Поход без привала - Владимир Дмитриевич Успенский

А вот в личной жизни у Павла опыта почти не было. И когда нахлынуло большое чувство, понесся в его русле напропалую, без оглядки, не рассуждая о препятствиях на пути. И как знать, может, именно такие бескомпромиссные порывы, в которые человек вкладывает всю энергию, весь пыл души, — именно они и помогают достичь самых трудных целей! Ибо остановить такую устремленность невозможно, благоразумные люди уходят с пути.

Несколько раз Павел видел эту женщину издали, знал ее романтическую историю. Барышня-полячка из состоятельной семьи, получившая хорошее образование, она бросила уютное домашнее гнездо и уехала в неизвестность на пулеметной тачанке, накрывшись буркой командира полка.

Вместе с кавалеристами участвовала в рейде по тылам польских легионеров, побывала на врангелевском фронте. Перевязывала раненых, неплохо стреляла из пулемета. Когда погиб командир полка, вышла замуж за прославленного комбрига — буденновца Рябышева. Урывками, если позволяла служба, учила его грамоте, знакомила с искусством, с литературой.

В Острогожске, после первого же разговора с Евгенией Казимировной, Павел понял, что жить без нее не сможет. Высокая, гибкая, обаятельная, в меру кокетливая, она в небольшом гарнизоне была первой дамой.

Павлу трудно было разобраться: что это, легкий флирт или Евгения Казимировна увлечена им, как и он ею? Они вместе готовили стихотворный вечер, и даже поспорили. Она любила Пушкина, он отдавал предпочтение Лермонтову. Но какой это был спор! Павел боялся смотреть в ее глаза: большие, радостные, откровенно зовущие!

Несколько раз он провожал ее до квартиры. Не таясь, когда придется, и днем и вечером. Об этом знала вся бригада, знал и комбриг Рябышев.

И вот однажды, выходя из клуба, Павел сказал: он просит, умоляет ее стать его женой…

Евгения засмеялась: ну что ж! Будь что будет!

Они взяли коней и ускакали за город, по незнакомому проселку. Остановились у подножия холма, поросшего темным лесом. Павел спрыгнул с коня первым, принял Евгению на руки и понес…

Рано утром Белов, оставив Евгению у себя на квартире, поскакал к дому, где жил командир бригады. Ехал, готовый к любому отпору. Но все обошлось мирно. Рябышев, бледный после бессонной ночи, встретил его в дверях, спросил хрипло:

— Значит, все?

— Да. Мы поженимся. Сюда она не вернется.

— Ну что ж, я знал, что это случится. Скучала она со мной… Зла на тебя не держу. Дело это личное, а служба сама по себе. Только негоже нам друг другу глаза мозолить. Уеду я, на учебу мне предлагают…

Тем и кончился разговор. Домой Павел вернулся, охмелев от радости, вернулся не в пустую квартиру, а к любимой женщине, нетерпеливо ожидавшей его.

Дмитрий Иванович Рябышев сдержал свое слово. Недели через две он уехал в Ленинград. С Беловым простился спокойно, не упрекнул ни единым словом. У Павла легко стало на сердце. С улыбкой выслушивал он шутки. «Вот действительно кавалерийская свадьба!» — говорили друзья, глядя на веселую молодую пару.

8

Пробыв два года кандидатом партии, Белов обратился к своим товарищам с просьбой дать ему рекомендации: пришлось вступать в партию вторично и на общих основаниях — ничего не поделаешь.

В ту пору рекомендации писали на специальных бланках, коротко отвечая на четкие вопросы, что особенно удобно было для малограмотных.

Рекомендация

1. Знаю товарища Белова Павла Алексеевича с 1920 года, с 15 марта.

2. Как партийную, так и советскую работу тов. Белов выполняет добросовестно и беспрекословно.

3. Является ли тов. Белов искренним членом партии? Да, является. И имеет искреннее желание работать в ней.

4. Тверд ли тов. Белов в коммунистических убеждениях? Тверд и надежен.

5. Способен ли тов. Белов отдать свою жизнь за революцию, если потребуется? Способен. Это доказывает то, что товарищ Белов активно боролся с бандитизмом на Кубани и Дону.

6. За правильность рекомендации несу полную ответственность перед партией (подпись) — Орел Иван Васильевич, член РКП (б) с 1920 года…

И вот 12 октября 1925 года ячейка кавалерийского полка перевела Павла Алексеевича Белова, 1897 года рождения, служащего, командира полка, ранее состоявшего в партии, из кандидатов в члены РКП (б).

Выписка из протокола была выдана Павлу Алексеевичу на руки и всегда хранилась среди самых важных его бумаг.

Вскоре Белова направили в знакомый ему город Новочеркасск на кавалерийские курсы усовершенствования. Учился без напряжения, шел в числе лучших. Его назначили сначала старшиной отделения, потом старшиной курсов.

После занятий сразу бежал на квартиру. Ему нравилось сидеть вечером над раскрытой книгой, когда лампа льет мягкий, уютный свет, когда в комнате так тихо, что слышно даже дыхание Жени: она в углу в кресле шьет распашонки и еще что-то из мягкой байки. А потом будет вкусный ужин — она превосходно готовит. За едой Женя, чуть картавя и весело поблескивая глазами, начнет выкладывать новости, услышанные Днем от соседок. Раньше Павел Алексеевич и не подозревал, сколько смешного и интересного в женских сплетнях.

Утром он, подтянутый, отдохнувший, бодрый, в превосходном настроении отправлялся на курсы…

Шестого декабря 1926 года Евгения Казимировна родила дочь. Назвали ее Наташей.

9

Люди военные привычны к частой смене обстановки, к неожиданным переездам. И все же Павел Алексеевич удивился, когда получил вдруг предписание немедленно прибыть для прохождения службы в Москву.

С вокзала всей семьей направились к деду Немирову, остановиться на первый случай. Павел Алексеевич быстро побрился, почистил сапоги и — в штаб.

Принял его Иероним Петрович Уборевич — командующий Московским военным округом. Белов много слышал о нем, об успешных действиях его войск, громивших вместе со Второй Конной и другими армиями соединения барона Врангеля. И на Дальнем Востоке он отличился, освобождая Приморье. Довел свои полки до Владивостока, до берегов Тихого океана.

О делах Уборевича знал Павел Алексеевич много, а увидел его впервые. Командующий строен, худощав, подтянут, как заправский кавалерист. В обращении прост, очень вежлив. Под стеклами пенсне — большие, усталые и чуть-чуть насмешливые глаза. Они не то чтобы пронизывали собеседника, а словно просвечивали его, не вызывая неприятного ощущения.

Павел Алексеевич ждал расспросов, обычных в таких случаях: где служил, на каких должностях. Однако Уборевич заговорил о другом. Он поинтересовался, что прочитал Белов за последний год, особенно из военной литературы. Какие книги понравились? Почему?

Узнав, что Белов увлекается главным образом немецкими авторами, Уборевич сказал:

— В общем это полезно, потенциального противника надо знать. Но воспринимайте критически. Не забывайте, что мы били их всех, и теоретиков, и практиков. Немецкие полководцы смотрят в прошлое, пытаются обелить себя, снять ответственность за поражение. Французы и англичане почивают на лаврах и нянчат свою