Василий Филиппов - Юлиус Фучик

Большое впечатление на Юлека произвело посещение замка Троски (буквально «развалины» — руины замка. — В. Ф.), в котором умер герой гуситских войн Ян Жижка. Он всегда выходил победителем на поле боя и завещал, чтобы после смерти с него была содрана кожа и чтобы эту кожу натянули на барабан, который будет созывать на продолжительную битву с врагами. Все пять крестовых походов в Чехию, организованных папой и германским императором, закончились позорным крахом. Героическая история гуситов до глубины души взволновала Юлиуса. Эта история становила и укрепляла нравственный облик народа, была его исторической памятью, праздничными одеждами его души. Все, буржуазия и мещане, отдавали должное Гусу, Жижке, принимали участие в торжествах, посвященных гуситскому движению и Табору. Но Юлиусу приходилось не раз слышать такие слова: «Слава богу, что гуситство было сотни лет назад. Ведь гуситы были тоже своего рода большевиками». Фучик долго раздумывал над увиденным и написал стихотворение «Руины», написал в монументальной манере поэтов-романтиков эпохи чешского Возрождения. В разговоре Панны и Бабы (так образно назвал народ скалистые утесы, на которых некогда возвышались неприступные твердыни) с человеком вспоминаются песни гуситских воинов и их полководец Ян Жижка. Стихотворение полно веры в творческие силы и способности чешского народа и его славное будущее:

Шел гений, шла вся мощь земли великой,А та восстала против этой силы.То был могучий взлет души богемской,А я взирала хладно, безучастно.Поняв так поздно, лишь жалеть могу я,Что не смогла быть родине полезной.Один лишь раз взошло дерзанья солнце.Один лишь раз и больше не вернется!                                                     Эхо:Один лишь раз? И больше не вернется?

Фучик ходит на собрания и лекции объединенного комитета рабочих и учащихся средних и высших учебных заведений. Лекции читались на самые разнообразные темы: «Необходимость объединения молодой интеллигенции», «Введение в теорию социализма». Здесь проводились беседы по изобразительному искусству, диспуты о религии, о политике, излагались программы различных политических партий. Пытливая мысль Фучика упорно ищет ответа на вопросы, которые рождались в спорах тех лет. Читая Масарика и Каутского, он интересовался Флейшнером, Жоресом и модным в то время Ницше. Рабочий «Шкоды», один из основателей коммунистической организации в Пльзене, говорил: «Голова этого парнишки была забита Масариком и Флейшнером, и вопросы его всегда мучили такие, на которые мы не могли ему толком ответить».

Под давлением рабочего класса правительство осуществило в конце 1918 года ряд демократических преобразований: были отменены дворянство, ордена и титулы, узаконены свобода слова, печати, собраний, право на забастовку, введены 8-часовой рабочий день, пособие по безработице. Это на какое-то время успокоило рабочих, привело к спаду революционной борьбы, однако это было затишье перед бурей…

Большинство обещанных социальных реформ, касающихся национализации промышленности, аграрной реформы и демократизации государственных институтов, оставалось пока на бумаге. Буржуазия не собиралась их проводить, собирала силы для решительного наступления и лавировала. Основная масса рабочих не сразу увидела буржуазный характер республики, считала, что отсрочка демократических преобразований вызвана объективными международными условиями и саботажем отдельных лиц, а не самим классовым характером государства. Лидеры социал-демократии — самой сильной политической партии в стране — утверждали, что Чехословакия, по существу, уже не является капиталистическим государством и находится на прямом пути к социализму. Они распространяли иллюзии о преимуществах реформистского пути перед революционным, по которому пошли русские рабочие. Орган социал-демократов газета «Право люду» писала: «Трудящиеся нашей страны должны добиваться осуществления важнейших требований избирательным бюллетенем, а в случае особой неуступчивости классовых врагов у них есть такое средство, как забастовка».

Проходит совсем немного времени, и националистические иллюзии, радужные надежды начинают выветриваться на холодном ветру политической жизни, сменяться разочарованием.

Поднимают свой голос рабочие, особенно таких промышленных центров, как Кладно, Брно и Острава. Широкие массы рабочих переставали верить в «справедливую», «социализирующуюся» республику. Правительство напугано и угрожает, что будет «беспощадно преследовать как врагов родины всех, кто предпримет меры к беспорядкам или насильственному перевороту».

Среди рядовых членов социал-демократической партии растет недовольство политикой лидеров, которых трясина реформизма засосала настолько, что они выступили с заявлением о том, что партия «не имеет и не хочет иметь ничего общего с тактикой русских большевиков и немецких спартаковцев». Весной 1919 года возникает левое революционное крыло. По инициативе Б. Шмераля начинает издаваться еженедельник «Социал-демократ». В программной статье первого номера говорится: «Нашей целью является создание не буржуазно-демократической республики, а республики социалистической». Массовой базой Марксистской левой стала Кладненская организация, руководимая Антониной Запотоцким. Осенью 1919 года левая оппозиция настолько окрепла идейно и численно, что выступила на заседании представительства Чехословацкой социал-демократической партии с первым самостоятельным заявлением. «Уже давно пора, — говорилось в нем, — пробудиться от националистического угара тем слоям чешского рабочего класса, которые остаются безразличными к своей исторической роли, к тому, чтобы взять власть в государстве не только фиктивно, но реально и полностью…»

В рядах буржуазных партий все чаще начинают раздаваться голоса, требующие применения репрессий против наиболее активных представителей революционного рабочего движения. Ряд буржуазных газет потребовал предания возвратившихся из России коммунистов военно-полевому суду, призывали к физической расправе над ними.

Одним из центральных вопросов, по которому велась дискуссия в рядах социал-демократической партии и шло размежевание сил, стал вопрос об отношении к Советской России, к опыту русской революции, к большевизму.

В июле 1920 года в Москву выехала делегация Марксистской левой для участия во II конгрессе Коминтерна, в составе которой находился делегат от рабочих Кладно Запотоцкий. Делегаты неоднократно встречались с В.И. Лениным, другими представителями РСДРП (б) и зарождавшегося международного коммунистического движения. В.И. Ленин в беседе с членами чехословацкой делегации охарактеризовал основные проблемы и трудности, стоявшие на пути создания массовой коммунистической партии в Чехословакии. Члены делегации вернулись на родину, обогащенные ценным опытом революционной борьбы.