Имран Касумов - На дальних берегах

- Почему же ты убежал? - спросил Вася.

Янко виновато заморгал и насупился.

- Полковник Сергей не велел мне ходить за ними, - пробормотал он.

- А ты все-таки пошел? - укоризненно сказал Вася. - Малыш, а путаешься в ногах у взрослых...

Янко смерил Васю с ног до головы довольно-таки пренебрежительным взглядом. Он, видимо, не ощущал особенной разницы между собой и Васей.

- Но ведь и тебя они с собой не взяли! - лукаво сказал он.

Вася и Анжелика переглянулись. Анжелика взяла руки Янко в свои и почувствовала, что они холодны, как лед.

- Ну, вот что, - сказала она, - сейчас же беги домой и согрейся.

- Бегу! - отозвался Янко и, задержавшись на секунду, тихо попросил: Вы только не говорите полковнику, что я ходил за ними.

- А разве они пройдут здесь? - спросила Анжелика.

- Да. Так не говорите ему, ладно? Они будут здесь только через час. Надо ж покружить в лесу, чтобы замести следы.

Когда Янко убежал, Вася сказал Анжелике:

- Этот мальчик знает слишком много для своего возраста!

- Тут у нас теперь все - взрослые...

- Пойдем навстречу отряду, - предложил Вася. Анжелика согласилась, и они направились в сторону,

откуда прибежал Янко.

На самой вершине горы высилась небольшая церквушка. Давно уж, видно, никто не посещал ее. Колокола были сняты.

Чтобы еще издали заметить приближение отряда, Вася и Анжелика поднялись по узким лестницам на колокольню.

Отсюда открывался вид на долину. Множество тропинок перекрещивалось, убегало в горные леса. Трудно было разобраться, куда они ведут! Отряда еще не было видно.

В ожидании его Вася и Анжелика присели, свесив ноги с холодного каменного барьера. Щеки у Анжелики порозовели от мороза: она была сейчас так красива, что Вася не удержался и обнял ее. Анжелика не оттолкнула его, но и не сделала движения навстречу.

- Вася, - сказала ока, - расскажи мне, как вы познакомились с Мехти.

Может быть, кто-нибудь на месте Васи и убрал бы свою руку с плеч девушки, сидящей рядом с ним и думающей о другом. Но Вася не видел ничего дурного в том что она спросила его о Мехти: разве он сам не думал о своем друге?

Васе не раз приходилось рассказывать историю знакомства с Мехти своим сверстникам-партизанам. Он поправил съехавшую набок ушанку и приступил к рассказу.

- Вот как это случилось, Анжелика. Мне было шестнатцать лет, когда немцы угнали меня в Германию.

- Это я знаю, ты мне говорил. Потом ты убежал, тебя снова поймали...

- Да... Пригнали, значит, нас сюда, в Триест...

В Триесте Вася и его товарищи чинили железнодорожное полотно, мосты. Это была единственная работа, которая нравилась Васе: не успевали они починить мост - как он опять взлетал на воздух! Работалось в общем весело... А есть им было нечего. Разве только сердобольные словенки подсунут тайком молоко или лепешку...

Как-то мимо Васи прошла женщина и уронила на землю завернутый в бумагу кусок пирога. Вася позвал ее, но она не оглянулась. Тогда он понял, что она нарочно уронила сверток. Он поднял, развернул его и хотел было поделиться пирогом с соседом, но к нему протянулась чья-то рука и вырвала пирог. Это был немец, надзиратель. А Васе так хотелось есть!.. Вася заметил, что надзиратель спрятал отобранный сверток в свою вещевую сумку, и стал следить за немцем. Тот положил сумку у подножки вагона, а сам вошел внутрь.

Вася неслышно подкрался к вагону, расстегнул сумку и вытащил свой пирог. Но не успел он отойти от вагона, как увидел перед собой другого немца - плечистого, смуглого унтер-офицера. Немец пристально смотрел на юношу. И Вася понял, что он пропал... Теперь его убьют, замучают... Унтер подошел к пареньку и хмуро предложил Васе следовать за ним. Они отошли шагов на пятнадцать от железнодорожно полотна, и унтер обратился к Васе на чистейшем русском языке:

- Как тебя зовут, малыш?

- Вася, - удивленно ответил мальчик.

- У тебя ведь родителей убили немцы? - спросил унтер.

Да, это было так. Но почему унтер напомнил ему об этом? Юноша был сбит с толку. Унтера он видел впервые, а тот говорил с ним так, словно вырос на Смоленщине, по соседству с Васей. Он знал многие подробности о Васе. Вдруг унтер сказал тихо, проникновенно:

- Так как же ты можешь работать на немцев?!

Ох, на это Вася мог бы ему ответить! Он сказал бы, что работает с удовольствием, потому что партизаны тут же взрывают все, построенное Васей и его товарищами, а заодно отправляют на тот свет и немцев. Но Вася молчал и настороженно смотрел на унтера. Странный это был немец. "А может, он все это нарочно? Чтоб я выдал себя?" - подумал Вася и решил ограничиться вопросом:

- Мне можно идти работать?

- Иди! - сухо сказал унтер-офицер.

Вася ушел.

Потом Вася долго размышлял - не готовил ли ему унтер какую-нибудь ловушку и кто знает - может, завтра Васю повесят или расстреляют на глазах у всех, как это часто делают с пленными, когда они открыто протестуют против лагерного режима.

Но на следующий день их снова повели на работу, и снова к Васе подошел унтер. Он незаметно протянул хлеб с маслом. Вася не взял.

- Возьми, Вася, - сказал унтер.

Васе показалось, что голос его дрогнул. Вася смутился, взял хлеб и спрятал в карман.

- Ты не прячь, ты кушай, - ласкового сказал унтер. - А то снова отнимут.

Вася стал есть. Унтер внимательно смотрел на него из-под припухших век.

- Вася, а ведь Смоленск освобожден, - тихо проговорил унтер.

Сердце у Васи вновь заколотилось.

- Тебе не хотелось бы попасть домой? - спросил унтер у юноши. И Вася почувствовал в его голосе что-то свое, родное. Нет, унтер не был похож на немца. И все-таки Вася продолжал смотреть на него недоверчиво.

- Ты ешь, Вася, ешь и слушай меня.

Вася кивнул головой.

- Есть у вас хорошие ребята?

И у Васи невольно вырвалось.

- Есть!

Было в этом унтере что-то такое, что заставляло доверять ему. Взгляд и голос какой-то особенный - будто Вася не раз уже слышал его. Движения у унтера спокойные, уверенные, а лицо волевое и тоже какое-то знакомое. Бывают такие лица, которые видишь впервые, а кажется, что ты знаешь этого человека давно. В глазах унтера Вася читал тоску, близкую его тоске. Тоску по Родине. Слова, голос, взгляд унтера заставляли Васю тянуться к нему скорее сердцем, чем разумом... Но форма, которую носил новый знакомый Васи, форма немецкого унтера, настораживала...

И воскликнув: "Есть!", Вася замолчал, решив, что сказал слишком много.

- Ну, хорошо, иди работай, - спокойно произнес унтер.

Вася ушел, встревоженный еще больше, чем прежде.

На третий день унтер появился снова. На этот раз Вася сам подошел к нему, и они отошли далеко в сторону. Унтер-офицер был выше надзирателя по чину, и поэтому никто им не мешал. К тому же, как Вася узнал позже, у унтера был документ, удостоверяющий его принадлежность к немецкой разведке.