Вадим Лейбовский - Владимир Маслаченко: «Пеле повезло, что он не играл против меня»

Сразу по возвращении в Москву «Локомотив» отправился в Тбилиси доигрывать пропущенные матчи чемпионата страны. Там же восполнили задолженность друг перед другом киевские динамовцы и московские спартаковцы. А железнодорожники сыграли два матча с московскими торпедовцами — за первый круг и за второй. Первый проиграли, но нелогично, не по делу, объективно «Локомотив» тогда был сильнее. Однако в решающий момент истинное джентльменство проявил Иван Моргунов, которому нужно было просто мягко сфолить против Валентина Иванова, прорвавшегося к воротам железнодорожников. Технарь и умница Иванов, умело прикрывая мяч корпусом, вышел на опасную позицию, а Моргунов бежал и бежал, тщетно пытаясь отобрать у него мяч. Наконец Иванов передал мяч Славе Метревели, тот с ходу и вогнал его в дальний от Маслаченко угол. Потом уже на укоризненный тренерский вопрос: «Почему же ты не остановил Иванова пусть даже ценой нарушения?» — Моргунов ответил: «Я настолько уважаю его, что не мог пойти па это». А ведь Моргунов далеко не всегда отличался джентльменской игрой. Случалось, и удаляли его…

То, что «Локомотив» был в ту нору сильнее, чем «Торпедо», подтвердила их следующая игра, состоявшаяся через несколько дней. Железнодорожники победили легко и убедительно.

В Москву обе команды возвращались в одном поезде. Ехал с ними и Григорий Федотов. К тому времени почти наверняка было известно, что Борис Аркадьев на следующий год должен принять армейскую команду, где вторым тренером будет, видимо, Федотов. Так Григорий Иванович и отправился в Тбилиси — для просмотра игроков. В пути он энергично отмечал окончание сезона. Жить ему оставалось веет несколько дней.

В Большом доме на ковре

По итогам чемпионата страны 1957 года «Локомотив» занял четвертое место, уступив третье спартаковцам. Если учесть, что в том сезоне железнодорожники выиграли еще и Кубок страны, сезон для команды явился поистине триумфальным. Владимир Маслаченко был включен в состав кандидатов в сборную команду Советского Союза. Здесь будет интересно назвать имена наиболее известных голкиперов команд высшего дивизиона, игравших в тот период: «Динамо» (Москва) — Л. Яшин, В. Беляев; «Спартак» — В. Ивакин; ЦДСА — В. Лисицын, Б. Разинский; «Динамо» (Киев) — Е. Лемешко, О. Макаров; «Торпедо» (Москва) — А. Денисенко; «Динамо» (Тбилиси) — С. Котрикадзе, Д. Маргания, М. Пираев; «Зенит» — Н. Денисов, З. Шехтель; «Локомотив» — В. Востроилов, В. Кублицкий; «Шахтер» — И. Бубличенко, Н. Гарбузников. Любителям футбола старшего поколения эти имена скажут о многом. В этом ряду 21-летний Владимир Маслаченко был определен как один из трех лучших.

А еще он выполнил норму мастера спорта. На фоне успехов, достигнутых нашим героем, про получение им этого звания можно было бы и не говорить. Но это был его отдельный большой праздник, который, правда, состоялся не сразу. Дело в том, что звание «мастер спорта» присваивалось только значкистам ГТО второй ступени. Маслаченко был «носителем» этого звания, но удостоверение значкиста осталось на родине, и добраться до него не было никакой возможности.

И он решил сдать нормы снова. На стадионе в Люблино он бегал, прыгал, толкал ядро, чем вызвал у рядовых советских физкультурников и зрителей немалое изумление, ведь его уже хорошо знали. Так он получил значок «Мастер спорта СССР». Носил он его на самом лучшем своем костюме.

Тогда же в 1957 году была сформирована сборная молодежная команда Советского Союза, и Маслаченко впервые вышел па поле с буквами «СССР» на груди. Буквы из белого фетра ему торжественно вручили перед первой его игрой в этом новом качестве — с командой Польши — и рекомендовали нашить на груди. Но буквы потемнели уже во время разминки. Через час после игры молодежных команд СССР и Польши на ноле вышли первые сборные тех же стран, и Маслаченко увидел, что на фуфайке Яшина нет вообще никаких букв, вратарь номер один сам так решил: к чему их пачкать? Он это чувство гордой новизны уже прожил.

Ну, а кепка па голове Льна Ивановича в ту пору неизменно имела место. Как, впрочем, и на голове Владимира Никитовича. Вряд ли этот головной убор играл какую-то функциональную роль во вратарском деле. Скорее, то была дань традиции, моде, неизвестно с кого начавшейся. Позже кепки как-то сами незаметно отошли, облетели, словно осенние листья с деревьев, а пока что вратарь и кепка были так же неразлучны, как судья и свисток. Маслаченко, всегда и во всем склонный к изысканности, предпочитал кепку-букле с резинкой, купленную в Риге…

После встреч в Москве обеим сборным предстояли игры на польской земле. Однако перед самым отъездом наш вратарь узнал, что должен задержаться в родной столице — его неожиданно пригласили для беседы в ЦК КПСС. О том, что в эту серьезную организацию обычно вызывают перед поездками за границу, он знал не понаслышке. Но удивление вызывало то, что приглашали его одного. Однако он даже не задумывался о причинах вызова, не терялся в догадках, а потому и не волновался.

Был жаркий солнечный день, и он счел возможным прийти в знаменитый дом на Старой площади в вельветовых брюках, купленных незадолго до этого в Швеции, в яркой рубашке из ткани батик, изготовленной из пальмовых листьев и помогающей легче переносить жару. Наверняка от глаз вызвавшего его инструктора по фамилии Молчанов не ускользнули яркие носки голкипера и изящные мокасины. Молча оглядев его, товарищ Молчанов без долгого вступления изложил существо вопроса. Итак, «им» стало известно, что он, Владимир Маслаченко, неправильно ведет себя в личном общении с другими футболистами. Это, в частности, выражается в охаивании нашей государственной политики в области сельского хозяйства. Причина этих взглядов кроется, прежде всего, в его незнании политэкономии, а также в низком уровне его патриотического воспитания. Владимиру, конечно, интересно было узнать об источнике этой странной информации, однако он сдержался и спрашивать не стал. Вместо этого он решил поделиться личными впечатлениями о многочисленных украинских картинах: несметные горы яблок и груш, гнивших из-за того, что нет ящиков для их сбора и транспортировки; целые ноля испорченных арбузов, так и не дождавшихся автомашин; десятки, сотни тонн прекрасных помидоров, которые приходится закапывать в землю, так как для сбора и вывоза нет ни людей, ни транспорта. И при этом военно-транспортные самолеты постоянно летают в Москву порожними.

Владимир сказал: «Мне кажется, что для понимания этого положения в сельском хозяйстве вовсе не обязательно знать политэкономию, по которой, кстати сказать, я, учась в медицинском институте, имел оценку "отлично"».