С Штеменко - Генеральный штаб в годы войны

Свои предложения Военный совет Юго-Западного направления формулировал в документе, который назывался "Доклад по обстановке, сложившейся в середине марта на фронтах Юго-Западного направления, и о перспективах боевых действий в весенне-летний период 1942 года". Он был составлен 22 марта от руки в двух экземплярах.

Состояние противника в этом докладе оценивалось так: "Противник доведен активными действиями наших войск до такого состояния, что без притока крупных стратегических резервов и значительного пополнения людьми и материальной частью не способен предпринять операции с решительной целью". Предполагалось, что враг, несмотря на поражение под Москвой, весной будет вновь стремиться к захвату советской столицы. Его главный удар ожидался из районов Брянска и Орла в обход Москвы с юга и юго-востока для выхода на Волгу в районе Горького, чтобы таким образом изолировать Москву от Поволжья и Урала, а затем взять ее.

На юге командование Юго-Западного направления предполагало вероятным наступление второстепенной, хотя и крупной группировки войск противника с задачей овладеть нижним течением Дона и вторгнуться на Кавказ к источникам нефти. Считался возможным еще один второстепенный удар - от Курска на Воронеж.

В докладе приводились расчеты возможных сил противника в полосе Юго-Западного направления к началу активных действий. Силы эти были очень внушительны: 102 дивизии, из них танковых - 9, моторизованных - 7, СС - 3, более 3100 танков, почти 3000 орудий, около 1000 боевых самолетов.

"Независимо от этого,- говорилось в докладе,- войска Юго-Западного направления в период весенне-летней кампании должны стремиться к достижению основной стратегической цели - разгромить противостоящие силы противника и выйти на средний Днепр (Гомель, Киев, Черкассы) и далее на фронт Черкассы, Первомайск, Николаев" (выделено мной. - С. III.).

Замечу попутно, что это был тот рубеж, который советским войскам удалось достигнуть только осенью 1943 года. Кроме того, нельзя было не обратить внимания на угрожающе большую численность вражеской группировки - 102 дивизии!

Но на бумаге выходило все гладко и с замыслом действий наших войск, хотя командование Юго-Западного направления просило пополнения людьми, вооружением и материальными средствами. И все же его соображения вызвали сомнения в Генштабе и в Ставке.

Генштабу было приказано одновременно с работой над планом весенних и летних операций произвести и необходимые расчеты, касающиеся предложений командования Юго-Западного направления. Расчеты показали, что для проведения операции под Харьковом потребуются большие резервные силы и средства, которыми страна не располагала. О расчетах доложили Верховному Главнокомандующему; тот с ними согласился и лично предложил главкому направления С. К. Тимошенко операций столь значительного масштаба не проводить, а разработать новый план.

Невольно может возникнуть вопрос: разве по концентрации гитлеровских войск нельзя было еще весной сделать вывод о направлении их главного удара на юг? Следовало бы! Но, видимо, И. В. Сталин считал, что большая часть этой вражеской группировки будет все-таки брошена на Москву. И если операция, предлагаемая С. К. Тимошенко, может сковать силы гитлеровцев, ослабит их натиск на Москву, то почему бы ее не провести?

30 марта новый план был готов и через А. М. Василевского вручен И. В. Сталину. Верховному Главнокомандующему докладывалось: "В соответствии с Вашими личными указаниями нами разработан общий план действий войск Юго-Западного направления на апрель - май месяцы 1942 г.

1. Основная цель действий войск Юго-Западного направления в этот период овладеть г. Харьковом, а затем произвести перегруппировку войск, ударом с северо-востока захватить Днепропетровск и Синельниково и лишить этим противника важнейших переправ через р. Днепр и железнодорожного узла Синельниково.

На остальном протяжении фронта войска Юго-Западного направления прочно обороняют ныне занимаемые рубежи". Наступление предлагалось провести силами одного Юго-Западного фронта, которым также командовал С. К. Тимошенко.

Далее следовал расчет необходимых для захвата Харькова сил и средств, были сформулированы замысел операции, соображения по ее проведению, группировке войск. Наступление предполагалось начать 20 апреля.

Рассмотрев этот план, И. В. Сталин разрешил операцию, на первый взгляд заманчивую, хотя и предупредил тогда С. К. Тимошенко, чтобы на резервы Ставки тот не надеялся. Сомнения же Генерального штаба были "разрешены" приказом: "...считать операцию внутренним делом направления и ни в какие вопросы по ней не вмешиваться".

В соответствии с решением И. В. Сталина на Юго-Западном направлении был разработан еще один "План действий войск Юго-Западного направления на апрель май 1942 г." от 10 апреля 1942 года.

В нем было написано: "Частными целями для фронтов являются: для Юго-Западного фронта - разгром харьковской группировки противника и выход на линию Никитовка, Карловка, Вузовка для обеспечения последующих действий войск Южного фронта в направлении Днепропетровск; для Южного фронта - прочная оборона занимаемых рубежей и прикрытие ростовского, ворошиловградского направлений и района Барвенково, Славянок, Изюм".

Это и был план последующей крайне неудачной для нас операции, о которой речь пойдет несколько позже.

В мае на Северо-Западном фронте нам удалось взять за горло демянскую группировку противника. Ее загнали с узкий коридор и сужали его день и ночь. Враг ожесточенно сопротивлялся. Операция привлекла наши крупные силы. но противнику все же удалось, хотя и с большими потерями, удержать свои позиции.

Дальнейшие события, менявшие обстановку на советско-германском фронте не в нашу пользу, начались тоже в мае. Я их хорошо помню, так как происходили они главным образом на порученном мне направлении. Прежде всего потерпел тяжелую неудачу Крымский фронт. Он был сформирован в начале 1942 года с целью освобождения Крыма и к маю оборонял Керченский полуостров в самой узкой его части, на так называемых Ак-Монайских позициях. В состав фронта входили 44, 51 и 47-я армии со средствами усиления. Командующим фронтом был генерал-лейтенант Д. Т. Козлов, членом Военного совета - дивизионный комиссар Ф. А. Шаманин, начальником штаба - генерал-майор Ф. И. Толбухин.

Еще в конце января Ставка направила туда в качестве своего представителя Л. З. Мехлиса. Из Генштаба с ним поехал генерал-майор П. П. Вечный. Они должны были помочь командованию фронта подготовить и провести операцию по деблокированию Севастополя. Мехлис, по своему обычаю, вместо того, чтобы помогать, стал перетасовывать руководящие кадры. И прежде всего он заменил начальника штаба фронта Толбухина генерал-майором Вечным.