Калмер Мэри - Шэрон Стоун

Съемки были рассчитаны на 10 месяцев. Шэрон Стоун участвовала в сценах, снимавшихся пять месяцев. Ей приходилось упорно работать и постоянно доказывать, что она достойна уважения Арнольда. Она говорила: «Это было трудно, но я сумела — вот почему мне понравилась эта роль».

Приехав в Мексику, Шэрон продолжала тренироваться в прежнем режиме в отеле Мехико. Она тренировалась до изнеможения, это была настоящая мужская работа, по ее словам — «работа настоящего мачо». Она обрела силу и могла ударом ноги опрокинуть осла. Сцены драк с Арни были изматывающими, но приносили удовлетворение от хорошо сделанной работы.

После съемки большой сцены борьбы с Арни, в результате которой он убивает ее со словами: «Будем считать это разводом», — он показал Шэрон огромный синяк на ноге и сказал: «Я снялся в целой куче фильмов «экшн», я прошел через джунгли, поборов всех этих монстров, а теперь — смотри, что ты мне сделала?!» Она вспоминает, что действительно гордилась этим. Некоторые члены съемочной группы признавались в своих предположениях, что Арнольд, эта гора мышц, побаивался Шэрон Стоун, которая с неподдельной яростью пинала и колотила его.

Хотя в фильме Шварценеггер был очень жестким, Шэрон говорила, что в действительности он был самым большим ребенком, которого им доводилось когда-либо встречать.

Во время съемок из Лос-Анджелеса приезжала жена Арнольда Мария, чтобы сообщить ему, что у него вскоре родится первенец. Она вспоминала, что при знакомстве с Шэрон Стоун та показалась ей довольно застенчивой: «Она была совершенно непохожа на то, что о ней могли подумать. В Шэрон была некая мягкость, о которой, по-моему, люди не знали; они были заинтригованы ее имиджем и не знали ее как человека».

Долгие натурные съемки в Мексике повлияли на многих членов группы. Всем было плохо от загрязненного воздуха и воды. Ежедневно от одного до десяти человек тошнило. Верхувен сам страдал от плохого сна и становился все более и более раздражительным. Он вспоминал: «Сначала я стал терять самообладание, затем появился гнев, а потом я уже орал и визжал».

Вот здесь и подключался Арни. Он оказывал действенную помощь благодаря своему позитивному настрою. Он стремился собрать всех воедино, кому-то наливал наперсток шнапса, для других включал успокаивающую музыку, подбадривал и поддерживал тех, кто в этом нуждался. Верхувен так втянулся в работу над проектом, что уже ни при каких обстоятельствах не мог его бросить.

Шэрон успокаивать не приходилось. Еще со времен ее африканской эпопеи она знала, что в период длительных съемок на натуре очень помогает сказанная к месту шутка. Шэрон вспоминает: «С самого начала я часто подшучивала над Арни. Как-то мы репетировали постельную сцену в номере отеля, Арнольд лежал на кровати, а Пауль стоял, нагнувшись над ним, ероша ему волосы и объясняя мне, как ему видится эта сцена. Я сказала: «Мне кажется, лучше оставить вас вдвоем, парни. Вы так мило смотритесь вместе!»

В какой-то момент работы над фильмом Шэрон позвонили в номер и сообщили: «Ты знаешь, а ты Арнольду не нравишься». Ее возмутило не само это заявление, а тот факт, что никому и в голову не пришло поинтересоваться ее мнением об Арнольде. Она перезвонила доброжелателю и заявила: «А кого-нибудь интересует, нравится ли мне он? Или в расчет берется лишь его мнение, потому что он — большая звезда?»

Конечно, Шэрон и Арнольда нельзя было назвать лучшими друзьями. Но они были так похожи друг на друга, и просто удивительно, что они не стали ими. Арни был целиком поглощен съемками. Ему хотелось, чтобы каждый участник фильма чувствовал себя частью проекта.

Он достиг всего, чего хотел. В 20 лет он стал «Мистером Вселенная», а в 42 года (1989) — «Мистером Голливуд». Теперь он жует сигары стоимостью в восемь долларов за штуку, как маститые голливудские магнаты, а его личное состояние оценивается в более чем 100 миллионов долларов. Он — владелец нескольких компаний, поместий в Калифорнии и Колорадо, совладелец нескольких компаний бодибилдинга по переписке. В 1987 году после восьмилетнего романа он женился на представительнице клана Кеннеди Марии Шрейвер, но при этом остался верным республиканцем, хотя и возглавлял личную спортивную программу бывшего президента Джорджа Буша.

Шварценеггер — пример воплощения «американской мечты»: «Мы много разговаривали во время съемок. Мне казалось, что наши цели были очень схожими. Мы оба родом из скромных мест и оба хотим многого добиться в кино. От него я узнала, что актер просто вынужден продавать себя. Мы не были близкими друзьями, но я многому у него научилась».

Она поняла, почему у Шварценеггера был собственный персональный гимнастический зал на съемках фильма «Вспомнить все». Он объяснил ей, что еще со времен первых занятий бодибилдингом усвоил: если ты. хочешь иметь отличное тело, то должен тренироваться по четыре часа в день, иметь специальную диету, больше спать, идти на определенные жертвы — и в этом нет перерывов… Если ты чего-то хочешь, то пройдешь через все — чего бы это тебе ни стоило — и научишься тому, чему нужно.

Разумеется, Арни никогда не говорил, что Шэрон ему не нравится. Вот его отзыв: «Поставить этот фильм было очень трудно, но все чему-то научились во время съемок. Шэрон Стоун была превосходна в этой роли, и мне кажется, что все удалось благодаря стараниям всех нас — Шэрон, Пауля и моим. Шэрон знала, что мы не прибегали к монтажу. Она выполняла свою работу, и от нее зависели другие. Мне кажется, этот фильм ее многому научил».

Огромный вклад в постановку фильма внес Роб Боттин — гример и постановщик специальных эффектов. Его высоко ценили и режиссер, и Арнольд, и сценаристы. Еще будучи учеником, он ассистировал Рику Бейкеру в сцене в баре в «Звездных войнах». Затем он работал над фильмом «Вой», где разработал эффект разверзающейся земли в процессе превращений оборотня. Следующая его работа — дизайнер в фильме «Робокоп».

Зачастую в сценарии «Вспомнить все» эффекты описывались весьма туманно, и Боттину приходилось их разрабатывать и осуществлять. Верхувен говорил, что с профессиональной точки зрения Боттин был невероятно творческим человеком. Именно Боттину принадлежала идея постепенного раздвоения лица, идея составной картинки-загадки, от которой лопалась голова. Блестящим трюком оказался и жук, выползавший из носа Куэйда. Роб сказал Паулю: «Давайте сделаем его больше, чем сам нос». В сочетании с красным светом это создавало впечатление чего-то фантастического, а не гнусного. Роб создал сложнейшего, управляемого с помощью компьютера робота для роли марсианского предводителя мутантов. Вместе с Верхувеном они бились над созданием робота — водителя автомобиля. Роб придал ему облик рабочего бензоколонки 50-х годов и с помощью компьютера соединил движения с речью актера так, чтобы слова совпадали с артикуляцией.