Алауди Мусаев - Шейх Мансур

6

До сих пор, по сути, не найдено ответа на вопрос: в чем состоит причина столь длительного и ожесточенного противостояния между северокавказскими народами, в том числе чеченцами, и Россией? Попытки объяснить это только религиозными противоречиями не слишком убеждают. Большинство чеченцев уже в XVII веке были мусульманами. Почему же тогда только в последней четверти XVIII века ислам становится официальной идеологией тех, кто противопоставил себя России и ее продвижению на Кавказ? Не следует при этом забывать и о том, что большое количество правоверных мусульман в то время спокойно проживало в самой России. Многие даже несли воинскую службу в русских войсках, в том числе и тех, которые действовали против бунтовавшей Чечни.

Главную роль в нарастании противоречий сыграло ужесточение колониальной политики России на Кавказе. При этом горцев тревожило и раздражало не само по себе проникновение русских. Главным было ограничение традиционных торгово-экономических и политических связей местных народов как между собой, так и с Турцией, Крымом и Персией. Российское наступление сопровождалось не только экономической блокадой, но и прямым захватом земель и жестокими карательными экспедициями против тех, кто пытался сопротивляться. Есть еще один важный момент, на который обратили внимание лишь немногие исследователи. В последней трети XVIII века все горское общество от Каспия до Черного моря охватил серьезный социальный кризис, связанный с падением роли старой аристократии и ростом влияния свободного крестьянства, именуемого в Чечне узденством.

Ядро всех чеченских восстаний, в том числе освободительного движения шейха Мансура, составляли бедняки, которым приходилось терпеть притеснения от местных владетелей и князей. Задолго до появления Мансура в Чечне, Дагестане и Кабарде здешние уздени много раз обращались с жалобами на притеснения со стороны своих владетелей. В своих прошениях уздени отмечали, что князья, попирая все обычаи и законы, захватывают у них баранов и быков; что они (князья), не спрашивая разрешения, берут у узденей лошадей и ездят на них; берут деньги и не возвращают; без разрешения хозяина заходят в дома, отбирают у родителей мальчиков и девочек и увозят их в свои дома, где держат в качестве слуг.

Российские власти, опиравшиеся в своей политике на горскую аристократию — князей и владетелей, — оставляли эти жалобы без внимания. Одной из причин этого была классовая солидарность — русские чиновники были дворянами и в любом регионе империи поддерживали знать в борьбе против «черни». Это придавало смелости горской аристократии, которая занималась беззастенчивым ограблением и притеснением своих же земляков. Все это, вместе с колониальной политикой империи, привело к мощному взрыву народной войны.

Таким образом, в последней трети XVIII века произошло то, что в корне изменило всю предшествующую картину отношений России с северокавказскими народами и прежде всего с Чечней.

Изменилась Россия. Изменилась Чечня. И они не ужились.

На заре этих грозных событий в чеченском селении Алды родился мальчик Ушурма. Этому мальчику через два десятка лет суждено было стать первым имамом Чечни и Северного Кавказа и войти в историю под именем шейха Мансура.

Глава 3

НАСЕЛЕНИЕ, БЫТ И ХАРАКТЕР

1

Во второй половине XVIII века чеченцы продолжали жить как в горах, так и на равнине. На западе они соседствовали с Малой Кабардой по реке Курп, далее граница шла по правому берегу Терека от станицы Галюгаевской до селения Амир-Аджи-Юрт. На востоке Чечня по рекам Аксай и Акташ смыкалась с землями кумыков. Река Акташ и Андийский хребет отделяли ее от дагестанского общества Салатау. На юге склоны Главного Кавказского хребта отделяли Чечню от Нагорного Дагестана и Грузии, а на западе она отделялась от земель ингушей рекой Ассой в верхнем ее течении. В целом территория Чечни составляла более десяти тысяч квадратных километров и делилась примерно поровну на гористую и равнинную части.

Достоверных данных о численности чеченцев в XVIII веке нет, потому определить эту цифру с достаточной точностью невозможно. Составитель книги «Описание Чечни» капитан Норденстам в начале XIX века писал: «Приблизительные сведения посему трудно собрать, ибо жители держат нас в заблуждении. Нарочно передают нам сведения в чрезмерно увеличенном виде или же в слишком уменьшенном, так что из рассказов трудно сделать какое-нибудь основательное исчисление народонаселения». Норденстам полагал, что в то время в Чечне (преимущественно в равнинной части) жило примерно 110–120 тысяч человек.

Современное жизни имама Мансура описание Чечни составил академик И. А. Гильденштедт. В своем обширном исследовании, переведенном с немецкого языка, ученый признается, что из многочисленных деревень, принадлежащих к Чеченскому округу, он сумел описать только некоторые: «Чечен, главная деревня нарочитой величины при Аргуне, в двадцати верстах от устья. Гидшгаул почти такой же величины, насупротив Чечена, Янгегерт при Сунже, Гадши-аул при Аргуне, Шактери, Шарейн, Тага, Докан, Атага и многие другие». По данным таких исследователей, как Н. Г. Волкова, Ш. Б. Ахмадов и Я. 3. Ахмадов, население Чечни в начале XVIII века насчитывало до 100 тысяч человек, а к концу века достигло 180 тысяч.

Помимо чеченцев на территории Чечни в современных ее границах проживали и другие народы, в том числе русские. В «Описании Грузии и Кавказа» академика И. А. Гильденштедта имеется глава «О российских селениях при Тереке». В ней сказано, что русские селения «все находятся на левом берегу Терека, начиная с восточного его направления или слияния с рекой Малкой… Вообще наперед заметим, что сей российский левый берег Терека составляет предел весьма обширной, безлесной равнины, которая от реки Кумы называется Куманской степью. Она вообще высока, маловодна, суха и имеет низменные плодородные места. Наиболее плодородна она наверху, около Моздока, к морю же, по причине умножающейся соляной почвы, плодородие ее мало-помалу уменьшается. Все селения по берегу реки Терек от Моздока до Червленой называются Моздокскою, а оттуда вниз Кизлярскою, обе же вообще Терекскою линиек»… Каждая станица состоит примерно из ста служилых казаков. Казаки станиц, начиная от Старогладской и выше до Червленой, именуются Гребенскими. Прежде жили они на хребтах или гребнях Передовых гор и сохранили свое название, хотя и переменили местопребывание… Ныне управляются они столь же порядочно, как и Донские казаки. Так же они одеваются, то же имеют оружие, таким же образом сражаются, только большей частью пешие, нежели конные, в чем сообразуются со своими неприятелями, жительствующими в горах. Летом большею частью выходят они на поле и живут в небольших черкесских юртах. Беспокойные горские народы держат казаков беспрестанно в военном состоянии, почему и недостает им ни времени, ни склонности к мирным упражнениям».