Юрий Жук - Вопросительные знаки в «Царском деле»

Ознакомительный фрагмент

Но как бы ни был хорош «метод перевода средств» с использованием банковской схемы, он всё же встречал определённые сложности при преобразовании западных валют в рубли.

Под пристальным взглядом британского майора Теренса Кейеса из Индийской армии (всего через месяц после назначения он стал полковником, а позже бригадным генералом и сэром Теренсом Кейесом), в чьих руках находился контроль банковской схемы, союзники начали интенсивную работу над созданием банковской инфраструктуры и облегчением конвертации валют. Но существовали огромные проблемы логистики. Банковская инфраструктура была незаконной с самого начала и до конца. Так что, когда документы приходили на место, все они оформлялись задним числом, что было необходимо для того, чтобы показать, что трансакции для различных владельцев в различных банках бывшей Российской Империи (включая и Сибирский торговый акционерный коммерческий банк) были выполнены до национализации таковых Советской властью. Быстрота же, с которой была внедрена эта схема, стала результатом героических усилий и постоянного внимания Т. Кейеса, поскольку в его секретной операции было много «несвязанных концов». И один из них – огромный платеж, который предстояло сделать в качестве «отступного» возглавляемому В. И. Лениным Советскому правительству.

Когда незаконная банковская схема всё же была построена, союзники действительно подверглись определённому риску, заключив секретное соглашение с В. И. Лениным, о котором говорил лорд Р. Сесил. Но именно с тех пор и началось строительство безопасного дома для Царской Семьи, за которым будут наблюдать люди, которые принимали активное участие и в банковской схеме. То есть «сцена» для предстоящих секретных операций была подготовлена.

В декабре 1917 года, когда большевики несколько упрочили свою власть, иностранные политические круги самого высокого уровня начали активизировать свою тайную деятельность. (К этому времени поступили новые сведения о том, что строительство дома в Мурманске завершено, а материальное обеспечение, необходимое для осуществления банковской программы, также готово.) В то же время из приведённой далее британской дипломатической телеграммы мы узнаём, что, помимо правительственных и военных организаций за границей, там имелись также и другие группы, которые вынашивали планы по отстранению от власти нового руководства России, так как повсеместные злоупотребления большевиков властью нарушали большинство основных правил, принятых в цивилизованном обществе. А их жестокое обращение с представителями чуждых классов не могло не действовать на нервы многим общественным и государственным деятелям Запада. Но пока высокопоставленные круги союзных государств, что называется, шлифовали свои планы, американские евреи начали действовать.

«Телеграмма 4006 от Спринг-Райса (британского посла в США. – Ю. Ж.), Вашингтон

В Военный кабинет и Его Величеству

Секретно.

Некоторые сионистские лидеры проинформировали меня в обстановке строжайшей секретности, что совместно с государственным департаментом США они подготовили агентов, чтобы послать их в Россию с целью свержения большевиков. Некоторые из этих еврейских активистов из Нью-Йорка. Миссия будет совершенно неофициальная».

И если телеграмма Спринг-Райса точна, то не исключена возможность, что к этому делу мог приложить свою руку и Якоб Шифф. (Ведь мы не забыли, какие недобрые чувства питал он по отношению к Царской России!) И, без сомнения, не без его, Шиффа, участия, японцы сумели одержать победу в войне против России в 1905 году. Ведь именно он, как никто другой, относился с особой ненавистью к Царской России, в которой, по его мнению, процветал геноцид по отношению к евреям. И поэтому он считал, что если японцы одержат победу, то это может привести к установлению в России более либерального правительства.

Но уже к концу 1917 года (даже несмотря на то, что немногим ранее он оказывал финансовую поддержку Л. Д. Троцкому) Шифф понял, что пришедшие к власти большевики во многом оказались хуже бывших царских сатрапов, а посему уже не питал былых надежд в отношении демократии и политики большевистского режима[25].

Изменение отношения Я. Шиффа к большевистской России совпало с подобным изменением и для многих его соратников. А примером сему – приведённая ранее телеграмма Спринг-Райса, которая наглядно показывает, как совершенно несопоставимые политические группы могли вдруг объединяться вокруг одной цели. Но если в первые дни прихода к власти большевики ещё могли убедить кого-то, что Советская власть не станет автократией, то теперь все поменялось. И все те, кто ранее верил в декларируемые большевиками идеалы, убедились в том, как на деле созданный ими режим подавляет свободу и инакомыслие. Но ещё больше их бывшие сторонники были ошеломлены безбожием и жестокостью, как самой революции, так и её лидеров.

Из телеграммы Спринг-Райса также становится ясно, как агент британской разведки Сидней Рейли смог вернуться в Россию[26].

Привлечение С. Рейли к банковской программе и план по свержению большевиков, как части двойной политики, находят подтверждение и в переписке секретаря У. Черчилля Арчибальда Синклера. Так, в одном из своих меморандумов он упоминает С. Рейли в качестве «правой руки» Кароля Ярошинского – русского миллионера и одной из ключевых фигур русской банковской программы, а также благодетеля Романовых в период их нахождения в Тобольске.

В то время, когда секретные агенты засылались в Россию в ноябре и декабре 1917 года, компания «Гудзонов залив» продолжала сборку дома, а секретные фонды начали перечислять средства в Россию для поддержки действий этих агентов. И именно поэтому согласованность их действий вовсе не является случайным совпадением, ведь фактически вся деятельность этой агентуры, связанной с домом, банковской программой и тайными операциями разведки, осуществлялась сообща сравнительно небольшой группой людей.

Свидетельством выполнения этими агентами порученных им заданий уже в 1917 году может служить и следующий факт – находящаяся в тобольской ссылке Государыня Императрица Александра Фёдоровна сумела тайно передать записку с планом первого этажа «Дома Свободы». Примечательно и то, что, предназначенная для Короля Георга V, сия записка была адресована экс-Императрицей на имя Своей бывшей гувернантки мисс Маргарет Джексон. А вот была ли эта записка ответом на послание от британской Королевской Семьи или была послана по инициативе самой Государыни, остаётся неизвестным.

Однако в свете новых фактов более предпочтительнее выглядит версия о том, что это был ответ на послание Короля Георга V, пытавшегося предпринять первые шаги по освобождению своих родственников. А то, что эта записка была передана, – факт, не подлежащий сомнению. Последовавший за Семьёй в Тобольск учитель английского языка Августейших Детей Чарльз Сидней Гиббс сохранил в своих личных бумагах копию этой записки с планом этажа. И если бы эта копия не сохранилась, мы так бы никогда и не узнали о существовании такой записки, поскольку местонахождение оригинала до сих пор неизвестно.