала это редким чувством здравого смысла, почти мудростью. Театр был у нее в крови, не было ни одного театрального бездельника, которого бы она не знала. Она читала Гамсуна, Гуго фон Гофмансталя и Гёльдерлина, преклонялась перед Рильке и знала наизусть Эриха Кёстнера. Несмотря на меланхоличность, она хорошо одевалась и считала себя красивой, хотя до тех пор, пока я это не искоренил, выглядела на фотографиях пародией на женщину…»

Эту «пародию» Пигмалион превратил в Божество. И отчасти это чувствовала и сама Марлен: недаром на одном из подаренных режиссеру своих снимков написала «Я без тебя — ничто». Их связывали не только творческие, но и… естественно, любовные отношения. И когда на фон Штернберга покусилась Лени Рифеншталь, другая будущая немецкая знаменитость, то Марлен в порыве ревности и негодования прямо на съемочной площадке спустила с себя трусики и показала сопернице свой зад. Это было, кстати, в рамках роли, в фильме «Голубой ангел», где героиня полуобнаженная, в эротических трусиках и чулках с кружевными подвязками, лихо распевала песенку:

Я Лола-хулиганка,Кабацкая девчонка,Есть у меня шарманкаИ голос очень звонкий.Я Лола-хулиганка,Все мужики со мноюВедут себя так гадкоИ не дают покою.Я Лола-хулиганка,Я выхожу на сцену.Не тронь мою шарманку!Себе я знаю цену!

Требуется маленькое дополнение. «Звонким голосом» Марлен Дитрих не обладала, напротив, голос у нее был низкий и хрипловатый, но удивительно какой-то нутряной, женский, обволакивающий, теплый… Что касается «шарманки», то Марлен пела о ней с несколько непристойным сексуальным подтекстом, что, разумеется, приводило в восторг и неистовство мужчин.

Налетайте, мужики!Длинные, короткие,Толстые и тонкие,Умные и страшные,Глупые и важные.Ты красавчик, ты урод,Главное, что не банкрот.

Это еще одна песенка из репертуара все той же певички Лолы-Лолы.

Премьера фильма «Голубой ангел» состоялась 1 апреля 1930 года в Берлине, в театре «Глория-палас». Успех был ошеломляющий, он мгновенно открыл Марлен Дитрих дорогу в Голливуд. Студия «Парамаунт», где работал Джозеф фон Штернберг, заключила с ней выгоднейший контракт. На следующий день после триумфа Марлен Дитрих с 25 чемоданами роскошных туалетов отправилась — на пароходе из Бремена в Нью-Йорк. Там, в Америке, началось соперничество двух кинозвезд того времени: Марлен Дитрих и Греты Гарбо.

Америка, Голливуд, фильмы

2 апреля 1930 года Марлен Дитрих отправилась в Америку, а через семь месяцев, 14 ноября, состоялась уже премьера первого ее американского фильма «Марокко».

Почитаем, что пишут знатоки в книге «Звезды Голливуда» (1996): «Прежде чем выпустить Дитрих на съемочную площадку, американские специалисты произвели серьезную коррекцию ее внешности. Новый облик актрисы, появившейся в фильме „Марокко“, поразил всех, кто знал ее раньше. Тщательно уложенная волна платиновых волос, тонкие полукружья взметнувшихся вверх бровей, мерцающий блеск глаз, впалые щеки придали лицу Дитрих выражение скорбного и загадочного удивления. В этом новом облике актрисы было трудно разглядеть прежнюю пухленькую немочку. И хотя в Голливуде Марлен продолжала создавать образы певичек, падших женщин, они были вылеплены из другой — более утонченной и хрупкой материи, представляя новую вариацию на тему загадочной роковой женщины, страдающей от любви и заставляющей страдать других.

Американская публика по достоинству оценила новую звезду. За роль в „Марокко“ она была выдвинута на соискание премии „Оскар“…»

В Голливуде с Марлен Дитрих продолжал работать Джозеф фон Штернберг. Вместе с ней он создал семь лучших своих фильмов, помимо «Голубого ангела» и «Марокко», — еще «Обесчещенная» (1931); «Белокурая Венера» (1932); «Шанхайский экспресс» (1932); «Песнь песней» (1933); «Дьявол — это женщина». (1935). Затем они расстались. Но с Дитрих работали и другие не менее талантливые режиссеры: Эрнст Любич, Рубен Мамулян, Фрэнк Борсаг, Тэй Гарнетт, Рене Клер, Рауль Уолш, Фриц Ланг, Орсон Уэллс, Альфред Хичкок, Билли Уайльдер, Жорж Лакомб, Стэнли Креймер и другие.

Трудно, конечно, отрицать роль всех этих режиссеров в ее успехе. Да, они помогали ей проявить талант. Да, они мастерски снимали ее неординарную внешность. Но и она сама оказалась прекрасно обучающейся актрисой и самым тщательнейшим образом отрабатывала каждый свой жест, каждую позу. На съемках она никогда не расставалась с зеркалом, чтобы найти самый точный и эффектный ракурс. Каждое ее появление в кадре — это всегда маленький шедевр. Хотя ее больше беспокоила внешняя эстетика героинь, чем их внутренний психологический образ.