Линда Ли - Путь бойца: Правдивая история о Брюсе Ли

Бокс с применением ударов нотами известен так же в Таиланде и в Европе, и все же экстраординарные по своей изысканности и утонченности приемы кунг-фу, несомненно – привилегия Китая. По многим причинам китайцы всегда неохотно раскрывают иностранцам секреты кунг-фу. В последнее столетие немало китайцев иммигрировало в Калифорнию и другие западные штаты, где они часто становились объектом жесточайшего преследования и погромов, учиняемых, как правило, людьми кавказской национальности, которые видели в этом дружелюбном и трудолюбивом народе предвестников надвигающейся Желтой Опасности. Но самое главное, жители Америки видели в них лишь дешевую рабочую силу. Китай сам был объектом все более нарастающей эксплуатации со стороны стран Запада особенно Великобритании. Начиная с 1870 года, в Китае стали возникать тайные общества, практикующие кунг-фу и другие воинские искусства в надежде на то, что все это поможет им выдворить иностранцев с их древней земли.

Ученикам внушалось, что те из них, кто сможет освоить кунг-фу, будут в состоянии преодолеть все на своем пути, и святая ярость охватывала сердца этих молодых парней, верящих в то, что они сильнее иностранных бомб и пуль, что они смогут победить своих врагов голыми кулаками и стремительными ногами. Некоторые инструкторы доходили порой до полнейшей бессмыслицы, убеждая своих учеников в том, что пули не смогут нанести их сильным телам никакого вреда.

Все это привело к тому, что в начале столетия тысячи молодых китайцев бросили вызов развитым промышленным державам, включая Англию и Америку. Это событие получило название [Восстание боксеров]. И, конечно же, все они погибли в неравных схватках.

С тех пор (и поведение их вполне понятно) китайцы, особенно в Америке, отказывались открывать свои секреты американцам. Стало неписаным законом преподавать свое искусство только китайцам.

Брюс посчитал такое отношение к преподаванию кунг-фу изжившим себя. Когда ему говорили о том, что белые люди; познав секреты кунг-фу, будут использовать искусства для того, чтобы избивать китайцев, говорил, что если белый американец на самом деле захочет покалечить китайца, то он сможет воспользоваться для этого и другими способами. В конце концов, он выше и мощнее.

Однако Брюс вскоре обнаружил, что его взгляды не разделяют члены китайского общества в Сан-Франциско, особенно те, кто практиковал воинские искусства. Уже на протяжении нескольких месяцев Брюс и Джеймс преподавали кунг-фу, когда к ним в зал пришел мастер кунг-фу Вонг Джок Мэн. Брюс только что приехал в Сан-Франциско из Гонконга и искал возможность утвердить свой авторитет в китайском обществе, все его ученики были чистокровными китайцами. Еще три китайца сопровождали Вонга, когда тот протянул Брюсу лист бумаги с напечатанным на нем вызовом на поединок. Брюс прочитал текст, содержание которого говорило о том, что это ультиматум, предложенный ему обществом, практикующим воинские искусства в Сан-Франциско. Брюсу предлагалось следующее условие: если он проигрывает в поединке, то либо он закрывает свой институт, либо перестает учить людей кавказской национальности. Взглянув на Вонга: [Ты этого хочешь?], Вонг Джек Мэн, словно прося прощения, сказал: [Да нет, я этого не хочу, но я представляю здесь общество], и он указал на своих друзей.

[O`kей – сказал Брюс. Это произвело удивительный эффект на Вонга и его компанию, и в зал вошли еще человек 6 его людей. Возможно, они предполагали, что Брюс всего лишь [бумажный тигр], и, оказавшись перед фактом необходимости драться с таким искусным мастером, как Вонг Джек Мэн, он просто струсит.

Теперь все они сгрудились в кучу и стали совещаться. Когда они, в конце концов, выработали свое решение, Вонг предложил Брюсу: [Давай, это не будет поединком, давай просто поспаррингуем, просто давай покажем технику!] Брюс же уже проявлял нетерпение и сильное раздражение. Он оборвал его речь. Мало найдется людей, обладающих таким взрывным темпераментом.

[Нет, ты вызвал меня на поединок. Так, давай драться]. Поведение Брюса повергло их в сильное смятение, настоящая драка явно не входила в планы Вонга и его людей. Тогда они попытались оговорить правила проведения этого поединка с тем, чтобы уберечь своего человека от возможных увечий. [Не бить в лицо. Ногами не бить в пах], – начал было Вонг. [Ко мне это не относится], – отрезал Брюс.

[Вы пришли сюда с вызовом на поединок, надеясь запугать меня этим. Вы выработали ультиматум, я вырабатываю правила. Так как это в первую очередь касается меня, то никаких ограничений. Все остальные правила к черту!]

В это время я была на 8 месяце беременности. Наверное, я должна была бы занервничать, но, тем не менее, я была спокойна настолько, что дальше некуда.

Я совершенно не опасалась за Брюса, и была совершенно уверена в том, что он о себе позаботится. Я слегка улыбалась, понимая, что ни один из этих людей даже не представлял, какую опасность таит в себе для них Брюс. Оба участника вышли на середину, поприветствовали друг друга поклоном, и схватка началась. Вонг встал в одну из классических стоек, в то время как Брюс, все еще использующий технику стиля Винг Чун, начал свою атаку серией прямых ударов.

В течение минуты люди Вонга пытались остановить драку, видя, что Брюс приближается к решению задачи. Но Джеймс потребовал, чтобы они отошли в сторону. Минутой позже Брюс взломал защиту Вонга, тот начал отступать со скоростью, на которую был только способен. И вскоре драка превратилась в настоящий фарс, когда Вонг повернулся спиной к Брюсу и побежал. Однако Брюс кинулся за ним словно леопард за своей жертвой, свалил его на пол, приведя в состояние полнейшей деморализации. [Ну, тебе довольно?], – кричал Брюс. [Довольно, хватит, хватит!], – отчаянно взмолился Вонг.

Все еще находясь в состоянии ярости, Брюс позволил ему подняться и затем выдворил всю компанию из помещения.

Я не думаю, что мне еще когда-либо приходилось видеть такую перепуганную компанию [бумажных тигров].

Сан-францисское общество никогда больше не пыталось напрямую угрожать Брюсу. Но год спустя, Эл Дакаскис открывший свою собственную школу в Сан-Франциско и, так же как и Брюс, начавший обучать некитайцев, подвергся такому же запугиванию со стороны китайцев. Он поступил с ними точно так же, как и Брюс. Китайские кланы решили тогда посеять между ними вражду, распространяя слух, что якобы каждый из них с пренебрежением отзывался о другом. Кроме того, китайцы выдумали историю, в которой Эл был главным действующим лицом, и будто бы он говорил своим друзьям, что всему тому, что Брюс умеет, он, Эл, научил его. Вся эта версия была выдумана в надежде, что, в конце концов, либо Брюс, либо Эл потеряют терпение и один из них заставит другого закрыть свою школу.