Дуглас Боттинг - Джеральд Даррелл. Путешествие В Эдвенчер

«Джерри был настоящим бонвиваном, — вспоминала Александра. — Он был большим человеком, он все делал с размахом. Он очень любил ин­дийское пиво. Его привозили в двухлитровых бутылках. Когда мы уезжали из лагеря на Субансири, он взял с собой целых семьдесят два литра плюс еще несколько бутылок бренди. Такое количество алкоголя на него не по­влияло, зато самым пагубным образом сказалось на плавучести нашей лод­ки. В несчастную лодку погрузили три ящика пива, весивших, наверное, целую тонну, сверху в позе лотоса взгромоздился Джерри, тоже не отли­чающийся субтильностью. И вот в таком состоянии мы вверили свою судь­бу довольно бурной реке. Путешествие выдалось довольно пугающим. Бед­ный маленький индус, пытавшийся управлять лодкой и одновременно вы­черпывавший из нее воду консервной банкой, начал буквально сходить с ума. Я заметила, что лодка наполняется водой, и безумно перепугалась. «Джерри! — завизжала я. — Нам надо избавиться от пива! Немедленно кидай его за борт!» Но он был непреклонен. «Выбросить пиво? — произнес он совершенно спокойно. — Ты что, с ума сошла?» Одному богу известно, как нам удалось добраться до места назначения. Мы чуть не утонули».

Хотя Джеральда повсюду встречали как знаменитость, но то, что он пу­тешествовал в обществе красивой женщины вдвое себя моложе, не могло не вызывать некоторого неудовольствия. «Многие считали нас любовника­ми, — вспоминала Александра, — но Джерри не думал ни о ком, кроме Ли».

Во время индийской экспедиции Джеральд терзался сомнениями и страхами относительно Ли. Путешественники все дальше удалялись от ци­вилизованного мира. 18 марта они совершили удивительное путешествие в горное королевство Бутан. Александра с восторгом писала в своем дневни­ке: «Целый день ехали в джипе по джунглям. Ничего не видели. И вот мы в Бутане! Это фантастика! Настоящее волшебство! Совершенно невероятно. И совершенно незаконно!»

«Не беспокойся, — писала Александра матери о развитии любовной ис­тории, — это всего лишь деловое соглашение. Она не золотоискательница. Она не притворяется, что любит его. У нее есть друг в Штатах, но Дже­ральду нужно, чтобы кто-то присматривал за зоопарком и Фондом во вре­мя его отсутствия. И он готов кое-что для нее сделать».

После поездки в Бутан Джеральд снова пишет Ли:

«Моя дорогая, любимая, прелестная, восхитительная, нежная, милая…

Я скучаю по тебе. Я скучаю по тебе так сильно, что порой перестаю ве­рить в то, что ты существуешь. Я убежден, что ты — всего лишь плод моего воображения. Ты — мечта. Только мечта может быть столь совершенной…

Я только что вернулся из мгновенной и совершенно незаконной поезд­ки в Бутан. Удивительная страна, похожая на Тибет. У бутанцев очень красивая медного отлива кожа и волосы черные, как вороново крыло. Мы обследовали место обитания карликовой свиньи и лично, и с воздуха. По­лагаю, что поймать их будет проще, чем я думал раньше. Надеюсь…

Дорогая, томная, изысканная, распутная Ли — восхитительная, пре­красная, несравненная Макджордж! Как бы мне хотелось тебя обнять! Как бы я хотел поцеловать тебя и увидеть твои прекрасные ладони, и длинные ноги, и все остальные соблазнительные уголки твоего тела.

Дорогая, я тебя обожаю и не могу дождаться, когда же мы наконец бу­дем жить вместе. Пожалуйста, напиши мне, когда мы поженимся. Что мне подарить твоим родителям, когда я приеду?»

19 марта Джеральд и Александра вернулись в Бутан и остановились в ярко-зеленом бунгало короля Бутана в заповеднике Манас. Оттуда они должны были продолжить свой путь на слонах и надувных лодках. В заповеднике водилось множество самых удивительных животных — буйволы, мангусты, косули, птицы и бабочки всех цветов и размеров. Огромные стаи птиц-носорогов пролетали над рекой в сумерках. Но до сих пор экспе­диция не нашла того зверька, ради которого и было затеяно все это пред­приятие. Карликовых свиней им не встретилось. Возможно, это произошло потому, что они приехали в такое время года, когда свиньи переселяются на холмы и увидеть их становится труднее, чем обычно. 23 марта Дже­ральд с Александрой вернулись в Шиллонг, столицу Ассама. Здесь время Джеральда было расписано по минутам — он постоянно с кем-то встречал­ся, куда-то мчался, давал интервью и выступал на телевидении.

27 марта они вернулись в Калькутту. По мнению Александры, это было восхитительное путешествие, но судьба карликовой свиньи не проясни­лась. Ситуация напоминала попытки поймать вулканических кроликов в Мексике. Это предприятие так и осталось незаконченным, а затем в Индии вспыхнуло восстание, полностью разрушившее планы Даррелла вернуться в Ассам. Прошло почти двадцать лет, прежде чем Джерсийский Фонд смог заняться разведением карликовой свиньи в неволе.

В Калькутте Джеральд не нашел ни одного письма от Ли. После обеда они с Александрой отправились в зоопарк, потом пошли за покупками. «Дж.М.Д. заказал для Ли кольцо и серьги по модели моего перстня с жем­чугом и гранатами, — записала Александра в своем дневнике. — Верну­лись домой. Обедала в одиночестве. Потом Дж.М.Д. звонил Ли. Он почув­ствовал, что она не одна».

На следующий день подозрения Джеральда подтвердились. Он получил письмо, написанное Ли еще 14 марта. «Джерри весьма встревожен», — за­писала в дневнике Александра.

«Мой дорогой Джерри!

Я все еще живу с Линкольном. Хирургическая операция по полному разрыву отношений оказалась слишком болезненной для нас обоих. Мы пытались несколько дней не видеться, но стоило нам встретиться — в уни­верситете или у меня в кабинете — как мы начинали плакать. Я знаю, что не смогу жить с ним (и он это знает), но сейчас я не могу отказаться от него. Днем у нас очень много работы, а по вечерам он занимается собствен­ными делами. Но возможность встретиться хоть ненадолго — за ужином и в постели — немного успокаивает нас, дает нам ощущение покоя и уми­ротворенности …

Я знаю, что ты сейчас испытываешь — тяжело слышать, что девушка, на которой ты собираешься жениться, живет с другим мужчиной. Господи, как я могла так с тобой поступить?! Но ты сделал это для меня.

Не могу дождаться конца мая, когда ты наконец приедешь. Этот этап моей жизни будет закончен, и начнется новая, прекрасная жизнь».

Вскоре Джеральд получил второе письмо от Ли, датированное 21 марта.

«Мой дорогой Джерри,

как бы я хотела сидеть на веранде рядом с тобой и любоваться Брахмапут­рой или покачиваться на спине слона! А вместо этого я вынуждена целыми днями сражаться с идиотскими компьютерами, грызя гранит науки!»

Джеральд ответил не сразу. У него было множество дел в Калькутте, он выступал в Британском Совете, в школах и клубах. Но Александра замеча­ла, что он очень встревожен и расстроен письмами Ли. В конце концов его тревога вылилась в жестокую и злую телеграмму, которую он отправил 30 марта.