Владимир Джунковский - Воспоминания.Том 1

В парадных покоях король был встречен восторженными криками "Живио" сербской колонии. С вокзала король проехал в Иверскую часовню и оттуда в отведенное ему помещение в Кремле. Отдохнув немного, король отправился к обедне в Успенский собор, после осматривал соборы, посетил усыпальницу великого князя Сергея Александровича. В час дня у короля состоялся завтрак, к которому были приглашены, кроме лиц свиты короля, князь Одоевский-Маслов, заведовавший дворцовой частью в Москве, его помощник К. К. Истомин и я. Король был очень любезен, держал себя чрезвычайно просто, но казался крайне утомленным.

В 3 часа дня король принимал депутацию от городского управления, которая поднесла хлеб-соль, причем городской голова обратился к королю со следующими словами: "Древней Москве, первопрестольной столице русской, всегда были близки судьбы братских славянских народов. Горячо приветствуя ваше величество и, в лице вашем, сербский народ, я от имени московского городского управления прошу ваше величество, по древнему русскому обычаю, принять хлеб-соль".

Король отвечал на сербском языке, благодарил за привет, выражая радость находиться в Москве — сердце России, центре православия. Король высказал сожаление, что недостаток времени лишает его возможности остаться дольше в Москве и осмотреть ее сокровища. Затем король продолжал беседу с Н. И. Гучковым на французском языке и, на приглашение посетить Третьяковскую галерею, ответил согласием. Посещение состоялось на другой день.

По осмотре Оружейной палаты король проехался по улицам Москвы в коляске и был везде встречаем с восторгом. В 7 часов вечера у короля состоялся обед, на который были приглашены все должностные лица г. Москвы и городской голова, а затем король присутствовал в Большом театре, где шел балет "Спящая красавица".

На другой день король, осмотрев на Варварке дом бояр Романовых, проехал в Сербское подворье, где уже шло богослужение. При входе короля в церковь, его осенили знаменем добровольцев, ходивших в 1876 г. в Сербию. Король занял почетное место, и знамя поставили около него. После обедни король беседовал с представителями сербской колонии и направился к стоявшей группе учащейся в Московском университете молодежи. Со студентами король был весьма милостив. Он вошел в самую середину группы, беседовал, шутил, расспрашивал, ходят ли студенты в церковь, советовал молодежи учиться и, набравшись знаний, возвращаться скорее в Сербию, послужить родной стране, советовал в молодые годы заниматься науками, а не политикой.

Простившись с сербской колонией, которая восторженно провожала его величество гимном, король посетил несколько магазинов наиболее известных русских фирм. С большим интересом осматривал король Кустарный музей московского губернского земства. Художественные работы кустарей его чрезвычайно заинтересовали. Председателем губернской земской управы Рихтером была преподнесена его величеству хлеб-соль на оригинальном блюде. Король осмотрел все отделы выставки, интересовался подробностями и приобрел некоторые изделия в русском стиле и характерные русские игрушки.

После завтрака с градоначальником, князем Одоевским-Масловым, и мною в "Эрмитаже", король принимал во дворце депутацию московского дворянства в составе исправляющего должность губернского предводителя дворянства князя С. Б. Мещерского, уездных предводителей графа М. А. Олсуфьева и барона В. Д. Шеппинга, секретаря дворянства А. В. Макарова и депутата Е. М. Пржевальского. Депутация поднесла королю хлеб-соль на деревянном блюде с серебряными украшениями и эмалевым снимком Кремля.

В 7 часов вечера король отбыл на Брянский вокзал. Вся площадь перед вокзалом была сплошь усеяна народом, приветствовавшим короля, весь перрон вокзала был красиво убран сербскими национальными флагами и материями сербских цветов. Все утопало в зелени. Сербская колония встретила короля криками "ура" и "живио".

Из вагона король обратился к провожавшим с несколькими словами: "Мне очень жаль, что я так мало был в вашей среде, где так умеют любить своих братьев. Спасибо. Прощайте, — а обратившись к сербам: — Любите и милуйте друг друга, а студентов прошу учиться и заниматься", — при этом шутливо погрозил им пальцем. "До свидания на родине", — прибавил им король.

25 марта скончался вице-губернатор А. С. Федоров. Он заболел еще 5 месяцев тому назад, когда с ним случился первый удар. Потом он стал поправляться и последнее время чувствовал себя хорошо, стал выезжать, как вдруг новый удар постиг его в самый день Благовещения. Он скончался 52 лет от роду.

А. С. Федоров получил образование в Императорском Александровском лицее в Петербурге, был одно время товарищем прокурора в Тверском окружном суде, а с 1891 г. по 1905 г. состоял чиновником особых поручений при московском генерал-губернаторе великом князе Сергее Александровиче, а с назначением меня губернатором в 1905 г. был назначен вице-губернатором.

Отец его, Сергей Петрович Федоров, был также московским вице-губернатором в 60-х годах истекшего столетия. Федоровы были коренные москвичи.

Среди товарищей лицея и своих сослуживцев он пользовался не только симпатиями, но и уважением, благодаря скромному характеру, доброте и утонченному джентльменству. Ему пришлось перенести много тяжелого после смерти отца, оставившего вдову и несовершеннолетних братьев совсем разоренными. Александр Сергеевич взял на себя все заботы и, проникнутый скорбью и любовью к своим близким, особенно к своей горячо любимой матери, он принял на себя иго семейного горя, посвятив все лучшие годы своей жизни исключительно заботе о них. Выхлопотав матери пенсию и непрестанно ей помогая, устроив братьев в учебные заведения, он разделял с ними свои скромные служебные заработки. Это дело любви он творил тихо и скромно, находя в то же время возможным помогать и каждому страждущему, обращавшемуся к нему за помощью. Он был человеком глубоко верующим и религиозным.

Отпевали его в церкви Ржевской Божьей Матери, в присутствии его многочисленных сослуживцев, друзей и близких. Хоронили 27 марта в Алексеевском монастыре.

На место Федорова, как я уже упоминал в своих воспоминаниях за 1909 г., был назначен А. М. Устинов. Когда А. С. Федоров заболел и, по мнению врачей, дни его были сочтены, я тогда же остановился на мысли провести в вице-губернаторы А. М. Устинова, и, как только бедный Федоров скончался, я позвонил по телефону П. А. Столыпину в Петербург и, доложив о кончине Федорова, просил, в личное мне одолжение, назначить на его место Устинова, что к моему большому удовлетворению и было им исполнено.

Оказалось, что обратился я к Столыпину как раз вовремя, так как не успела еще весть о кончине Федорова получить должное распространение, как со всех сторон к Столыпину посыпались всевозможные ходатайства от разных влиятельных лиц, не исключая и великих князей, о назначении на эту должность всевозможных кандидатов. Как мне говорил сам Столыпин, он очень был рад моему непосредственному обращению к нему с просьбой за Устинова, так как это дало ему возможность отклонить все ходатайства, обращенные к нему, и пресечь дальнейшие, не возбуждая против себя неудовольствия, так как назначение уже состоялось.