Герберт Осбери - Банды Нью-Йорка

Ознакомительный фрагмент

«Е.А. Джонсон» отчаливал от берега, а Хикс тем временем приходил в себя. Спустя пять дней шхуна «Телеграф» из Нью-Лондона, штат Коннектикут, обнаружила шлюп пустым в нескольких милях от Стейтен-Айленда. Шхуна связалась с паровым буксиром «Церера», и тот отбуксировал «Джонсона» на пристань Фултон-Маркет на нижней оконечности Манхэттена. Очевидно, шлюп столкнулся с другим судном, так как бушприт и нос его были повреждены, а буксировавшие его моряки утверждали, что на палубе царил полнейший беспорядок. После того как шлюп пришвартовали к пирсу, за его изучение принялись следователь Скимер и капитан Уид. Они обнаружили, что паруса лежат на палубе и не хватает шлюпки, которая обычно привязывается к корме. В каюте потолок, пол, скамейки, стулья и стол испачканы кровью, так же как кровати и документы, включая одежду, разбросанную по каюте. По следам, оставленным на полу каюты и на палубе, можно было судить, что по ним волочили тяжелое тело, а перила также оказались в крови. Около перил были найдены пять отрубленных человеческих пальцев и один большой, а также окровавленный топор.

На следующий день Эндрю Келли и Джон Бурк, жители дома на Кедар-стрит, заявили в полиции, что за 24 часа до прибытия шлюпа в порт Хикс вернулся домой с большой суммой денег, а на вопросы, где он столько раздобыл, давал неопределенные ответы. В ту же ночь Хикс упаковал вещи и вместе с семьей покинул город. Патрульный Невинс проследил за ними вплоть до гостиницы в Провиденсе на Род-Айленде, где и удалось с помощью местной полиции арестовать всю семью. Арестованных доставили в Нью-Йорк, где миссис Хикс с ребенком были освобождены, а самого Хикса задержали для дальнейшего расследования, так как в его показаниях о деньгах содержалась масса противоречий.

В результате тщательного обыска у гангстера были обнаружены часы, принадлежавшие капитану Бару, и дагеротип, подаренный молодому матросу Оливеру Уотсу перед отплытием шлюпа. Хикс наотрез отрицал, что его фамилия Джонсон и что он когда-либо бывал на этом судне, но не мог объяснить, как оказались у него чужие вещи. Позднее Джон Бурк опознал в нем жителя Кедар-стрит. Кроме того, один матрос со Стейтен-Айленда узнал в Хиксе человека, который обратился к нему во время рейса с острова в Манхэттен, попросив помочь посчитать деньги. Таким образом, вскоре вокруг Хикса сплелась сеть косвенных улик, его перевели под юрисдикцию судебного исполнителя Исайи Райндерса и поместили в Томбс.

В мае состоялся суд, и присяжные в течение семи минут признали Хикса виновным в пиратстве и убийстве. Он был приговорен к смерти через повешение, казнь назначили на пятницу 13 июля. Суд настоял на том, чтобы процедура состоялась на одном из правительственных островов в бухте Нью-Йорка. Не прошло и недели, как Хикс позвал надзирателя и заявил, что хочет исповедаться. Со связанными за спиной руками и цепью на ноге, преступник с точностью до минуты изложил перед журналистами и полицией все кровавые детали убийства капитана Бара и двух юношей – Смита и Оливера Уотсов. Все произошло, по его словам, в десять часов вечера. Хикс понял, что его обманом сделали матросом, и решил в порыве мщения убить всех, кто находился на борту.

«Я стоял у руля, – рассказывал гангстер, – а капитан и один из ребят спали в каюте, второй Уотс стоял на вахте. Вдруг на меня что-то нашло, и я решил прикончить и капитана, и всю команду в ту же ночь».

Хикс привязал штурвал, чтобы судно сохраняло курс, взял кабестан и тихо подкрался к молодому матросу, который стоял на мостике и всматривался в волны, разбивавшиеся о нос корабля. Но в лунном свете злодей отбрасывал длинную тень, и Уотс обернулся посмотреть, кто идет. Юноша успел только вскрикнуть, и удар раскроил ему череп. Крик и удар разбудили второго матроса, и он поднялся по трапу посмотреть, что случилось. Тем временем Хикс взял топор и, когда юноша забрался на палубу, отрубил тому голову. После этого бандит отправился вниз в поисках шкипера. Капитан Бар, невысокий, коренастый мужчина, проснулся и увидел стоящего посреди комнаты Хикса, опирающегося на топор. В следующее мгновение пират прыгнул вперед, и окровавленное лезвие топора сверкнуло в тусклом свете фонаря, висевшего над кроватью капитана.

Каюта шлюпа «Е.А. Джонсон»

Топор ударил по подушке, но шкипер увернулся и кинулся на пол, как раз вовремя, чтобы спасти свою шею. Он схватил Хикса за колени и, когда гангстер упал на пол, попытался его задушить; Хикс старался снова ударить капитана топором. Они дрались в течение нескольких минут, но в конце концов бандиту удалось оттолкнуть Бара. Недолго думая, пират снес ему полчерепа. Хикс вернулся на палубу и обнаружил, что Уотс, на которого он напал в самом начале, пытается встать на ноги. Ударив юношу еще раз, пират оттащил его к перилам и выбросил за борт. Молодой матрос уцепился за перила, и тогда Хикс отрубил ему пальцы. Уотс упал в море. Убийца выбросил остальные тела туда же, опустошил сумку капитана и направил судно к берегу. Когда на горизонте показался Стейтен-Айленд, Хикс пересел в шлюпку, а судно направил в море.

Суд над Хиксом и его последовавшее за этим признание потрясли Нью-Йорк, и в течение нескольких недель в Томбс шли потоки людей, они толпились в коридорах, часами глазея на Хикса, прикованного к полу. В числе первых пришел Финеас Барнум, известный шоумен, музей которого находился в то время на пике популярности. Барнум попросил о личной беседе с узником. Он объявил пирату, что хочет сделать слепок его головы и поместить в музей как диковинку. После целого дня переговоров Хикс согласился позировать за 25 долларов и две коробки пятицентовых сигар. На следующий день утром слепок был готов, и в полдень Барнум вернулся в Томбс с новой одеждой в обмен на ту, в которой бандит совершил свое преступление. Позже Хикс жаловался надзирателю на то, что Барнум обманул его, так как новая одежда была хуже.

Миссис Хикс посетила мужа в шесть часов вечера в четверг 12 июля. Когда слова прощания были сказаны и женщина ушла, в камеру приговоренного вошел его преподобие отец Дуранкет и пробыл с узником до одиннадцати часов, после Хикс выпил чашку чаю и лег спать. Он храпел всю ночь, а в четыре часа утра его разбудили и приказали одеваться. Преступник не подавал никаких признаков раскаяния или печали, с удовольствием позавтракал и выкурил свою последнюю, полученную от Барнума сигару. Затем Хикс сказал надзирателю, что Барнум просил вернуть коробку из-под сигар для музея, и тюремщик пообещал проследить за этим. Около девяти судебный исполнитель Райндерс, одолживший для такого случая шпагу шерифа, явился в тюрьму в сопровождении шерифа Келли и нескольких помощников, все они были в цилиндрах и фраках. Исполнитель торжественно зачитал смертный приговор и приказал заключенному приготовиться, что Хикс и сделал, надев голубой костюм, специально сшитый для такого случая. Он пожаловался, что костюм плохо сидит и недостаточно выглажен, но тюремщик ответил, что времени больше нет.

Конец ознакомительного фрагмента