Анаклето Яковелли - Жизнеописание святого Франциска Ассизского

Он сделал и больше того. Он предложил братьям взять с собой послание Гонория III от 11 июня 1219 года, которое они могли показывать по первому запросу церковных властей в тех местах, куда они направлялись.

Этот документ был поистине промыслительным, ибо открыл путь быстрому распространению францисканства во Франции, в Англии и в других странах.

Глава XVIII,

в которой рассказывается, как пятеро братьев претерпели мученичество в Марокко и как св. Франциск отправился миссионером в Святую Землю.

Драгоценные плоды принес Капитул рогожек: мученичество пяти братьев в Марокко и участие Франциска в пятом крестовом походе.

Вместе с множеством миссионеров, отправлявшихся в европейские страны, небольшая группа из шести человек покинула Порциунколу, чтобы достичь Марокко.

Их звали Витале, Берардо, Пьетро, Адьюто, Аккурсио и Оттоне.

В Испании Витале тяжело заболел, остальные продолжили путь; во главе их был брат Берардо.

Севилью занимали в то время мусульмане; оказавшись среди них, братья, не теряя времени, стали проповедовать Евангелие на площадях и близ мечетей, как подсказывал им Дух Святой.

Неверные жестоко их избили и притащили к главе здешних мусульман, известному в Италии под именем Мирамолино.

Тот, считая, что перед ним обыкновенные попрошайки, велел их сначала привязать к высокой башне, а потом отвести в Сеуту, чтобы оттуда кораблем переправить в Италию.

Но они этого не желали. Не зря же они покинули Ассизи.

Достигнув Марокко, они ускользнули от бдительных стражей, и, вновь обретя свободу, снова пустились проповедовать Евангелие, обличая нечестивость Магомета.

Пылом милосердия и силой убеждения особенно отличался Берардо, который бесстрашно спорил с неверными, публично приводя их в замешательство.

Мало того, однажды он дождался, пока мимо него проследует глава мусульман, и обратился к нему с огненной речью.

Всех братьев бросили в темницу.

Через три дня они предстали перед судьями, подверглись жестокой пытке, а затем были казнены.

Это произошло 16 января 1220 года.

Когда Франциск узнал, что братья претерпели мученичество, он исполнился восхищения и святой зависти и воскликнул: «Теперь могу сказать, что у меня есть пять истинных братьев!»

По окончании славного капитула и Франциск также отправился из Италии миссионером. Он снова попытался достигнуть Святой Земли, куда еще в 1217 году прибыл брат Илия с товарищами.

Спутниками Франциска были Иллюминато, Пьетро Каттани, Барбаро, Сабатино, Леонардо и еще семеро, чьи имена нам неизвестны.

Они сели на судно, как и прежде, в Анконе. Переплыли Адриатическое море, оставили позади Крит и Кипр и к концу июля 1219 года бросили якорь в Сан Джованни д'Акри.

Тут братья разделились. Франциск с несколькими спутниками добрался до Египта, где уже год крестоносцы стояли лагерем, намереваясь взять город Дамьетту.

Христианское войско бездельничало. Военачальники передрались между собой и не могли договориться об общих действиях.

Праздные крестоносцы предавались удовольствиям и грабежу, позабыв о высокой миссии, ради которой они оставили родные места.

Святого крайне удручило увиденное; он не знал, как воззвать к совести этого разбредшегося стада.

Единственным утешением оказалось присоединение к ордену нескольких клириков, увлеченных примером Франциска.

19 августа было дано сражение.

Крестоносцы были разбиты наголову, но разве иного можно было ожидать в сложившемся положении? Святой предсказывал такой исход, однако его предупреждения не помогли.

После поражения униженные христиане оказались в тяжелых условиях; последствия могли быть и хуже, если бы не Вера: глубоко прочувствовав ее, крестоносцы почувствовали прилив новых сил.

Франциск тем временем, не позабывая о цели, ради которой прибыл на Восток, решил в одиночку проникнуть в земли сарацин.

Все сочли это безумием и разными доводами пытались отговорить Франциска, напоминая, что во вражеском лагере есть закон, по которому каждому, кто отсечет голову христианину, полагается золотой бизант.

Но на Франциска ничто не действовало. Взяв с собой брата Иллюминато, он вступил на землю противника с криком: «Султан, султан».

Их тут же схватили, жестоко избили и привели к султану Мелек-эль-Камелю, доблестному и мудрому государю.

В ответ на просьбу султана Франциск изложил цель прихода: он хотел не отречься от Христа, но обратить султана и его людей в евангельскую веру.

Он долго говорил о тайне Единого и Троичного Бога, но, чувствуя, что слова его не доходят, придумал нечто более действенное.

— Прикажи, — сказал он, — чтобы разожгли большой огонь и позови своих священников. Мы вместе войдем в огонь. Кто из нас останется невредим, в его веру и уверуй.

— Ни один из наших священников не согласится на такое испытание в защиту нашей веры, — ответил султан, заметив, как один из священнослужителей бежал, услышав предложение Святого.

Но Франциск не сдавался. Святой Дух подсказывал ему новые доводы и слова, но напрасно: султан, внутренне убежденный в правоте Франциска, боялся «народного шума».

Глава XIX,

в которой рассказывается, как св. Франциск защищал перед султаном Мелек-эль-Камелем христианскую веру от нападок язычников.

Св. Франциск находился во дворце султана, среди мусульман, как раз тогда, когда христиане и мавры яростно сражались друг с другом, это обстоятельство выявляет духовное и нравственное величие Святого, который внушал такое огромное уважение к себе, что вокруг него сами собой утихали все распри.

Но надо помнить, что за пределами его влияния гремело оружие, шла битва, и это не могло не сказаться на речах и спорах, которые велись при дворе султана. К тому же присутствие Святого, открыто объявившего свои намерения, невольно напоминало о непримиримых духовных противоречиях между спорящими. Возможно поэтому апостольская миссия св. Франциска не дала тех плодов, на какие он рассчитывал. Впрочем, полемика, как известно, не приводит к обращению, наоборот, усиливает расхождения, ибо ведется с такой страстью, что слова и понятия оказываются недейственными.

Джулиано да Спира в своей «Легенде святого Франциска»[1]* дает понять, каков был накал спора; он пишет: «Слишком долго было бы пересказывать, с какой твердостью духа св. Франциск все это время пребывал перед лицом султана и с каким изобилием красноречия он отбивал нападки тех, кто очернял христианскую веру».