Элмер Поттер - Адмирал Нимиц

Ранним утром 10 августа Нимиц получил сообщение от адмирала Кинга, начинавшееся словами: «Это — вестник мира». Далее говорилось о том, что японцы уведомили Вашингтон через швейцарское правительство, что они намерены принять условия Потсдамской Декларации — при условии, что она не нанесет ущерба исключительным правам императора как правителя. США согласились с тем, чтобы японцы сохранили своего императора; но его власть подлежала рассмотрению Верховным командованием союзных сил — до тех пор, пока в Японии не появится ответственное правительство, избранное путем свободного волеизъявления японского народа. Госдепартамент США ожидал согласия на эту уступку со стороны Великобритании, Китая и Советского Союза.

Некоторые советники президента Трумэна рекомендовали прекратить огонь до времени окончательных переговоров, но Трумэн настоял на том, чтобы продолжать давить на японцев — с тем чтобы они не требовали новых уступок. Согласно этому приказу, 21-я группа бомбардировщиков Лемея начала загрузку В-29 для очередного налета. Хэлси отдал по радио приказ своему флоту о целях на северном Хонсю — начать движение и атаковать зону около Токио. Нимиц временно отменил этот приказ; затем, поскольку из Японии не последовало никакого ответа, приказал Хэлси двигаться вперед. Операция была проведена 13 августа; самолеты Третьего флота разрушили несколько сотен вражеских самолетов. Утром 15 августа Хэлси отдал приказ о следующем налете на Токио и уведомил об этом Нимица. Спустя 2 часа он получил срочную депешу от главнокомандующего Тихоокеанским флотом: «Приостановить воздушные атаки».

Ранним утром капитан Лэйтон был вызван в свой кабинет в штабе ГКТОЭ. Специальный телетайп, с которым имел право работать только он, защелкал в своей кабинке. Лэйтон вставил одноразовую ленту, и машина выдала сообщение на понятном языке. Сообщение было от Ор-20-G, работавшим с командующим морскими операциями, и содержало японское сообщение, посланное через швейцарское и шведское правительства, о принятии Потсдамской Декларации.

Как только передача завершилась, Лэйтон вызвал связиста и сказал: «Вышлите по серийному номеру уведомление о получении и сохраните копию». Он оторвал верхний лист депеши и бросился к Нимицу. Было около 7:20 утра.

Торопливо Шагая мимо Ламара, Лэйтон сказал: «Это — самое важное», и вошел в кабинет 00 без доклада.

Адмирал Нимиц сидел за столом. «Что это?» — спросил он.

«Вот», — сказал Лэйтон и протянул ему депешу. Нимиц взглянул на бумагу и улыбнулся: «Только что получил такую от адмирала Кинга». Несомненно, послание Кинга было сообщением о капитуляции Японии.

Адмирал Нимиц, говорил потом Лэйтон, «не выглядел именинником и не скакал от радости, как другие офицеры штаба. Он едва улыбнулся своей особенной, сдержанной улыбкой… как если бы он знал, что так и должно было быть, и ждал этого — и, я уверен, он действительно об этом знал. Он знал, что Япония побеждена, и недавно повторил это несколько раз».

После того как было передано официальное заявление президента о том, что, как он полагает, ответ японцев означает, «полное принятие Потсдамской Декларации, которая настаивает на безоговорочной капитуляции Японии», адмирал Нимиц передал приказ своим подчиненным в тихоокеанских зонах: «Прекратить наступательные операции против японских войск. Продолжать дозоры и патрулирование. Поддерживать меры по обороне и внутренней безопасности на самом высоком уровне; остерегаться вероломных нападений и последних атак со стороны неприятельских войск или отдельных лиц».

Когда адмирал Хэлси, бывший за пределами Японии, услышал о том, что война кончилась, он завопил «Ура!» — и принялся хлопать по плечам всех, кто оказался рядом с ним. Он приказал поднять флаги на своем корабле, «Миссури», и его четырехзвездный флаг взвился на мачте; на минуту были включены все гудки и сирены. На остальных кораблях последовали его примеру. Хэлси приказал поднять сигнал «Хорошо». Тем не менее он принял меры по сохранению воздушного патрулирования; камикадзе могли нанести последние удары по чести победителей. Пилоты в воздухе получили указание от Хэлси: «Выслеживать и сбивать все самолеты-шпионы — но не мстительно, а по-дружески».

В тот же день Нимиц распространил другое сообщение во всех войсках, находящихся под его командованием:

«В связи с окончанием военных действий против Японии всем офицерам вменяется в обязанность вести себя вежливо и с достоинством в отношениях с японцами, а также быть вежливыми в публичных заявлениях, связанных с ними. Японцы продолжают оставаться теми, кто чудовищным нападением на Тихоокеанский флот развязал войну и кто бросил наших братьев в тюрьмы, на муки, голод и убийства. Тем не менее употребление оскорбительных эпитетов по отношению к японцам — как к нации или к отдельным лицам — сейчас недостойно офицера военно-морских сил США. Офицеры Тихоокеанского флота должны принять меры к тому, чтобы те, кто находится под их командованием, вели себя подобающим образом. Фамильярность и оскорбительные выпады недопустимы».

По радио было объявлено, что президент Трумэн назначил генерала Макартура верховным командующим союзных сил и приказал ему организовать и провести церемонию сдачи, а также последующую оккупацию Японии. «Неплохо», — пробормотал адмирал Нимиц; он был явно раздражен. Это не значило, что он хотел командовать оккупацией. Он хотел вернуться в Штаты и стать командующим морскими операциями. Но он был против того, чтобы отдавать все в час победы сухопутному офицеру, тогда как основная тяжесть войны с Японией легла на флот.

Военно-морской министр пришел на помощь флоту, заявив, что если уж церемония подписания Акта о капитуляции будет проводиться сухопутным офицером, то проводиться она должна на борту военного корабля. Он предложил, чтобы им стал «Миссури», названный в честь родного штата президента Трумэна и крещенный его дочерью Маргарет. Форрестол также добился согласия Госсекретаря на то, что если Макартур должен подписать Акт о капитуляции как представитель союзных сил, то адмирал Нимиц подпишет Акт как представитель Соединенных Штатов.

Адмирал Хэлси был доволен, узнав, что его флагманский корабль станет сценой события исторической важности. Он отправил в музей Военно-морской академии запрос о присылке ему на время американского флага, под которым коммодор Мэтью Колбрейт Перри вошел в Токийский залив в 1853 г. Просьба была удовлетворена, и специальный посланец вручил флаг Хэлси, который приказал укрепить его на балке над палубой-верандой, где должно было происходить подписание Акта.