Константин Сапожников - Уго Чавес

Подобные публикации давали повод для возобновления в СМИ дискуссий о преемнике Чавеса. В качестве возможных кандидатов называли брата президента Адана, министра иностранных дел Николаса Мадуро, министра энергетики и президента государственной нефтяной компании PDVSA Рафаэля Рамиреса, вице-президента Элиаса Хауа и некоторых других. Однако боливарианским руководством тема не обсуждалась. Для всех членов президентской команды это было бы равносильно предательству. «Чавес будет переизбираться в 2012 году и ещё много лет после этого, — заявил министр финансов Хорхе Джордани, давая понять, что революция в Венесуэле будет продолжаться. — В стране и на континенте ещё много созидательной работы. Команданте Уго рано уходить на пенсию по болезни…» В конце марта — начале апреля 2012 года Чавес прошёл через новые сеансы радиотерапии в Гаване. На Пасху он прилетел в родной штат Баринас. «Я в руках Бога, — сказал президент журналистам. — Сейчас я христианин больше, чем когда-либо прежде». В храм на богослужение «о возвращении здоровья» отправились всей семьёй. Оно транслировалось по государственному каналу, и можно было видеть, с каким вниманием слушал Чавес проповедь священника, как впитывал каждое слово, как нежно обнимал родителей.

После мессы выступил Чавес: «Из этого любимого города я отправился в путь сорок лет назад. Подобно урагану пронеслась моя жизнь, но года два назад она перестала быть моей. Впрочем, такими были все эти годы. Пути революции не могут быть лёгкими, я старался отвечать требованиям исторического момента. К счастью, я не являюсь единственным, кто пытался отзываться на запросы времени и жизни. И вот — нагрянула болезнь, которая стала настоящей угрозой. От этой болезни пострадало много людей, эта болезнь часто означает конец пути. Даже представить было невозможно, что подобная страшная ситуация может произойти с тобой, что болезнь появится в твоём теле. Но я оптимист и верю, что смогу одолеть её. И ещё я хочу выразить то, что говорят не так часто, что обычно спрятано внутри. Сегодня всё невысказанное мной, все мои слова прозвучали в ваших молитвах. Я уверен, что Бог помогает Чавесу и его друзьям. Я не мог сдержать слёз, когда ощутил любящую руку моей матери и в то же самое время любящую руку моего отца. Я сказал про себя: Боже, как давно я не ощущал одновременно двух этих рук на себе».

Прижимая к груди чётки, подаренные матерью, Уго продолжил: «Боже, дай мне жизнь. Если всего выстраданного мною недостаточно, я говорю Богу: добро пожаловать, пусть и дальше будет испепеляющая, приносящая мне боль жизнь. Мне это не важно. Дай мне твой венец, Христос, дай мне его, чтобы шла кровь, дай мне твой крест, сто крестов, чтобы я нёс их, но чтобы я жил, потому что ещё остаются дела, которые я должен завершить для этого народа и этого отечества. Не забирай меня пока, мой Христос, мой Господин, дай мне шипы с твоего венца, дай мне твою кровь, я готов на все испытания, какими бы трудными они ни были, но в этой, земной, жизни. Аминь».

Через два дня, 7 апреля, Чавес снова отправился на Кубу, чтобы продолжить сеансы радиотерапии. Находясь на острове, президент активно использовал микроблог «chavezcandanga», чтобы показать, что он в курсе венесуэльских дел, живёт только этим. Страна отмечала десятилетие событий, связанных с попыткой государственного переворота 11–13 апреля 2002 года, и, конечно, Чавес остро переживал вынужденную отстранённость от мероприятий, в центре которых должен был находиться. Поток твиттеров не мог компенсировать его оторванности от родины. Оппозиция издевательски комментировала послания Чавеса, адресованные министрам: «Президент управляет страной с помощью твиттеров».

О том, как Чавес совмещал свои президентские обязанности с лечением, рассказал несколько месяцев спустя Николас Мадуро: «Президент поражал нас своей бодростью и силой на всех этапах болезни. Он подвергался тяжёлым и сложным операциям и всегда быстро и уверенно восстанавливался. Главным образом из-за воли к жизни, внутренней энергии и пассионарности. Помню, когда Чавес проходил химиотерапию, всего было пять сеансов: первые три — в Гаване, одна — здесь (в Каракасе) в Военном госпитале, и последняя снова в Гаване, — он звонил мне и говорил: “Приходи сюда”. В семь утра я был у него, он находился в самом разгаре химиотерапии… И так мы работали до десяти часов вечера почти без отдыха. В два часа после полудня он обедал, отдыхал полчаса, и потом мы снова беседовали, читали [документы], изучали [различные проблемы]. Я звонил в Каракас, передавал его указания, на некоторые звонки оттуда отвечал он сам. И ещё он занимался живописью: создал портрет Нестора Киршнера, картины с Казармой Монкада и Казармой Монтанья»(Panorama. 25.03.2013.).

Враждебные Чавесу силы не давали ему передышки. В массмедиа множились «протесты», инспирированные оппозицией: так нельзя управлять страной! За последнее время президент провёл два месяца на Острове и только один — в Венесуэле! Ещё в феврале Чавесу сделали третью операцию, но о её результате невозможно судить по информации из официальных источников. Попутно оппозицией распространялись выдумки о противоборствующих группировках в высших эшелонах власти: мол, Дьосдадо Кабельо, президент Национальной ассамблеи, активно работает с военными, а Николас Мадуро усиливает свои позиции в PSUVи «обхаживает» Чавеса в Гаване, совершая туда поездки под предлогом подписания документов.

Президент позвонил на государственный телеканал и в который уже раз опроверг слухи о своей недееспособности: «Я возглавляю страну, выполняю обязанности руководителя государства и из нынешней особой ситуации смогу выйти в ближайшие дни». Голос Чавеса приобрёл стальной тембр: «В июле мы начнём избирательную кампанию, поскольку должны добиться семидесяти процентов голосов». Президент подтвердил, что стратегия, объявленная несколько недель назад, остаётся прежней: создание «Команды Антипереворот» или «Антидестабилизация», «Наша задача — быть начеку, чтобы нейтрализовать эти попытки. Лучшая война та, на которой побеждаешь без единого выстрела».

11 мая Чавес покинул Гавану, где завершил весь курс радиотерапии. Николас Мадуро вспоминал: «Радиотерапия — это было очень тяжело. Это был самый тяжёлый момент [его болезни], но он не сломался. После радиотерапии сделали анализы. Все получилось отлично». Постепенно Чавес втягивался в работу. В телефонном интервью рассказал, что строго выполняет рекомендации врачей — никаких ночных занятий, днём — не более восьми часов работы, диета, отдых по расписанию: «Я уже не тот необузданный конь, каким был раньше». Перед тем как зарегистрироваться в качестве кандидата в президенты в С NE, Чавес прошёл медицинское обследование. «Если бы обнаружили что-то негативное, — сказал он позднее (8 декабря 2012 года), — уверяю вас, я бы никогда не стал регистрироваться и претендовать на президентский пост».