Евгений Фрейберг - Корабли атакуют с полей (рассказы)

А наша стрельба по-прежнему была неудачна - ни один снаряд из наших трёх пушек не попал в цель. То ли успех вчерашнего боя вскружил головы нашим артиллеристам, то ли ими овладела некоторая неуверенность после гибели двух кораблей, но мы ничем не могли помочь нашим товарищам, которых белые расстреливали почти в упор. Снаряды, посланные торопливой рукой комендора, летели куда-то в пространство, а в общей сутолоке и спешке даже нельзя было определить, где они падали.

Две наших канонерки погибли, а мы на трёх судах продолжали полным ходом идти на сближение с неприятелем.

Огонь сорока четырёх пушек противника теперь обрушился на нас. Вокруг поднялись водяные взмёты, воздух наполнился громом разрывов и шелестом осколков. Стреляя из трёх носовых пушек, мы продолжали идти прямо на врага. При большом количестве пушек у неприятеля это был неоправданный риск, но мы, словно опьянённые горячкой боя и жаждой мести, вопреки здравому смыслу и рассудку, шли всё вперёд и вперёд.

Первым это осознал командующий флотилией.

- Прикажите срочно поворачивать! - крикнул он начальнику отряда.

Тот в недоумении посмотрел на него, но ничего не сказал.

- Поднять сигнал "Поворот все вдруг"! - последовал приказ сигнальщику.

Не по-военному медленно пополз вверх двухфлажный сигнал. На лицах моряков выразилось явное разочарование: все ждали и были готовы к смертельной рукопашной схватке с ненавистным врагом, и вдруг - поворот! Немного времени ушло на выполнение этого манёвра, а расстояние между нами и белыми судами ещё более сократилось. Осыпаемые градом снарядов, отстреливаясь из кормовых пушек, наши суда начали отступление. Вся флотилия белых, непрерывно стреляя, преследовала нас. Вражеские снаряды с воем проносились над головами и, ударяясь в береговые обрывы, с грохотом взрывались. На месте взрывов вырастали столбы бурого дыма, похожие на чудовищные грибы. Снаряды, падающие у бортов, поднимали водяные фонтаны, а осколки с визгом прорезали воздух. От грома разрывов не слышно было слов команды, а лица командиров, стоящих на мостике, покрылись пороховой копотью, и только глаза блестели зло и напряжённо. Но попаданий в наши корабли не было.

От частой стрельбы наши пушки стали капризничать. На "Буйном" вдруг застряла гильза в стволе, и орудие временно вышло из строя. У двух других пушек на канонерках тоже что-то заело, и они замолкли. А враги упорно преследовали нас и непрерывно стреляли.

Уже недалеко было устье реки Вятки, где оставались все вспомогательные суда. Отступать дальше было нельзя. Какой угодно ценой, но мы должны были остановить флотилию белых, а иначе неизбежен был полный разгром всех наших плавучих баз. Необходимо было немедленно наметить хорошую позицию и на ней устоять.

Лесистый мыс у Котловского острова ненадолго прикрыл нас от неприятеля. На мачте "Буйного" взвился сигнал: "Поворот все вдруг". Корабли быстро развернулись и строем фронта встали навстречу врагу. На этой позиции мы приготовились стоять насмерть. Это читалось на решительных лицах моряков, диктовалось боевой обстановкой.

А из-за недалёкого мыса в это время показался неприятельский корабль. Грянул наш дружный залп, и корабль окутался чёрным дымом... Но на этот раз не было ликования, не было радостных криков. Это был первый пароход, но ведь у белых осталось ещё десять!

Окутанный дымом, полыхая огнём, неприятельский пароход повернул обратно. Два судна, появившиеся из-за мыса, подошли к нему, подали буксирные концы и, беспорядочно стреляя, повернули обратно. Опять погорячились наши артиллеристы, и снаряды пролетели над мачтами! Из-за мыса вывернулся четвёртый пароход белых. Разворачиваясь, он дал залп из всех четырёх пушек, но вражеские снаряды прогудели над нашими головами и упали далеко на рейде, где стояли вспомогательные наши суда.

Начальник отряда удивлённо взглянул на мачту и увидел Родиона, который, подобно белке, сидел на рее.

- А ну, живо вниз! - сердито приказал он. - Зачем туда забрался?!

Мальчик быстро спустился, обдёрнул рубаху и встал смирно.

- Ты что же, весь бой просидел на мачте? - удивлённо спросил начальник отряда.

- Конечно, весь! - гордо ответил Родька. - Знаешь, как оттуда хорошо видно?!

- А ты, злодей, где должен быть по боевому расписанию?! Забыл?! А если бы мне надо было тебя куда-нибудь послать, что бы я стал делать?! Лезть за тобой на мачту, что ли?

- Зачем на мачту? - возразил Родион. - Я и сам бы слез, только бы крикнул!

- Но зачем тебя туда понесло, вот что мне непонятно?!

- Товарищ начальник! - смущённо сказал сигнальщик. - Это я его туда послал. Когда командующий приказал поднять флаги к повороту, один флаг что-то заело - и он не распустился. Мы даже обрадовались: уж больно не хотелось поворачивать! Ещё немного - и беляки сами бы повернули, это уж наверняка! Командующий рассердился, я и послал тогда Родьку, чтобы распутал, а он там и затаился, как белка!

Подслушанный разговор

В каюту начальника отряда судов поспешно вбежал радист.

- Товарищ начальник! - взволнованно заговорил он. - Подслушал сейчас разговор беляков по радио! Они послали в распоряжение своего штаба сорок солдат. Отряд где-то затерялся, и они думают, что его уничтожили красные!

- Удивительно! - произнёс начальник. - Куда же делся этот отряд?! Наших впереди нет, беляков тоже не слышно, посты молчат! Где же они шатаются?! А больше ничего не слышал? - спросил он.

- Нет, товарищ начальник, больше ничего!

- Ладно! Позови ко мне Родиона!

- Эй, Родион!! - крикнул радист, выйдя из каюты. - К начальнику катись колбаской, живо!

Родион сидел на баке и чистил винтовку. Она у него, по словам моряков, и так блестела, "как чёртов глаз", но мальчику всё было мало. "Протрёшь ты ствол, Родька, будет твой самопал куда-нибудь вбок стрелять!" - смеялись моряки.

Услышав приказ, мальчик схватил винтовку и побежал.

- Родион Кирсанов явился, товарищ начальник! - по-военному вытянулся он.

- Ишь ты, брат, какой вояка! - улыбнулся начальник. - Дело есть, Родион. Ты знаешь деревню, где стоит штаб отряда Кожанова?

- Так это ж недалеко от Камских Полянок, конечно, знаю! - обрадовался мальчик. - А чего там нужно? Я сбегаю!

- Ну и хорошо! Позови ко мне комендора Грицких!

- Есть позвать к тебе комендора Ваську! - гаркнул Родион и пулей выскочил из каюты.

- Вот что, товарищ Грицких! - обратился начальник к вошедшему моряку. Отправишься в штаб отряда Кожанова с Родионом, он знает дорогу. Там доложишь Гудкову, что где-то невдалеке бродит белая банда, сорок человек. Надо срочно выяснить, где они и куда направляются. Самому в разведку не ходить и срочно вернуться, понятно?