Вячеслав Бахирев - Конструктор В. А. Дегтярев

Вся подготовительная работа по строительству завода осуществлялась датчанами через посредничество Первого русского акционерного общества ружейных и пулеметных заводов, возникшего на базе Петроградского филиала шведской фирмы «А. Джонсон и К0»[40]. Из Копенгагена в Петроград одна за другой летели телеграммы, свидетельствовавшие о большой спешке начатой кампаний, Которая сулила датским предпринимателям большие барыши.

Однако, как свидетельствуют материалы специальной комиссии, созданной для обследования завода в 1919 г., русское правительство не пожелало, чтобы новый оружейный завод находился в руках иностранцев. Датский оружейный синдикат вынужден был продать подряд на строительство завода Первому русскому акционерному обществу ружейных и пулеметных заводов. Для ведения дел было выбрано смешанное русско-датское правление. При этом датский синдикат должен был предоставить заводу специалистов, заказать и поставить станки, а также субсидировать завод до начала получения авансов от русского правительства.

Распределение функций между русской и датской частнопредпринимательскими организациями чрезвычайно усложняло и запутывало ведение дел, вызывало частую смену администрации завода. Так, меньше чем за два года на заводе сменилось три главных директора, два коммерческих директора и технический директор. Неразбериха в управлении, отсутствие четкости и слаженности в работе отрицательно сказывались как на ходе строительных работ, так и на налаживании производства.

Непосредственно строительство завода было начато 27 августа 1916 г. Все строительные работы были поручены петроградской строительной фирме инженера И. Н. Квиля и велись под руководством старшего инженера С. И. Оршанского. Фирма обязалась возвести три основных производственных корпуса к 1 февраля 1917 г.

Однако строительство затянулось надолго. К осени 1917 г. были возведены стены и положены железобетонные перекрытия первого производственного корпуса «А». Из заказанных за границей станков была доставлена лишь часть, остальные из-за осложнившейся международной обстановки застряли где-то в Скандинавии. Были закуплены сталь, материалы, прибыла часть калибров, инструментов и приспособлений, изготовленных в Копенгагене. На все это потребовались значительные средства, которых ни Первое русское акционерное общество ружейных и пулеметных заводов, ни датский оружейный синдикат изыскать не могли.

Для более быстрого налаживания производства еще в 1916 г. было принято решение о строительстве временного деревянного корпуса «Б». В ноябре 1916 г. он был построен и в нем началась установка оборудования, причем значительно медленнее, чем это предполагалось.

Анализируя впоследствии причины неудач, постигших завод, В. Г. Федоров, в частности, отмечал:

• Основная, правильная сама по себе идея, положенная в то время в основание завода, а именно, возможность скорейшей «пересадки производства» путем привлечения опытного персонала и переноса базы установки с датского завода на деле ввиду внешнеполитических осложнений оказалась одной из самых главных причин громадных затруднений и крайней медленности установки производства. Во время войны в 1917 г. в России уже были использованы все имеющиеся технические силы — инженеры, мастера, квалифицированные рабочие; для нового завода их можно было сманивать лишь с других заводов или приглашать из-за границы.[41]

Строительство пулеметного завода началось в тревожное для царской России время. Империалистическая война, огромной тяжестью обрушившаяся на плечи трудящихся, крайне обострила классовые противоречия в стране. По всей России накапливались могучие революционные силы, чтобы свергнуть ненавистный самодержавный строй. Неспокойно было и в Коврове, где велось строительство завода. Голод, отсутствие топлива, жестокая эксплуатация делали жизнь рабочих невыносимой.

Крайне тяжелым было положение рабочих пулеметного завода. Здесь особыми привилегиями пользовались датчане; оплата их труда была выше, жили они в удобных квартирах, обставленных специально выписанной из-за границы мебелью, на заводе для них было организовано отдельное питание. Русских же рабочих нанимали лишь на самые тяжелые и низкооплачиваемые работы.

Известие о свержении самодержавия рабочие и солдаты Коврова встретили с ликованием. 28 февраля уездный комитет РСДРП (б) провел демонстрацию, к которой присоединился расквартированный в городе 250-й пехотный полк. Не остались в стороне от революционного движения и рабочие-оружейники нового завода.

Большая заслуга в этом принадлежит Николаю Самуиловичу Абельману (1887–1918). Принятый на завод в феврале 1917 г. в качестве заведующего технической конторой по постройке завода, молодой инженер-механик с первых же дней завоевал среди рабочих авторитет и уважение. Член КПСС с 1913 г., активный участник революционного движения С. А. Чистов писал о нем:

• Рабочие знали Абельмана и уважали его. Всегда аккуратный, подтянутый, он производил хорошее впечатление. Николаю Самуиловичу не более 35 лет. Роста он, пожалуй, несколько выше среднего, брюнет с правильными чертами лица, с небольшими усами и умными глазами…

На рабочих собраниях Николай Самуилович сосредоточен и порывист. Свою речь он начинает, еще входя на трибуну. «Этот в карман за словом не полезет», — говорили про него рабочие.[42]

5 марта 1917 г. на первом легальном собрании городской партийной организации, состоявшемся на квартире большевика И. С. Агапова, Н. С. Абельман был принят в партию. Активный участник революционного движения, член Ковровского уездного комитета РСДРП (б), а позднее бго председатель, Н. С. Абельман проводил большую агитационную работу среди рабочих своего завода. На пулеметном заводе работало немало меньшевиков и эсеров, которые всячески старались дискредитировать большевиков в глазах рабочих, подорвать их растущий авторитет. На заводских и городских митингах и собраниях Н. С. Абельман часто вступал в яростные схватки с ними.[43]

После свержения царизма на заводе были избраны комиссии рабочего контроля и заводской комитет.

Несмотря на сильное влияние меньшевиков и эсеров, эти выборные заводские организации играли заметную роль в борьбе рабочих за удовлетворение своих экономических требований. С 20 марта при непосредственном участии завкома была налажена выдача всем рабочим и служащим эавода печеного черного хлеба (два фунта в день) по специальным карточкам с семью талонами, соответствующими дням недели; стоимость хлеба удерживалась из заработной, платы. Администрация, напуганная ростом революционных настроений в рабочей среде, вынуждена была считаться с требованиями, предъявляемыми заводскими рабочими организациями.