Сэм Ваагенаар - Мата Хари

Перед Мата Хари встала серьезная проблема.

Ей уже было за тридцать. Она начала задумываться, по-прежнему ли ее тело излучает со сцены былую притягательную силу. И она всерьез подумывала над тем, чтобы выбросить все свое прошлое за борт и начать танцевать в длинном платье со шлейфом.

Мата Хари серьезно разозлилась, увидев, что ее имитируют во множестве парижских варьете. Это огорчение она выразила в маленькой речи, произнесенной во время благотворительного спектакля в пользу пожилых актеров, состоявшегося 20 сентября 1908 года в Понт-о-Дам. Мероприятие было организовано Бенуа Констаном Кокленом (известным как исполнитель роли Сирано де Бержерака. Позднее он с Сарой Бернар играл в «Орленке»). Эта маленькая речь оказалась настолько примечательной, что ее опубликовал британский журнал «Эра»:

«Два с половиной года назад я впервые выступила на частном мероприятии в Музее Гиме. С того достойного внимания дня появилось все больше и больше дам, вынырнувших из ничего, и прославлявших меня своими имитациями. Мне действительно льстили бы эти знаки внимания – если бы представления были правильными с точки зрения науки, искусства и эстетики. Но, к сожалению, о них такого сказать нельзя».

Затем Мата Хари в очередной раз открывает шлюзы для потоков своей неуемной фантазии:

«На Яве, родившись среди чудесных тропических лесов, я с самого раннего детства изучила глубокое значение этих танцев, выражавших собой культ, религию. Только тот, кто там родился и вырос, проникнут их религиозным духом, и может придать им ту серьезную ноту, которой они достойны. Я объехала весь Восток, но я могу только сказать, что нигде не видела женщин, танцевавших со змеей в руках или с чем-то подобным. Такое я впервые увидела в Европе. И должна признаться, что меня это очень удивило. Восточные танцы, которые я видела и изучила на моей родине – на Яве, вдохновлены цветами. От этого они и получают свою поэзию». (Это, конечно, было хорошей рекламой ее танца «Легенда о розе».)

«В прошлом году я встретила в глуби России одну даму – еще одну из этих псевдо-восточных танцовщиц, которая совершенно серьезно называла себя „жемчужиной Востока“. Я не могла удержаться от замечания: – Если есть настоящие жемчужины, как же не быть имитациям!»

Эта речь – единственный намек на то, что Мата Хари в период между своим возвращением из Египта и последовавшим примерно через восемь месяцев появлением в Париже, возможно, совершила путешествие в Россию. Но она же утверждала, что была в Египте и в Индии! В голове Мата Хари настолько смешались фантазия и реальность, что в результате никто не знал с уверенностью, что правда, а что нет. Таким образом, коктейль ее жизни все больше и больше становился смесью правды, полуправды и чистых выдумок.

Мата Хари в то время уже вполне обеспеченная дама. В ее распоряжении всегда есть большие суммы денег. 4 октября 1908 года на Больших осенних скачках в Лонгшампе она появляется в изумительном бархатном платье с большой муфтой. Она привлекает внимание фотографов и всех парижан. Вскоре после этого ее снова видят в Лонгшампе «в возбуждающем воображение плотно обтягивающем платье из синего шифонового бархата, отороченном шиншиллой».

Для Габриэля Астрюка не возникало в те годы труда найти для нее выгодный ангажемент. Мата Хари больше не нуждается в выступлениях только ради денег. Она участвует в одном благотворительном спектакле за другим: студенческом празднике «Gala des Pupilles», выступление в доме месье и мадам Гиме, выступление в честь барона Курино, японского посла. В августе она танцует в пользу бедняков Ульгата в Нормандии. В конце года, по ее утверждениям, она совершает второе путешествие в Египет. (В этот раз поездка состоялась исключительно в ее фантазиях.) По крайней мере, в прессе можно было прочесть об этом (что было неправдой) – перед тем, как она выступила в театре «Фемина» 6 февраля 1909 года. В рамках благотворительной деятельности она танцевала для госпиталя «Клементина» в Софии. В программе была болгарская музыка, болгарский танец, болгарские студенты в болгарских костюмах. Затем была «Орхидея», танец в исполнении знаменитой Мата Хари, в жилах которой течет смесь голландской, яванской, мадуранско-балийской и индийской крови. Только болгарской крови не было совсем.

Мата Хари стала признанной звездой танца. Она прочно завоевала себе место (согласно газете «Музыка», аккуратно подклеенной в альбом) среди таких знаменитостей как Клео де Мерод (официальная любовница бельгийского короля Леопольда IІ), Айседора Дункан, Лойе Фуллер, Лола Монес (ирландская танцовщица, любовница баварского короля Людвига І и одновременно причина его падения) и Каролин «Ла Белль» Отеро.

Репертуар ее дополнился еще одним танцем – «Кечубунг». По «Дэйли Мэйл» это цветок, «который расцветает и погибает за одну ночь», а исполнение Мата Хари стало «чудесной иллюзией».

Что делала Мата Хари в оставшиеся месяцы 1909 года? Очевидно, немного, разве что позировала для картины художника Поля Франц-Намюра. (Это следует из ее альбомов.) Возможно, ей надоели многочисленые благотворительные мероприятия, цветы, которые цвели и гибли, и затягивающиеся на всю ночь званые ужины. Она ждала чего-то большего, ждала изменений.

Изменения наступили в 1910 году, когда сцена снова позвала ее в Монте-Карло. Директор парижского театра «Одеон», месье Андре Антуан, ставил пьесу франко-алжирского автора Шекри-Ганема. Она называлась «Анчар». Действие происходило «где-то в Аравии». Третий акт состоял из балета, который танцевала одна единственная героиня – Клеопатра. Кто мог бы сыграть ее лучше чем Мата Хари, подумал месье Антуан.

7 января состоялась премьера. С помощью музыки Римского-Корсакова представление, как всегда, оказалось успешным. «Огненный танец» Мата Хари побудил парижскую газету «Матен» написать, что она «показала прекрасное исполнение, яркое, мистическое и выразительное».

После того, как статья парижского журнала «Комедия» поставила ее на первое место и назвала «бесспорной королевой старинных танцев» – высоко оценивая ее выступление на новогоднем бенефисе в театре «Аполло» в Париже, уже никто не сомневался в ее танцевальных способностях.

ГЛАВА 7

Тут начинается самый удивительный период в жизни Маргареты Гертруды Зелле Мата Хари леди МакЛеод, знаменитой индийской танцовщицы.

Мата Хари внезапно исчезает. Ее пути теряются в полной темноте. И многим авторам, попытавшимся пролить свет на этот период, это не удалось. Больше года о ней все молчат. Уехала Мата Хари заграницу? Заболела? Где она была все это время?

Много лет меня волновала фотография в альбоме Мата Хари, которую она подписала «Мой золотой замок». Когда Анна Линтьенс мне тогда в Голландии доверила эти альбомы, то дала и открытку с изображением этого самого «шато».